Диплом, курсовая, контрольная работа
Помощь в написании студенческих работ

Эколого-экономические факторы развития общества хунну в Западном Забайкалье: Конец III в. до н. э. — I в. н. э

ДиссертацияПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

Одной из ключевых проблем истории изучения хунну является экономическая структура хуннского общества. До сих пор среди ученых нет единого мнения по этому вопросу. Г. П. Сосновский относил хунну к полукочевому этносу, а А. В. Давыдова считала хуннское общество разделенным на две части — кочевое и оседлое. По нашему мнению, отсутствие единой трактовки проистекает из-за стремления исследователей… Читать ещё >

Содержание

  • Глава 1. Природные условия Западного Забайкалья
    • 1. 1. Физико-географическая характеристика территории
    • 1. 2. Палеогеографическая обстановка хуннского периода
  • Палинологический анализ
  • Дендрохронологический анализ
  • Глава 2. Экономика хуннского общества
  • История хозяйственного освоения Западного Забайкалья в дохуннский период
  • Скотоводство
  • Охота и рыболовство
  • Земледелие
  • Ремесла
  • Торговля
  • Военные набеги
  • Глава 3. Взаимодействие природной среды и хуннского общества
    • 3. 1. Влияние природной среды на хозяйственную деятельность хунну
    • 3. 2. Влияние хозяйственной деятельности хунну на природную среду
    • 3. 3. Некоторые актуальные проблемы изучения хунну в свете эколого-экономических факторов
  • Экономический уклад хуннского общества. Iz
  • Распад империи хунну

Эколого-экономические факторы развития общества хунну в Западном Забайкалье: Конец III в. до н. э. — I в. н. э (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Актуальность темы

исследования. История человека в древности напрямую связана с природно-климатическим окружением, определявшим места его обитания, пути миграций, характер хозяйственной деятельности. И это обстоятельство тем более важно, когда речь идет об истории и культуре номадического общества.

Именно кочевые племена, жившие натуральным хозяйством, чутко реагировали на изменения природной среды и были зависимы даже от кратковременных климатических флуктуаций. Окружающая природная среда имела определенное влияние на экономику кочевых обществ. В то же время связь природной среды и номадов не носила односторонний характер. Кочевники сами оказывали воздействие на среду обитания посредством хозяйственной деятельности, которая, зачастую, приводила к последствиям, отрицательно сказывающимся не только на окружающей природе, но и на самом человеке.

Одним из таких кочевых народов были хунну. В течение почти трехсот лет они являлись господствующей силой на территории Центральной Азии. Хунну первыми на территории Центральной Азии создали свое государство. В эпоху своего расцвета влияние хунну распространялось на огромную территорию — от Хингана на востоке и до Тянь-Шаня на западе, от Байкала на севере и до Гоби на юге.

История изучения хунну берет свое начало с середины XVIII века, когда стали известны первые переводы китайских письменных источников, содержащих разнообразные сведения об этом народе. Интерес к хунну усилился на рубеже XIX—XX вв.еков, когда были открыты их первые археологические памятники. С тех пор внимание ученых к проблемам хуннской истории не ослабевает. Однако, несмотря на огромный накопленный материал по данной тематике исследователями хунну признается, что многие кардинальные проблемы истории этого народа еще далеки от окончательного решения.

Среди ряда осадвных вопросов истории изучения хунну можно выделить проблему их хозяйственного уклада. Письменные источники повествуют о хунну как о типичных кочевниках, но такой характеристике противоречат археологические данные, в первую очередь результаты раскопок хуннских поселений. Хуннское общество объявлялось, то кочевым, то полукочевым [Сосновский, 1946, с.65], то состоявшим из оседлой и кочевой частей [Давыдова, 1985, с.82]. Очевидно, что определение экономического уклада хунну требует дальнейшего изучения.

Для выявления особенностей экономической жизни хунну большое значение имеет знание природной обстановки изучаемого периода, поскольку натуральное хозяйство хунну было напрямую связано с природно-климатическим окружением, определявшим условия проживания и характер видов деятельности. Несомненно, что естественная среда играла далеко не последнюю роль в развитии хуннского общества. До сих пор нет единого мнения о роли природного фактора в становлении и упадке Хуннской державы.

В работах исследователей, занимавшихся вопросами истории хунну, в основном, описываются и анализируются политические, социально-экономические, этнокультурные процессы. Экологическому аспекту развития хуннского общества, в целом уделяется недостаточное внимание. В связи с этим большой интерес представляет корреляция письменных и археологических данных с природно-климатическими процессами в регионе, что может внести дополнительные данные о системе хозяйствования хунну.

Определенное внимание при этом может быть уделено экономической деятельности хунну в Западном Забайкалье. В настоящее время здесь обнаружено около 100 археологических памятников эпохи хунну (городища, поселения, могильники, стоянки), что позволяет предположить о широком хозяйственном освоении этого региона в тот период. Несомненно, что здесь существовали свои способы ведения хозяйства, связанные с местными особенностями природной среды. Известно, что природная среда Западного Забайкалья по своим физико-географическим условиям имеет много общих черт с другими районами Центральной Азии. Следовательно, Западное Забайкалье может считаться модельной территорией для реконструкции процессов взаимодействия природной среды и хозяйственной деятельности всего хуннского общества в государственный период.

История изучения вопроса. Необходимость исследования заявленной темы вызвана отсутствием на сегодняшний день специального исследования, посвященного этой проблематике. Тем не менее, исследователями разрабатывались те или иные вопросы, связанные с эколого-экономическими аспектами развития хуннского общества. В связи с этим, историю изучения данной тематики можно разделить на три части: 1) работы специалистов, касающиеся палеогеографической обстановки Западного Забайкалья в хуннский период- 2) работы исследователей, занимавшихся проблемами экономической деятельностй хунну- 3) работы ученых, посвященных вопросам взаимодействия хунну и природной среды.

Прежде, чем приступить к обзору работ по палеогеографии Западного Забайкалья, необходимо отметить, что согласно модернизированной схеме Блитта-Сернандера время существования государства хунну приходится на начало субатлантического периода голоцена (2,2 тыс. лет назад) [Хотинский, 1977, с. 184].

На территории Западного Забайкалья палеогеографические исследования начали проводиться по второй половине XX века. Одним из первых ученых, занимавшихся изучением голоценовых отложений в Западном Забайкалье был П. Б. Виппер. В свое статье «Послеледниковая история ландшафтов в Забайкалье» он представил результаты исследования по палинологическим данным нескольких опорных разрезов в Восточной Сибири.

В истории растительности голоцена Западного Забайкалья П. Б. Виппер выделяет несколько фаз. По его представлениям субатлантическому периоду соответствует фаза VII (2,2 тыс. лет назад). Характеризуя эту фазу, он отмечает преобладание сосновых лесов и появление кедра. Лесные формации окончательно заняли господствующее положение, хотя кое-где особенно в благоприятных условиях сохранились небольшие участки степных группировок. Данные альгологического анализа показывают, что климат в это время не оставался неизменным — выявляются признаки климатических колебаний в сторону относительного потепления и похолодания. В частности, хорошо прослеживается двукратное сокращение количества спор синезеленых водорослей и увеличение содержания спор диатомовых, фиксирующие этапы похолодания. В целом климат в субатлантический период был более холодным, чем в бореальное и в атлантическое время (Виппер, 1962, с. 873).

Аналогичная ландшафтная реконструкция природной среды голоценового периода Западного Забайкалья по споро-пыльцевым спектрам была дана А. Б. Иметхеновым в монографии «Природа переходной зоны». При этом им за основу палеогеографического построения взяты палинологический материал по разрезам горно-таежной зоны хр. Хамар-Дабан и колонке донных осадков оз. Котокельское.

Для субатлантического периода горно-таежной зоны хребта Хамар-Дабан был получен абсолютный возраст — 2060 + 40. С этого времени на горных склонах происходит резкое сокращение пыльцы кустарниковой березки на фоне возрастающей роли пыльцы кедра. Практически отсутствуют пыльцевые зерна травянистых растений, что указывает на преобладание зеленомошных групп типов леса. Этот период показывает современную ситуацию развития растительности, где преимущественную роль играет кедр сибирский при подчиненном значении ели и пихты. Появление ели связывается с некоторым изменением климата, наступившего в субатлантическое время (2,2 тыс. лет назад). Этот период характеризуется усилением эрозионных процессов, снижением уровня мерзлоты, уменьшением процесса заболачивания и застойных явлений в почве. Появление в отдельные периоды березовых лесов связано не столько с наступлением некоторого потепления в субатлантическое время, сколько начавшимися пожарами. А после пожаров темнохвойные леса обычно восстанавливаются через стадию производных березняков и осинников (Иметхенов, 1997, с. 49−50).

Анализ донных осадков оз. Котокельское по споро-пыльцевым данным показывает, что в субатлантическое время отмечается некоторая сухость климата и усиление ветров, способствовавших интенсивному сносу терригенного материала и образованию на берегах Байкала песчаных дюн. В верхних слоях донных отложений озера Котокельское отмечается резкое усиление протококковых водорослей, что также указывает на сухость климата. В этот период практически приостанавливается процесс наступления лесных сообществ на степные участки, сопровождающийся резким уменьшением лесообразующей роли ели и сменой темнохвойной тайги быстро расселившейся сосной, усиление роли которой в лесах продолжается и в настоящее время (там же, с. 55).

К сожалению, субатлантический период на территории Западного Забайкалья изучен в недостаточной мере. В исследованиях, связанных с палеогеографией голоцена этот период или вообще не выделяется или же описывается поверхностно. По-видимому, это связано с отсутствием резко выраженных колебаний климата на рубеже суббореального и субатлантического времен и как следствие слабовыраженном изменении растительного сообщества. В работах П. Б. Виппера и А. Б. Иметхенова в качестве исследуемых объектов были выбраны торфяные болота и донные осадки озер, находящихся в водораздельной части таежной зоны Западного Забайкалья. Для получения более объективной картины палеогеографической обстановки по всему региону необходимо изучение материалов из других ландшафтных комплексов, в частности зоне степи и лесостепи.

Вопросам экономической деятельности хунну посвящены ряд статей и разделов в исследованиях, посвященных политическим, социальным, общественным отношениям, некоторым аспектам материальной культуры хуннского общества.

В работах К. А. Иностранцева «Хунну и Гунны» и Г. Е. Грумм-Гржимайло «Западная Монголия и Урянхайский край» даны обзоры литературы, касающиеся историографии хунну. В них мы видим упоминания о кочевниках хунну, занятых скотоводством и охотой. Поскольку эти работы формировались всецело под влиянием письменных источников, то хунну предстают перед нами как народ, который вел исключительно кочевой образ жизни [Иностранцев, 1926; Грумм-Гржимайло, 1926].

Открытия археологических памятников в Забайкалье и Северной Монголии в конце XIX — начале XX вв. заставили пересмотреть прежние представления о хунну. Одним из первых археологов, занимавшимся проблемами культуры хунну был Г. П. Сосновский. Использовав результаты раскопок могильника в Ильмовой пади и Иволгинского городища ученый сделал попытку предварительной реконструкции хозяйства хунну. Кости быка, лошади, барана, козы и собаки, найденные в погребениях, указывают, по его мнению, на скотоводческий характер хозяйства хунну. В то же время наличие в погребениях зерен проса и глиняных сосудов, умение возводить деревянные сооружения, а также наличие оседлых поселений у хунну не позволили, по-видимому, Г. П. Сосновскому говорить о хозяйстве хунну как о кочевом. Им было выдвинуто предположение о существовании у хунну полукочевого хозяйства, сочетавшего в себе элементы оседлого земледельческого и кочевого скотоводческого быта [Сосновский, 1946, с.64−65].

Большой вклад в историю изучения хунну внес в своей монографии «Культура хуннов и Ноинулинские курганы» С. И. Руденко. Опираясь на материалы из могильника Ноин-Ула в Северной Монголии и других археологических памятников хунну, а также используя письменные данные, ученый осветил материальную культуру хунну ранней поры их процветания. В одном из разделов исследования С. И. Руденко дал описание некоторых сторон хозяйства хунну. По его мнению, основным занятием хунну было скотоводство. В то же время был весьма значителен удельный вес охоты, особенно облавной охоты. Кроме того, хунну занимались земледелием, которое, однако, не получило своего массового распространения [Руденко, 1962, с. 112]. Вместе с тем, автор по каким-то причинам дал описание только трем отраслям хозяйства хунну, тогда как уже имевшийся на то время материал позволял исследователю охарактеризовать и другие, виды хозяйственной деятельности, такие как ремесла, торговля, рыболовство.

B.C. Таскин посвятил специальную статью «Скотоводство у сюнну по китайским источникам» основному занятию хунну — скотоводству. Анализируя письменные источники ученый сумел восстановить видовой состав стада у хунну, дав описание каждого его вида. Главную роль в хозяйстве хунну играла лошадь, большое значение имели овцы и крупный рогатый скот. Кроме того, хунну также разводили верблюдов, ослов, мулов и таких редких животных как куланов, пони и лошаков. В статье B.C. Таскин также рассматривает вопросы относительно формы собственности на скот и землю. По его мнению, ряд свидетельств позволяет уверенно говорить о существовании среди хунну как частносемейной, так и личной собственности на скот. Земля же у хунну принадлежала темникам, т. е крупным военачальникам и князьям, которые распоряжались пастбищами и регулировали перекочевки зависимых от них людей. Характеризуясистему хозяйства хунну в том виде, в каком ее рисуют источники, B.C. Таскин заключает, что ее можно назвать первобытным или экстенсивным скотоводством [Таскин, 1968, с.38].

Краткую характеристику экономики хунну дал П. Б. Коновалов в заключительной главе своеймонографии «Хунну в Забайкалье», посвященной хуннским погребальным памятникам. Опираясь на материалы могильников и оседлых поселений Забайкалья и Северной Монголии, а также на данные письменных источников П. Б. Коновалов отмечал, что основой хозяйства хунну являлось скотоводство. В то же время находимые в погребениях и на поселениях зерна проса и орудия для обработки земли указывают на существование у хунну земледелия, требующего оседлости, пусть даже частичной, сезонной. Находки изделий из железа, бронзы, кости, рога, дерева и других материалов, а также приемы и навыки строительства деревянных сооружений, свидетельствуют о существовании у хунну различного вида ремесел. Все эти факты позволили П. Б. Коновалову высказать мнение об отрицании существования у хунну примитивного кочевого быта и присоединиться к точке зрения Г. П. Сосновского о полукочевом хозяйстве хунну [Коновалов, 1976, с.208].

Свой взгляд на экономический уклад хуннского общества представила А. В. Давыдова в монографии «Иволгинский комплекс (городище и могильник) — памятник хунну в Забайкалье». Автор, на основе материалов Иволгинского городища и одноименного могильника, реконструировала некоторые стороны материальной культуры населения, проживавшего на оседлых поселениях хунну, в том числе и систему хозяйства. Так, ведущими отраслями хозяйства Иволгинского городища являлись земледелие и ремесла, которые определяли функциональную специфику этого поселения. Также немаловажное значение имело скотоводство. Рыболовство и охота занимали второстепенное положение. Материалы с поселений позволили А. В. Давыдовой выделить в обществе кочевников хунну его оседлую часть. Однако, в отличие от Г. П. Сосновского, она не стала связывать факт наличия поселений с существованием у хунну полукочевого хозяйства. По мнению А. В. Давыдовой, хуннское общество было разделено на две части — кочевую и оседлую. При этом последние снабжали первых продуктами земледельческо-ремесленного хозяйства и в этом проявлялось общественное разделение труда между кочевой и оседлой частью [Давыдова, 1985, с.82].

Определенный интерес представляют экономические реконструкции хуннского общества, проведенные Н. Н. Крадиным в монографии «Империя хунну» [2001]. Работа посвящена общественной и властной структуре Хуннской империи. Автор в главе «Экономическая организация» дал подробную характеристику кочевому скотоводству, описав виды скота, которые разводились у хунну. Особого внимания заслуживает попытка Н. Н. Крадина рассчитать вероятное количество хунну, кочевавшего по территории Монголии. Расчет заключался в определении продуктивности пастбищных ресурсов и вычислении на основе этого вероятного поголовья стад животных и численности номадов. В результате выяснилось, что численность номадов, кочевавших на территории Монголии в хуннскую эпоху, могла составлять 35 010.

800 тыс. человек. На такой же основе была рассчитана численность кочевников хунну юго-западного Забайкалья. Она колебалась от 12 до 26 тыс. человек [Крадин, 2000, с. 169]. Н. Н. Крадин также производит расчеты численности населения Иволгинского городища и реконструирует их хозяйственную деятельность. Примерное количество населения городища могло составлять 2500−3000 человек и основным их занятием было земледелие, животноводство, охота и рыболовство. По мнению Н. Н. Крадина, которое совпадает с точкой зрения А. В. Давыдовой, в хуннском обществе существовало две хозяйственно-культурные группы — кочевники и оседлые жители [Крадин, 2001, с. 79, 90].

Таким образом, проблемы хозяйственной деятельности хунну находят свое отражение в литературе. Однако ученые-специалисты, занимавшиеся историей хунну в большей степени уделяли внимание этому вопросу эпизодически, часто в рамках разрабатываемых ими научных проблем, не связанных с экономикой хунну.

Вопросы взаимодействия хунну с природной средой также находят свое отражение в исследованиях специалистов. Среди первых ученых, затрагивавших эту проблематику был J1.H. Гумилев. У JI.H. Гумилева есть несколько монографий, посвященных хунну, таких как «Хунну. Срединная Азия в древние времена» [1960], «Хунну в Китае» [1974], «Хунну» [1993]. Однако эти труды касаются политической, военной и этнической истории этого народа. Те или иные стороны взаимоотношений хунну с окружающей средой отражены J1.H. Гумилевым в отдельных статьях, таких как «Каспий, климат и кочевники Евразии» [1963], «Изменения климата и миграции кочевников» [1972] и крупной обобщающей работе «Этногенез и биосфера Земли» [1990], в которой были собраны основные идеи этого ученого. Опираясь на исторические источники, Л. Н. Гумилев показал огромную роль природно-географической среды в ходе исторического развития народов степной и лесостепной зоны Евразийского континента за две тысячи лет — с IV в. до н.э. по XVIII в. н.э. Согласно его концепции, климатические колебания вызывали изменение ландшафта, что непременно сказывалось на проживавших здесь народах, посредством влияния на их хозяйство. Увлажнение давало номадам изобилие, позволявшее создавать мощные ханства и совершать победоносные походыусыхание заставляло их покидать насиженные места и ютиться по окраинам степной зоны. За двухтысячный период было отмечено три периода увлажнения и усыхания степей, что вызывало расцвет и упадок кочевых культур. Именно природный фактор, согласно J1.H. Гумилеву, сыграл решающую роль в судьбе хуннского этноса. Подъем хозяйства хунну во второй половине I тыс. до н.э. исследователь связывает с увлажнением климата степей. Произошедшее примерно на. рубеже веков усыхание климата, по мнению J1.H. Гумилева, явилось причиной гибели хуннского земледелия и сокращения скотоводства, что привело к миграции этого народа на запад [Гумилев, 1990, с.243].

Одной из самых последних работ в области реконструкции системы «хуннское общество-природа» является статья Ю. И. Дробышева «Природопользование и восприятие природы у хунну» [2005]. В ней автор резюмирует известные к настоящему времени сведения о природопользовании хунну и делает попытку определить степень «экологичности» их культуры, иными словами, положение, природы в системе ценностей хунну. В основе природопользования хунну, по мнению Ю. И. Дробышева, лежат природно-климатические условия, от которых зависело развитие таких видов деятельности как скотоводство, охота, земледелие. Анализируя письменные источники, Ю. И. Дробышев отмечает достаточно практичный подход хунну к природе. Они в полной мере использовали окружающие ландшафты для хозяйственной деятельности. При этом хунну не всегда беспокоились об ущербе, наносимом живой природе. Однако в целом, подобный прагматизм, по мнению автора, может вполне заслуженно истолковываться как «экологичный». Грубое нарушение природной среды в степях быстро вызывало негативный отклик в хозяйстве номадов, что способствовало выработке так называемых экологических традиций [Дробышев, 2005, с.54].

Такова в общих чертах история изучения работ, в которых затрагиваются вопросы, связанные с экологическим аспектом экономического развития хуннского общества. Подводя итог обзора исследований наших предшественников, можно отметить следующее. Публикаций, касающихся реконструкций природной обстановки Западного Забайкалья в хуннский период, в целом немного и они зачастую носят сугубо палеогеографический характер. Поэтому исследованиям в этом направлении необходимо придать палеоэкологическую ориентацию, то есть имеющиеся и вновь полученные данные о состоянии окружающей среды в древности оценить с точки зрения ее влияния на жизнь населения. В работах, затрагивающих экономику хунну реконструируются отдельные стороны хозяйственной деятельности, но полноценной оценки экономического состояния хуннского общества, его монографического освещения дано еще не было. Вопросам взаимодействия природной среды и хунну в литературе уделяется определенное внимание, однако его явно недостаточно. Вышеизложенное предполагает необходимость подготовки обобщающего исследования, основанного на всестороннем изучении экономической деятельности хунну, окружающей их природной среды и связей между ними.

Цель и задачи исследования

Целью диссертации является выявление особенностей экономического развития хуннского общества в Западном Забайкалье, связанных с местными природными условиями. Цель конкретизируется постановкой следующих задач:

— реконструировать палеогеографическую обстановку Западного Забайкалья в хуннский период;

— дать описание хозяйства хунну;

— определить степень влияния природной среды на хозяйство хунну;

— определить степень влияния хозяйственной деятельности хунну на природную среду;

— охарактеризовать экономический уклад хуннского общества;

— оценить роль природного фактора в распаде хуннского государства.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования является хозяйственная деятельность хунну и природная среда Западного Забайкалья. Предметом исследования являются исторические процессы взаимодействия хозяйственной деятельности хунну и природной среды в Западном Забайкалье.

Территориальные и хронологические рамки исследования. Территориальные рамки исследования включают в себя северную часть Хуннского государства — Западное Забайкалье. Этот район, куда входят центральные и южные районы Бурятии, охватывает бассейн р. Селенга с ее многочисленными большими и малыми притоками. Хронологические рамки охватывают период существования государства хунну — конец III в. до н.э. -I в. н.э.

Источники. В ходе исследования были использованы три типа источников — письменные, археологические и этнографические.

Описание отдельных сторон хозяйства хунну содержится в китайских письменных источниках, которые были переведены на русский язык B.C. Таскиным. Вынужденное считаться со своими северными соседями Китайское государство собирало сведения об их политической и военной организации, образе жизни, обычаях с тем, чтобы использовать их в своей внешней политике. Первым китайским хронистом, посвятившим свои работы кочевникам хунну был Сыма Цянь. Он, в одной из глав в своем знаменитом труде Ши Цзи («Исторические записки»), упоминает о некоторых видах деятельности хунну. В частности, в источниках есть упоминания о занятии хунну кочевым скотоводством, охотой и отсутствия у них оседлых поселений. В более поздних произведениях, таких как «Хань Шу» («История династии Хань») и «Хоу Хань Шу» («История династии Хань»), написанных историками Бань Гу и и Фань Е, также отмечается кочевой скотоводческий образ жизни хунну. Кроме того, в этих трудах встречаются сведения о занятии хунну земледелием, плотницким ремеслом, торговлей и наличии у них оседлости.

Сведения из письменных источников дополняют материалы их археологических памятников хунну. В качестве археологических источников выступали артефакты из могильников и поселений хунну на территории Западного Забайкалья. Начиная с конца XIX в. вплоть до наших дней в результате раскопок здесь накоплен огромный материал. Для реконструкции отраслей хозяйства хунну нами использовались результаты исследований Ю.Д. Талько-Грынцевича [1899], Г. П. Сосновского [1946], П. Б. Коновалова [1976], А. В. Давыдовой [1985, 1995], Данилова [1995]. Также привлекались материалы из могильника Ноин-Ула в Северной Монголии [Руденко, 1962].

В диссертации использовались этнографические материалы. Методы ведения скотоводческого хозяйства практически не изменились с эпохи древности вплоть до новейшего времени. В связи с этим, для восстановления системы перекочевок, видового состава стада в хозяйстве хунну, в работе применялись материалы этнографического характера по бурятам XIX в. [Батуева, 1992] и монголам конца XIX-начала XX в. [Симуков, 1934].

Методы исследования. Диссертация представляет собой, прежде всего историческое исследование, выполненное на основе комплексного подхода с использованием исторических методов (сравнительно-исторический, описательный, историко-ретроспективный), методов палеогеографии (споро-пыльцевой, дендрохронологический), а также методов картографирования на основе геоинформационных систем (ГИС-технологий).

В основу написания диссертационного исследования были положены принципы объективности и историзма, позволившие изучить хозяйственную деятельность хунну • и ее взаимодействие с природной средой. В процессе работы были использованы описательный, сравнительно-исторический и типологический методы.

В последнее время все чаще в исторических исследованиях для более широкого и объективного изучения применяются методы естественных наук. В данной диссертации для реконструкции природной среды Западного Забайкалья в хуннский период были использованы методы палеогеографии, на основе споро-пыльцевого и дендрохронологического анализов.

При восстановлении природных обстановок голоцена многие исследователи применяют споро-пыльцевой или палинологический метод. Его суть заключается в изучении ископаемых пыльцы и спор, установление их качественных и количественных взаимоотношений для восстановления эволюции флоры и растительности в пространстве и во времени. Именно растительность наиболее чутко реагирует на изменение среды обитания, синтезируя многочисленные частные процессы природы. Поэтому растительность является наиболее репрезентативным индикатором физико-географической среды в целом. Палинологический метод позволяет по вполне объективным и поддающимся количественным измерениям данным (споро-пыльцевым спектрам) реконструировать картину изменения растительного покрова, направленность и ритмику климата, проследить климатические колебания [Методическое руководство, 1987, с. 184].

При реконструкции природных ландшафтов прежде всего учитываются климатические показатели, которые в разные периоды своих проявлений (похолоданий и потеплений) оставляют «прямых свидетелей» в ископаемом состоянии. Споро-пыльцевые спектры растений служат надежными источниками информации о климатических изменениях и тем самым «фиксируют» те или иные изменения в природной среде [Методы, 1987, с. 136].

Дендрохронологический метод в настоящее время используется для датировки и реконструкции многих природных явлений и процессов. Традиционной основой этого метода является изучение годового радиального прироста деревьев. Ширина прироста годичного кольца является наиболее чутким показателем, реагирующим на изменение условий произрастания древесных пород, как в современную эпоху, так и в прошлые периоды.

В зависимости от решаемых конкретных задач дендрохронологию в последние годы обычно делят на собственно дендрохронологию и дендроклиматологию. Дендрохронология занимается составлением дендрохронологических шкал, их перекрестной и временной связью, относительным и абсолютным датированием самих шкал и, наконец, датированием по этим шкалам тех или иных явлений природы и объектов. Предмет дендроклиматологии значительно шире. Дендроклиматологии выясняют качественные и количественные показатели связей элементов климата, солнечной радиации и явлений природы прошлого с годичным приростом дерева. Дендроклиматический метод основан на зависимости интенсивности фотосинтеза, идущего в листьях деревьев, а, следовательно, и количества образованной за год древесины, от климатических параметров [Шиятов, 2000, с. 25].

В диссертации также был использован картографический метод на основе электронных ГИС-технологий. Компьютерное картографирование является одной из наиболее динамично развивающихся технологий исторического исследования. Его техника и методика связаны, преимущественно, с использованием географических информационных систем (ГИС) — особого вида программного обеспечения, позволяющего создать компьютерную карту как исследовательский Инструмент, дающий возможность не только большей наглядности, но и аналитической работы с историческими источниками в пространственной форме, включая их создание и представление в различных видах в зависимости от целей работы [Берлянт, 2002, с.259].

Картографический метод в данном исследовании использовался для реконструкции различных сторон экономической деятельности хуннского общества в Западном Забайкалье. Нами были составлены несколько карт-схем различного тематического содержания на основе ГИС-проекта ландшафтов Западного Забайкалья масштаба 1:1 000 000 с нанесенными на них археологическими Памятниками эпохи хунну. В качестве ландшафтно-типологической основы создания ГИС-проекта ландшафтов района использовалась «Ландшафтная карта юга Восточной Сибири» (Ряшин, Михеев, 1977) под общей редакцией академика В. Б. Сочавы. Используя различные ландшафтные характеристики в среде ГИС-проекта были построены производные карты, которые дают наглядное пространственное представление об эколого-экономическом базисе хуннского общества (пастбища, охотничьи угодья, земли пригодные для земледелия и др.).

Новизна работы заключается в том, что в ней:

— произведена реконструкция природной среды Западного Забайкалья в хуннский период;

— проведён анализ взаимовлияния природной среды и хозяйственной деятельности хунну в Западном Забайкалье;

— определен экономический уклад как всего хуннского общества в целом, так и на территории Западного Забайкалья в частности, на основе природно-ландшафтного подхода.

Практическая значимость. Основные результаты диссертации и введенные в научный оборот материалы могут быть использованы при разработке научных программ по истории традиционного природопользования, написании спецкурсов по истории, археологии, палеогеографии и другим предметам в учебных заведениях, создании обобщающих трудов по истории Центральной Азии.

Апробация работы. Основные научные положения диссертации докладывались и обсуждались на XXXVIII, XXXIX, ХХХХ Региональных археолого-этнографических студенческих конференциях (Улан-Удэ, 1998, Чита, 1999, Новосибирск, 2000) — Научно-практических конференциях преподавателей и аспирантов ВСГТУ (Улан-Удэ, 1999, 2000, 2001). Основные научные результаты исследования отражены в десяти работах.

Структура диссертации. Работа состоит из введения, трех глав, заключения, библиографии и приложений.

Заключение

.

В данной работе нами была предпринята попытка выявить особенности экономического развития хунну на территории Западного Забайкалья, связанные с местными природными условиями. Исследование хозяйственной деятельности хунну и природной среды Западного Забайкалья позволило придти к следующим выводам.

Изучение палинологических и дендроклиматических данных по хуннскому периоду в Западном Забайкалье показало, что климат и растительность Западного Забайкалья в рассматриваемый период были близки к современным природным условиям. Растительность была представлена степными, лесостепными и лесными сообществами. Климатические условия характеризовались резкой континентальностью и недостаточной влажностью. Близость природных условий хуннского периода к нынешним условиям позволил нам использовать более детальные современные данные по физико-географическим характеристике Западного Забайкалья для реконструкции системы экономической жизнедеятельности хунну.

Согласно современным физико-географическим данным Западное Забайкалье отличается многообразием ландшафтных зон — степи, лесостепи, тайга. Разнообразие природно-ландшафтных условий позволило хунну вести здесь многоотраслевое хозяйство. Ряд факторов, такие как обширные, хотя и низкопродуктйвные, но высококачественные пастбища, возможность круглогодичного выпаса скота, горный рельеф с многочисленными падями, позволяющим животным находить убежище от непогоды, благоприятствовали развитию здесь номадного скотоводства и обусловили его ведущее положение в хозяйстве хунну.

Наличие степных, лесостепных и таежных пространств предопределило разнообразие животного мира Забайкалья, что послужило предпосылкой для развития у хунну охоты, особенно облавной. Разветвленная речная сеть в Забайкалье позволяла хунну заниматься рыболовством.

Речные долины являлись местом для занятия земледелием, которое практиковалось у оседлого населения хунну. В то же время в силу суровых природных условий, таких как аридность и резкая континентальность климата, малое выпадение осадков, в целом низкое плодородием почв, земледелие у хунну не получило массового распространения. Этот вид деятельности развивался на оседлых поселениях в увлажненных пойменных местах с более или менее плодородными почвами.

На поселениях были распространены различные виды ремесел, источником которых служили богатые естественные ресурсы Забайкалья. Так, при помощи лесных ресурсов у хунну развивалось плотницкое ремесло, кости животных использовались в косторезном ремесле, залежи медной и железной руды обеспечили у хунну появление бронзолитейного и железоплавильного ремесел, а широкое распространение глины явилось причиной существования гончарного ремесла.

Какая-то часть необходимых хунну продуктов ремесла и земледелия получалась в результате торгового обмена. Хунну, в основном, торговали на приграничных с Китаем рынках, где хунну представляли скот и продукты скотоводства. Торговали не только с китайцами, но и с соседними, подчиненными хунну народами.

Хунну занимались грабительскими набегами, превращенных ими в один из способов производства. Главная причина набегов хунну на Китай была в возможности, используя мощную военную организацию, получать дополнительный прибавочный продукт в виде продуктов земледелия и изделий из ремесла.

Природная среда играла важную роль и оказывала сильное воздействие на хозяйственную деятельность хунну. Жизнь номада зависела от окружающих его ландшафтных условий. Ландшафт во многом определял видовой состав стада, маршрут и протяженность перекочевок, количество скота и даже самих кочевников. К примеру, преобладание поголовья овец в стаде хунну Западного Забайкалья было вызвано тем, что в силу засушливого климата здесь преобладают сухостепные пастбища, которые больше пригодны для разведения и содержания мелкого рогатого скота, особенно овец. Система кочевания также зависела от окружающих условий. По природным характеристикам, территории Забайкалья подходит «степной» тип кочевания, который характеризуется летними пастбищами в открытых местах, предпочтительно около воды и зимние лагеря на южных склонах гор или в лощинах, чтобы защититься от ветра. Чередование хребтов сглаженных очертаний и межгорных понижений, внутри которых располагаются невысокие возвышения — останцовые горы, сопки и холмы, позволял скотоводам летом кочевать на обширных степных пространствах, а зимой укрываться от сильных ветров в многочисленных падях и лощинах.

Особенностью кочевого скотоводства является его зависимость от природно-климатических колебаний. Летняя засуха или сильный снегопад вызывали падеж большей части поголовья скота, что приводило к массовой смертности среди населения от голода и сопутствующих ему болезней. Это наносило большой урон экономике хунну, а через экономику и всему государству.

Другие отрасли хозяйства хунну также, прямо или косвенно, подвергалось воздействию окружающей природной среды. Одним из примеров является охота. В годы природных кризисов дикие животные вынуждены были мигрировать в более благоприятные районы, часто заставляя кочевников следовать за ними.

Земледелие не меньше скотоводства зависела от климатических стрессов. Территория Забайкалья относится к зоне рискованного земледелия. Письменные источники неоднократно упоминают о выпавшем снеге или засухе, в результате чего погибал весь урожай.

Хунну часто вынуждены были прекращать военные набеги из-за природных катаклизмов, которые не только ослабляли их экономическую и военную мощь, но и нередко служили причиной разложения государства в силу сепаратистских процессов.

Торговля на пограничных рынках с китайцами была возможна в основном в климатически благоприятные годы, тогда как в годы природных кризисов хунну нечего было предложить для продажи и обмена в виду падежа скота, который был основным товаром у кочевников.

Итак, вышеизложенное позволяет сделать вывод о том, что экономика хунну, основанная на кочевом скотоводстве, носила экстенсивный характер и находилась в прямой связи с природно-географическими факторами, определявших условия проживания и ведения хозяйства на территории Западного Забайкалья. Вместе с тем, многоукладный характер хозяйства позволял хунну в меньшей степени зависеть от климатических воздействий и приносить более или менее стабильный прибавочный продукт.

Процесс взаимодействия природной среды и хуннского общества не носил односторонний характер. Кочевники сами оказывали воздействие на окружающую среду посредством хозяйственной деятельности. Нерегулируемый выпас скота приводил к выбиванию пастбищных угодий, эрозии почвенного покрова, его плодородного слоя, для восстановления которого требуется долгое время. Вместе с тем, при рациональном подходе кочевое скотоводство дает пример наиболее экологически сбалансированного способа природопользования, поскольку оно было приспособлено к окружающим природным условиям.

Занятие земледелием хунну также оказывало влияние на целостность ландшафтов. Распашка земли влекла за собой развитие эоловых процессов, эрозии почв, образование оврагов. Однако поскольку земледелие у хунну имело подсобное значение и не получило широкого распространения в силу отсутствия благоприятных природных условий, то и его нагрузка на окружающую среду носила незначительный характер.

При помощи охоты, особенно облавной, хунну влияли на разнообразие животного мира. Подобные облавы нередко приводили к истреблению диких зверей.

Использование лесных ресурсов не ограничивалось охотой. Хунну использовали лес в качестве материала при строительстве жилищ на поселениях и для изготовления бытовой утвари, бревенчатых срубов, погребальных камер, гробов на погребениях. Кроме того, леса вырубались при заготовке древесины для получения древесного угля, большое количество которого требовалось для производства железа.

Как видно из приведенных примеров, хунну оказывали определенное воздействие на окружающую природную среду. Вместе с тем, это воздействие не приводило к катастрофическим последствиям для окружающей среды. Ведение комплексного хозяйства позволяло хунну не истощать до конца одни и те же ресурсы, а распределять нагрузку на природу более или менее равномерно между разными их видами.

Одной из ключевых проблем истории изучения хунну является экономическая структура хуннского общества. До сих пор среди ученых нет единого мнения по этому вопросу. Г. П. Сосновский относил хунну к полукочевому этносу, а А. В. Давыдова считала хуннское общество разделенным на две части — кочевое и оседлое. По нашему мнению, отсутствие единой трактовки проистекает из-за стремления исследователей дать характеристику экономическому строю для всего хуннского общества в целом. Применение ландшафтного подхода при анализе этой проблемы позволило нам выдвинуть тезис о существовании у хунну определенного хозяйственного уклада в разных частях государства в зависимости от существовавших там природно-ландшафтных условий. Так, хунну, обитавшие в Южной Монголии, где господствуют обширные степные и полупустынные пространства с небольшим количеством рек, малоплодородными почвами, засушливым климатом, вели преимущественно кочевой образ жизни на основе номадного скотоводства. В Северной Монголии, характеризующейся лесостепными ландшафтами с более или менее развитой речной сетью, плодородными пойменными землями, чередованием межгорных понижений и хребтов, богатых лесом, хунну могли сочетать кочевой и оседлый образ жизни, со строительством поселений и занятием земледелием. Резюмируя вышесказанное, можно сказать, что различия природных условий территории хуннского государства обусловили различные способы ведения хозяйства в разных ее частях.

Что же касается территории Западного Забайкалья, то здесь природные условия позволяли вести здесь как кочевое, так и полукочевое и оседлое хозяйство. В результате рассмотрения хозяйственного уклада той части хунну, которая проживала в Западном Забайкалье нам оказалась близка точка зрения А. В. Давыдовой и здесь необходимо говорить о разделении хунну на кочевую и оседлую части.

Природный фактор оказывал воздействие не только на развитие хозяйства хунну, но и сыграл определенную роль в распаде хуннской империи. На рубеже нашей эры на территории существования государства хунну разразился «геоэкологический кризис», который был вызван аридизацией климата. Данный факт наряду с хозяйственной деятельностью хунну вызвали деградацию пастбищных, пахотных, охотничьих угодий, что привело к снижению экономической жизнедеятельности хунну и как следствие произошло ослабление и распад всего государства. «Вызов» природы совпал по времени с очередными ударами империи Хань и других кочевых народов. При разрешении возникшей кризисной ситуации хунну избрали пассивный вариант, когда вынуждены были мигрировать на другие территории.

Таким образом, рассмотрение письменных и археологических материалов вместе с данными о природной среде Западного Забайкалья показало, что экономика хунну находилась в прямой связи с природно-географическими факторами, определяющими условия проживания и ведения хозяйства на территории хуннского государства в целом, и в Западном Забайкалье в частности.

Показать весь текст

Список литературы

  1. В.Н., Масанова М. Д., Четверикова А. Ф. Индикаторы изменения климата. — Москва, 1982. — 230 с.
  2. Атлас Забайкалья. Москва-Иркутск, 1967. — 176 с.
  3. А. А. Эколого-ресурсная оценка охотничьих животных Байкальской Сибири. Улан-Удэ, 2003. — 216 с.
  4. Д.Б. Четвертичные отложения и основные этапы развития рельефа Селенгинского среднегорья. Улан-Удэ, 1968. — 243 с.
  5. И.Б. Буряты на рубеже XIX—XX вв.еков. Улан-Удэ, 1992. — 75 с.
  6. A.M. Картография. Москва, 2002. — 336 с.
  7. Бурятия: природные ресурсы. Вып. I. Улан-Удэ, 1997. — 280 с.
  8. Бурятия: растительный мир. Вып. II. Улан-Удэ, 1997. — 250 с.
  9. Н.Н. Методы палеогеографических исследований. — Ленинград, 1979.-247 с.
  10. П.Б. Послеледниковая история ландшафтов в Забайкалье // Докл. АН СССР. 1962. — Т. 145. № 4.-С. 871−874.
  11. Геология и культура древних поселений Западного Забайкалья. -Новосибирск, 1982.
  12. А.А. Пастбища Забайкалья. Иркутск, 1973. — 158 с.
  13. Ю.С. Новые данные о древних памятниках в южных районах Забайкалья // Новое в археологии Забайкалья. Новосибирск, 1981. — С. 2629.
  14. Грумм-Гржимайло Г. Е. Западная Монголия и Урянхайский край. Т.2.-Ленинград, 1926. С. 236.
  15. Л.Н. Хунну. Срединная Азия в древние времена. Москва, 1960. -224 с.
  16. Л.Н. Каспий, климат и кочевники Евразии // Труды общества истории, археологии и этнографии. Т. I. (36). Казань, 1963. — С. 41−55.
  17. Л.Н. Изменения климата и миграции кочевников // Природа. № 4.- Москва, 1972. С. 44−52.
  18. Л.Н. Этногенез и биосфера Земли. Ленинград, 1990. — 528 с.
  19. Л.Н. Хунну. Санкт-Петербург, 1993. — 224 с.
  20. А.Г. Травы сенокосов и пастбищ Бурятии.-Улан-Удэ, 1971.-168 с.
  21. А.В. Иволгинский комплекс (городище и могильник) — памятник хунну в Забайкалье. Ленинград, 1985. — 112 с.
  22. А.В. Иволгинский археологический комплекс. Т. 1: Иволгинское городище. Санкт-Петербург, 1995. — 272 с.
  23. С.В. К проблеме городов Хунну // 100 лет гуннской археологии. Номадизм прошлое, настоящее в глобальном контексте и исторической перспективе. Гуннский феномен: Тез.докл. международной конференции. Ч. 1. Улан-Удэ, 1996. — С. 20−22.
  24. С.В., Жаворонкова Т. Д. Городище Баян-Ундэр новый памятник хунну в Забайкалье // Культуры и памятники бронзового и раннего железного веков Забайкалья и Монголии. — Улан-Удэ, 1995. — с. 26−36.
  25. С.В. Города в кочевых обществах Центральной Азии. Улан-Удэ, 2004. — 202 с.
  26. Н. Аратство и аратское хозяйство. Улан-Батор, 1979. — 145 с.
  27. Н.Н. Бронзовый век Забайкалья. Улан-Удэ, 1958.
  28. Л.Г., Болд Г. История выпаса скота и развития пастбищной дигрессии в степях Монголии // Историческая экология диких и домашних копытных: История пастбищных экосистем. Москва, 1992. — 219 с.
  29. Ю.И. Природопользование и восприятие природы у хунну // Восток. № 1. Москва, 2005. — С. 44−55.
  30. С.Г. Традиционная охота бурят. Новосибирск, 1991. — 176 с.
  31. В.М. Климат Бурятской АССР. Улан-Удэ, 1960. — 188 с.
  32. Л.Г. Неолит и энеолит лесостепной зоны Бурятии. -Новосибирск, 1979. 157 с.
  33. Л.Г. Предпосылки к зарождению производящих отраслей хозяйства в эпоху позднего неолита ранней бронзы (на материале археологических памятников Бурятии) // 100 лет гуннской археологии.
  34. Номадизм — прошлое, настоящее в глобальном контексте и исторической перспективе. Гуннский феномен: Тез.докл. международной конференции. Ч. 2. Улан-Удэ, 1996. С. 23−25.
  35. А.Б. Природа переходной зоны. Новосибирск, 1997. — 232 с.
  36. К.А. Хунну и гунны. Ленинград, 1926. — С. 271.
  37. Исследование влияния сельского хозяйства на природные ландшафты Забайкалья (с использованием дистанционных методов). Отчет Байкальского отдела проблем природопользования БНЦ СО РАН СССР). -Улан-Удэ, 1990. 308 с.
  38. И.А. Агрономическая характеристика почв Бурятии. Улан-Удэ, 1972.-212 с.
  39. Т.И., Даважамц Ц. Продуктивность фитоценозов степей и пустынь основных природных зон МНР // Природные условия и биологические ресурсы МНР. Москва, 1986. — С. 215−223.
  40. П.Б. О погребальном обряде хунну // Этнографический сборник. Выпуск 6. Улан-Удэ, 1974. — С. 198−220.
  41. П.Б. Раскопки курганов хуннской знати в Ильмовой пади // Этнографический сборник. Выпуск 6. Улан-Удэ, 1974. — С. 220−234.
  42. П.Б. Хунну в Забайкалье. Улан-Удэ, 1976. — 248 с.
  43. П.Б. Этнические аспекты истории Центральной Азии (древность и средневековье). Улан-Удэ, 1999. — 214 с.
  44. П.Б., Цыбиктаров А. Д. Некоторые материалы из новых хуннских памятников Забайкалья и Монголии // Памятники эпохи палеометалла в Забайкалье. Улан-Удэ, 1988. — С. 95−107.
  45. М.В., Семина Л. В., Константинов А. В. Археологические исследования в Западном Забайкалье: достижения и проблемы // Четвертичная геология и первобытная археология Южной Сибири. Ч. 2. -Улан-Удэ, 1986. С. 58−62.
  46. М.Ф. Древняя история Западной Сибири: человек и природная среда. Москва, 1991. -210 с.
  47. Н.Н. Кочевые общества (проблемы формационной характеристики). Владивосток, 1992.
  48. Н.Н. Империя хунну. Владивосток, 1996. — 164 с.
  49. Н.Н. Вероятная численность кочевого населения Бурятии в хуннскую эпоху // Вперед. в прошлое: К 70-летию Ж. В. Андреевой. -Владивосток, 2000. С. 161−173.
  50. Н.Н. Некоторые аспекты экологии древних кочевников Забайкалья // Сезонный экономический цикл населения Северо-Западного Прикаспия в бронзовом веке. Москва, 2000а. — С. 143−152.
  51. Н.Н. Империя хунну. Москва, 2001. — 312 с.
  52. Э.С. Человек и природа в Китае. Москва, 1990. — 248 с.
  53. Д. Кочевое общество: генезис, развитие, упадок. Алма-Ата, 1984.-265 с.
  54. И.В. Система использования пастбищ. Москва, 1948. — 56 с.
  55. В.Е. Неолит Забайкалья // Материалы по древней истории Сибири.- Улан-Удэ, 1964. С. 173−181.
  56. Л.В., Хамзина Е. А. Древности Бурятии. Карта археологических памятников. Улан-Удэ, 1999. — 241 с.
  57. Й. Современная Монголия. Москва, 1921. — 214 с.
  58. В.В. Голоцен (ритмический вариант системы Блитта-Сернандера) // Изв. Всесоюзного географического общества, Т. 118. Вып. 1.-Москва, 1986.-С. 10−20.
  59. Е.А. Результаты спорово-пыльцевого анализа проб с поверхности почвы из Центральной Монголии // Палинология голоцена. -Москва, 1971. С. 239−258.
  60. Г. Е. Кочевники Азии. Москва, 1976. — 320 с.
  61. Материалы по истории сюнну (по китайским источникам). Вып. 1. -Москва, 1968. 171 с.
  62. Материалы по истории сюнну (по китайским источникам). Вып. 2. -Москва, 1973.- 185 с.
  63. А.В. Динамика антропогенных ландшафтов Западного Забайкалья. Москва, 1999. — 342 с.
  64. Методическое руководство по изучению и геологической съемке четвертичных отложений. Ленинград, 1987. — 308 с.
  65. С.С. К хронологии сюннуских памятников Забайкалья // Ранние кочевники Средней Азии и Казахстана. Ленинград, 1975. — с. 47−48.
  66. С.С. Бронзовые изделия хунну. Типология, производство, распространение. Автореф. дисс.. канд. ист. наук. Ленинград, 1982. — 20 с.
  67. B.C. Ландшафтно-географическое обеспечение ТерКСОП бассейна озера Байкал (Препринт). Иркутск, 1988. — 63 с.
  68. Л.Г., Тулохонов А. К. Эволюция аграрного природопользования в Забайкалье. Новосибирск, 2000. — 200 с.
  69. Э.А. Древняя Монголия. Москва, 1989.
  70. А.П. О начале земледелия за Байкалом и в Монголии // Древний мир. Москва, 1962. — С. 418−431.
  71. Очерки по гидрографии рек СССР. Москва, 1953. — 378 с.
  72. С.Б. Потенциал номадного животноводства в Байкальском регионе. Улан-Удэ, 1993. — 43 с.
  73. Предбайкалье и Забайкалье. Москва, 1965. — 492 с.
  74. М.А. Степи Западного Забайкалья. Москва, 1961. 174 с.
  75. С.И. Культура хуннов и Ноинулинские курганы. Москва-Ленинград, 1962. — 206 с.
  76. М.В., Михеев B.C. Ландшафтная карта юга Восточной Сибири. — Москва, 1977.
  77. А.Д. Монгольские кочёвки // Современная Монголия. № 4 (7). Москва, 1934.-С. 45−57.
  78. М.Н. Крупные хищные млекопитающие в центре Азии.-Красноярск, 2002. 256 с.
  79. Г. П. Раскопки Ильмовой пади // Советская археология. VIII.-Москва, 1946. С. 64−65.
  80. В.Б. Введение в учение о геосистемах. Новосибирск, 1978 — 319 с.
  81. В.А., Лхасаранов Б. Б. Аборигенная бурятская овца. Улан-Удэ, 1997.-с. 123.
  82. В.А., Лхасаранов Б. Б. Атлас номадных животных. Новосибирск, 1999. — 284 с.
  83. Талько-Грынцевич Ю. Д. Суджинское доисторическое кладбище в Ильмовой пади // Труды Троицкосавского отделения Приамурского отдела Русского географического общества. Т. 1 Вып. 2. Москва, 1899.
  84. B.C. Скотоводство у сюнну по китайским источникам // Вопросы истории и историографии Китая. Москва, 1968. — С. 21−44.
  85. К.А. Степные лесостепные почвы Бурятской АССР. Москва, 1960.-232 с.
  86. Н.В. Селенгинское среднегорье. Москва, 1963. — 169 с.
  87. Н.А. Мезозойские и кайнозойские впадины Прибайкалья. -Москва, 1960. 362 с.
  88. Ю.Д. Поедаемость растений овцами на степных пастбищах юга Бурятии // Растительный покров и продуктивность сенокосов и пастбищ Бурятии. Улан-Удэ, 1972. — С. 128−153.
  89. Хозяйство, культура и окружающая среда в районах Внутренней Азии. -Новосибирск, 2000. 442 с.
  90. Г. Б. Сухостепные пастбища Бурятии. Улан-Удэ, 1976. — 72 с.
  91. . Обводнение пастбищ. Москва, 1980. — 255 с.
  92. Л.Н. Пыльца древесных пород в современных спорово-пыльцевых спектрах Средней Азии и Казахстана // Палинология голоцена. Москва, 1971,-С. 227−239.
  93. . С. Экономика хуннского общества // Археология и этнография Сибири и Дальнего Востока: Тез. докл. XXXVIII РАЭСК. Улан-Удэ, 1998.-С. 79−80.
  94. . С. Влияние природной среды на экономику хуннского общества // Молодая археология и этнография Сибири: Тез. докл. XXXIX РАЭСК. Чита, 1999. — С. 48−49.
  95. . С. Влияние хозяйственной деятельности кочевых народов Центральной Азии на природную среду // Материалы научно-практической конференции преподавателей и аспирантов ВСГТУ. Серия: Охрана окружающей среды. Вып. 1. Улан-Удэ, 1999. — с. 9−11.
  96. . С. Физико-географические условия Западного Забайкалья и их влияние на экономику хуннского общества // Наследие древних и традиционных культур Северной и Центральной Азии: Материалы ХХХХ РАЭСК. Т. 1. Новосибирск, 2000. — С. 218−219.
  97. .С. Скотоводство у хунну по материалам письменных и археологических источников // Материалы научно-практической конференции преподавателей и аспирантов ВСГТУ. Серия: Охрана окружающей среды. Вып. 1. Улан-Удэ, 2001. — С. 97−101.
  98. .С. Влияние колебаний климата на жизнедеятельность хуннского общества // Материалы 8-го международного конгресса монголоведов. Улан-Батор, 2002. — С. 305−307.
  99. .С. Реконструкция природной среды Западного Забайкалья в хуннское время // Вестник БГУ. Серия 3. Вып. 3. Улан-Удэ, 2004. -С. 198−202.
  100. С.Г., Шапхаев Б. С., Шелухеев А. А. Традиционное природопользование коренных народов мира как фактор устойчивого развития // Коренные народы Бурятии в начале XXI века. — Улан-Удэ, 2005. С. 50−94.
  101. С.Г. Основы дендрохронологии. Москва, 2000. — 262 с.
  102. С.Г. Дендрохронология верхней границы леса на Урале. Москва, 1986.-98 с.
  103. А.В. Изменчивость общей увлажненности материков северного полушария (Записки Географического общества Союза ССР. Нов. сер. Т. 16). Москва-Ленинград, 1957. — 337 е.
  104. А.Н. Традиционное скотоводство и природная среда: культурно-экологические аспекты взаимодействия // Этническая экология: теория и практика. Москва, 1991. С. 287−303.
  105. Egami Namio. The economic activities of the Hsiung-nu // Труды XXV Международного конгресса востоковедов. Том 5. Москва, 1963. — с. 353 354.
  106. Fritts Н.С. Tree Rings and Climate. L: Academic Press, 1976. — 567 p.
  107. Jackson S.T. Pollen Source Area and Representation in Small Lakes of the Northeastern United States // Review of Paleobotany and Palynology, 1990. -P. 63−76.
  108. Research protocols for PALE Paleoclimates of Arctic Lakes and Estuaries // PAGES Workshop report, Series 94−1, Bern, Switzerland, 1994, 50 p.
  109. Riemer T, TREND. User’s Guide for Personal Computers Gottingen, Universitat Gottingen, 1991 — 35 p.
  110. Образцы из траншеи, где отобрано 29 образцов1т 0 2 0 0 1 2 1 0 0 1 0 0 0 0 0 3 42 т 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0
  111. Образцы из Иволгинского городища, где 7 образцов1 г 1 134 16 0 12 17 23 3 2 7 0 6 1 0 0 2 г 0 0 0 0 0 4 5 0 1 1 0 1 0 0 0 0 12
  112. Зг 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 04 г 0 2 0 0 0 2 0 0 0 0 0 0 0 0 0 2 25 г 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0бг 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 07 г 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 041. О О О 2 195 О0 16 130 23 О 80 25 14 О О54 11 О 2 О О О1. О О
Заполнить форму текущей работой