Диплом, курсовая, контрольная работа
Помощь в написании студенческих работ

Фразеология в художественном дискурсе Е.И. Носова

ДиссертацияПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

Важное место в художественном дискурсе Е. Носова занимают процессуальные фразеологизмы. В субкатегории деятельности наиболее распространены ФЕ, номинирующие поступки, поведение субъекта, его речевую и мыслительную деятельность. Немаловажную роль играют фразеологизмы и при описании человеческого состояния и бытия. Процессуальные фразеологизмы, в своем большинстве называющие различные виды… Читать ещё >

Содержание

  • ГЛАВА I. ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКАЯ СИСТЕМА ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ПРОЗЫ Е.И. НОСОВА
    • 1. 1. Общая характеристика фразеологии Е.И. Носова
    • 1. 2. Семантико-грамматические классы фразеологизмов
      • 1. 2. 1. Предметные фразеологизмы
      • 1. 2. 2. Процессуальные фразеологизмы
      • 1. 2. 3. Атрибутивно-предикативные фразеологизмы
      • 1. 2. 4. Качественно-обстоятельственные фразеологизмы
      • 1. 2. 5. Количественные фразеологизмы
      • 1. 2. 6. Модальные фразеологизмы
      • 1. 2. 7. Синкретичные фразеологизмы
    • 1. 3. Синтаксическая организация фразеологических единиц в текстах Е.И. Носова
  • ГЛАВА II. ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ В ХУДОЖЕСТВЕННОМ ДИСКУРСЕ Е.И. НОСОВА
    • 2. 1. Приемы неофразеологизации в произведениях Е.И. Носова
      • 2. 1. 1. Формально-грамматические изменения фразеологических единиц
      • 2. 1. 2. Семантические и структурно-семантические преобразования фразеологических единиц
      • 2. 1. 3. Дефразеологизация как степень трансформации фразеологических оборотов в авторском тексте
    • 2. 2. Приемы фразеологической организации художественных текстов Е.И. Носова

Фразеология в художественном дискурсе Е.И. Носова (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Являясь инструментом познания мира и хранилищем культурно-исторических ценностей, индивидуального и общественного опыта, язык в то же время отражает мировосприятие его носителей. Замечено, что в мире человек выделяется только потому, что его человеческая сущность заключается в языке [Хайдеггер 1986: 104]. «Современная лингвистика в целом складывается как антропоцентрическая, то есть исследование языковых процессов происходит в неразрывной связи с потребностями коммуникативной деятельности и предполагает учет человеческого фактора, когда субъект речи включается в описание языковых механизмов» [Хайрулина 2001: 5]. Одно из современных направлений изучения языка заключается в постижении работы человеческого разума «через детальный анализ языковых форм»: в постижении того, «как конкретный носитель языка думает, строит речевую стратегию, управляет известной ему информацией, когда говорит и пишет» [Попова 2005: 11]. Базой для изучения результатов познавательной деятельности человека и закрепления их в языке стал феномен языковой картины мира.

Языковая картина мира, по определению Ю. Н. Караулова, — это совокупность представлений народа о действительности, зафиксированных в единицах языка [Караулов 1999: 156]- соответственно под языковой картиной мира писателя мы понимаем совокупность его жизненных представлений, нашедших отражение в созданных им текстах.

Языковая картина мира — это целостное отображение деятельности с помощью различных языковых средств, наиболее яркое выражение она находит в строевых элементах языка — его лексическом и фразеологическом фондах. Фразеология как средство сохранения и передачи опыта познания мира народом от поколения к поколению представляет собой «генерализованные высказывания, или стереотипы» [Хайрулина 2001: 6], которые позволяют выявить «иерархию смыслов и ценностей» в картине мира языковой личности, в ее тезаурусе [Караулов 1987: 71].

Под языковой личностью, вслед за Ю. Н. Карауловым, понимается особым образом организованная языковая компетенция индивидуума: набор языковых умений, готовностей к осуществлению речевых поступков, а также его уровень знаний языка, владения языковой системой. Языковая личность реализуется в совокупности всех речевых актов, порожденных и воспринятых личностью, т. е. в дискурсе [Караулов 1987: 38−39, 46]. Исследовать дискурс писателя представляется возможным в объеме тех речевых актов, которые были зафиксированы письменно, т. е. в объеме созданных им произведений.

Языковая личность выражается через язык и реконструируется в основных своих чертах на базе языковых средств [Караулов 1987: 38], следовательно, она «так или иначе обнаруживается <.> на уровне лексико-фразеологической и паремиологической подсистемы языка» [Жуков 2004: 4]. «Идиоматическая подсистема языка в сложной и многоярусной структуре языковой личности занимает достаточно скромное, но вместе с тем весьма важное и самостоятельное место» [Жуков 2004: 4]. «Скромное» место идиоматической составляющей объясняется количественным превосходством лексического «строительного материала», «инвентаря» [Телия 1966: 30, 36] над фразеологическим при построении языковой картины мира индивида.

Как уникальные лингвистические сущности, языковая личность и ее идиоматика находятся в центре внимания современных языковедов. Идиоматика способствует «раскрытию» языковой личности, т.к. обращена на самого субъекта: «идиомы изначально создаются не для того, чтобы описывать мир, а для того, чтобы его интерпретировать, чтобы выражать субъективное и, как правило, эмоционально окрашенное отношение говорящего к миру» [Добровольский 1993: 6]. Таким образом, изучение идиоматики отдельной личности — важный шаг к пониманию ее взглядов, убеждений, идеалов.

Исследование писательской фразеологии — одно из актуальных направлений фразеологической науки. Фразеология как отдельная лингвистическая дисциплина возникла в сороковых годах 20 века в советском языкознании и в процессе своего развития ставила и решала различные задачи. После того как в трудах В. В. Виноградова были сформулированы основные понятия данного лингвистического раздела, ученые-фразеологи решали вопросы сходства и различия фразеологической единицы (ФЕ) и слова, а также сочетания слов, что позволило выявить признаки фразеологизма и дать ему более точное определение (Ю.П. Солодуб, Ф. Б. Альбрехт, Н.М. Шанский), описывали структурно-семантическую организацию фразеологических единиц (В.П. Жуков, A.M. Чепасова), изучали фразеологический состав как систему (И.И. Чернышева, В.Н. Телия) и исследовали его историческое развитие (Р.Н. Попов, В. М. Мокиенко, А.К. Бирих), разрабатывали методы описания ФЕ в словарях (А.И. Молотков, A.M. Бабкин), а также уделяли внимание сравнительно-типологическому изучению фразеологического состава (A.B. Кунин, Л.И. Ройзензон) и другим вопросам. В последнее время все больший интерес ученых вызывают закономерности употребления ФЕ «в процессах организации высказывания» [Телия 2000: 561].

Существует две противоположные точки зрения на специфику фразеологической составляющей языковой картины мира. С одной стороны, фразеологическая картина мира является наиболее яркой, образной частью национальной языковой картины мира, специфически и эмоционально окрашенной. Фразеология — «результат длительного процесса эволюции национального языка», следовательно, во фразеологических единицах отражены «национально-социальные особенности, которые можно назвать штрихами к национальному портрету, помогающими понять миропонимание и менталитет данного народа» [Косякова 2002: 120]. A.B. Жуков считает фразеологический состав языка изначально образным, выразительным, нередко оценочным, имеющим номинативно-познавательную ценность и антропоцентричность, что не только обогащает языковую личность, но придает и «самой речевой деятельности говорящего или пишущего неповторимое семантическое своеобразие, красочность, динамизм, эмоциональность и коммуникативную действенность» [Жуков 2004: 4]. (2) С другой стороны, в науке оспаривается особая роль фразеологии в отражении русского национального самосознания, так как при подобном рассмотрении не учитывается «фразеологичность семантики подавляющего большинства слов и его такой же номинативно-коммуникативный характер, который свойственен фразеологизмам» [Шанский 2002: 110]. Представители этих точек зрения по-разному делают акцент на фразеологических номинативной или коннотативной функциях, соотношение и степень реализации которых может быть исследована в контексте творчества писателя.

Несмотря на разногласия в оценке первичности номинативной и коннотативной функций фразеологизмов, ученые сходятся в том, что наиболее ярко и полно «идиоматический арсенал языковой личности раскрывается в живой эмоционально окрашенной литературной речи или литературном просторечии, а также в образцовом художественном тексте» [Жуков 2004: 4].

Изучение фразеологии писателя привлекает внимание многих исследователей, и это объясняется несколькими причинами.

Во-первых, в художественном тексте мы сталкиваемся с освоением языковых ресурсов на высшем, сверхсознательном уровне (исходя из положения, что человек может овладеть языком на трех уровнях: бессознательном (дети и иностранцы), сознательном и сверхсознательном). Этот уровень характеризует художественное, личностное владение фразеологией, «когда и интеллектуальный уровень, и языковая компетенция позволяют трансформировать ФЕ, опираясь на типовой образ, реализуя потенциальные возможности и семантики, и структуры фразеологизма» [Минакова 2004: 118]. Сюда относятся различного рода преобразования семантические и структурно-семантические, — позволяющие автору реализовать художественный замысел.

Во-вторых, художественное произведение является свидетельством преобразования необработанной стихии народной речи в литературный язык: «Писатель подмечает удачное, меткое слово и со страниц своей книги пускает его в общий оборот- <.> создает такие речевые обороты и смысловые формулы, которые свободно выхватываются из текста его стихов или прозы и начинают жить в языке народа рядом с пословицами, поговорками и подобными им устойчивыми сочетаниями слов, представляя собой выразительное богатство национального языка и пополняя его идиоматический запас» [Бабкин 1970: 108]. Таким образом, «<.> язык писателя — это источник стилистического разнообразия и культуры речи народа» [Бабкин 1970: 107].

Изучение фразеологии писателя является актуальным лингвистическим направлением, о чем свидетельствует обилие работ, написанных в последнее время по данной проблеме. К ним относится ряд кандидатских диссертаций: исследованию фразеологии в языке JT.H. Толстого посвящена работа Ю. В. Архангельской (2005), описанию фразеологической картины мира в творчестве А. Платонова — диссертация Е. Г. Дорониной (2004), изучению функций фразеологии в романе Ф. М. Достоевского «Преступление и наказание» — работа H.A. Семеновой (2004), анализу особенностей использования фразеологических единиц в художественном тексте (на материале произведений В.М. Шукшина) — сочинение H.H. Захаровой (2001), выявлению роли фразеологии в организации идиостиля A.M. Ремизова (1995) — исследование М. А. Фокиной. Докторская диссертация А. Г. Ломова посвящена изучению фразеологии в творческой лаборатории писателя (на материале драматических произведений А.Н. Островского) (1998). Количество же научных статей по данной проблеме очень велико.

В русле работ по писательской фразеологии находится и наше исследование.

Актуальность работы определяется следующими факторами. Художественные произведения Е. И. Носова признаны добротными образцами современной реалистической прозы, его язык «чист и высок», чем и привлекает внимание исследователей (А.Н. Евдокимов 2005, 2006, O.A. Черникова 2005). В. Астафьев ставит имя курского писателя в один ряд с Буниным и Тургеневым, Лесковым и Андреевым, Кольцовым и Никитиным, Есениным и Полонским [Астафьев 1977: 10]. Поэтому фразеология писателя как наиболее яркая и образная часть его языка представляет несомненный интерес для изучения. Кроме того, этот материал до настоящего времени не подвергался исследованию как целостное явление, участвующее в организации индивидуального стиля писателя.

Объект исследования — фразеологические единицы, употребленные Е. Носовым в его художественных текстах.

Предметом исследования служат структурно-семантическая организация фразеологии в художественном дискурсе Е. И. Носова, способы трансформации и специфика функционирования фразеологизмов в тексте, а также приемы их использования автором.

Целью работы является общая характеристика фразеологического пространства прозы Е. И. Носова и описание структурно-семантических классов ФЕ, исследование различных видов преобразований и приемов использования фразеологизмов в авторском тексте.

Для достижения поставленной цели в работе решаются следующие задачи:

1) определить фонд фразеологических единиц в прозе Е. И. Носова;

2) дать характеристику фразеологизмов с точки зрения частотности употребления, стилистической принадлежности, эмоциональной окраски и других параметров;

3) выявить и описать семантико-грамматические классы фразеологизмов, выделить наиболее важные семантические центры фразеологической картины мира писателя;

4) описать все виды трансформаций ФЕ в анализируемых текстах;

5) охарактеризовать стилистические приемы использования фразеологического фонда языка автором.

Теоретической основой диссертации служат концепция языка писателя как филологической категории В. В. Виноградова, учение о языковой личности и языковой картине мира Ю. Н. Караулова, психолингвистическое и философское понимание дискурса (обзор изучения дискурса в лингвистике см.: [Прохоров 2004]). Особое значение для настоящей работы имеет концепция A.M. Чепасовой (согласно которой «самым общим свойством фразеологизмов оказывается их свойство объединяться в семантико-грамматические классы, в основе которого лежит одно категориальное значение, или один тип семантики» (цит. по: [Коршкова 2005:4])) и труды челябинских ученых-продолжателей идей A.M. Чепасовой: В. А. Лебединской, Л. П. Гашевой, Е. А. Коршковой, Е. Г. Дорониной и др., -посвященные описанию семантико-грамматических свойств ФЕ. Анализируя трансформационные процессы в прозе Е. И. Носова, мы опирались на исследования А. Г. Ломова и использовали предложенную им классификацию преобразований фразеологических единиц, а также учитывали классификацию трансформаций ФЕ в речи, составленную A.M. Мелерович и В. М. Мокиенко.

Материалом исследования послужил фразеологический состав 112 художественных произведений Е. И. Носова (106 рассказов и 6 повестей). В диссертации проанализированы 1232 ФЕ в 3810 употреблениях. Мы исходим из широкого понимания фразеологии, объектом которой являются «все устойчивые сочетания слов с осложненным значением» [Кунин 1986: 26]. «Нижней границей фразеологизма является двусловное образование, при этом один из компонентов может быть служебным словомверхняя граница фразеологизма — сложное предложение (пословица)» [Фокина 1995: 4]. Исходя из этого положения, спорный для многих ученых вопрос об отнесении к фразеологии микроидиоматики («под микроидиомой понимается и.

ФЕ, в состав которой входит не более чем один знаменательный (полнозначный) компонент" [Зубова 1992: 3]) мы решаем положительно и рассматриваем в работе такие единицы, как в одиночку, в охотку, в подпитии, до дыр и др. Основанием для отнесения той или иной фразеологической единицы к эмпирической базе исследования служило ее наличие во фразеологических словарях (во «Фразеологическом словаре русского языка» под редакцией А. И. Молоткова и «Фразеологическом словаре современного русского литературного языка», составленном А.И. Федоровым) и в ряде случаев — в Малом и Большом академических словарях, где они даются с пометой принадлежности фразеологии (это касается ФЕ в сердцах, голова болит, затаить дыхание, зеленая тоска, красный угол, на нет и суда нет, на убыль идти, найти смерть, не знать место, отхожее место, последний путь, прямое попадание, с ума сошел, тьма кромешная, шагу ступить нельзя). Несмотря на то что отправной точкой нашего исследования является широкое понимание фразеологии, верхней границей фразеологизма мы считаем ФЕ структуры предложения, зафиксированные во фразеологических словарях (например, коса нашла на камень) и не привлекаем для исследования цитаты, пословицы, отрывки народных песен, которые могут быть описаны в самостоятельной научной работе наряду с другими фольклорными элементами прозы Е. Носова (см. об этом [Климас 2004: 53]).

В работе используются следующие методы исследования: описательный и таксономический методыметодики дистрибутивного, компонентного и квантитативного анализаприем фразеологической идентификации.

Научная новизна работы определяется тем, что в ней впервые выявлен состав фразеологических единиц, функционирующих в прозе Е. И. Носовапредставлена семантико-грамматическая классификация этих единиц и охарактеризованы все представленные в ней классыисследованы семантические и структурно-семантические преобразования фразеологизмов и выявлены обороты, созданные авторомрассмотрены способы авторского использования фразеологической образности в целях конструирования художественного образа, а также композиционная роль идиоматики.

Теоретическая значимость диссертации заключается в том, что в ней на примере фразеологического фонда прозы отдельного писателя выявляются смысловые приоритеты языковой картины мира автора, а также изучаются трансформационные процессы во фразеологии и стилистическая значимость фразеологических оборотов в построении художественного текста.

Практическая ценность состоит в том, что результаты исследования могут найти применение в теоретических курсах по фразеологии современного русского языка и по изучению языка писателей, в создании фразеологического словаря Е. И. Носова, основные положения могут быть использованы в спецкурсах и спецсеминарах по фразеологии, по творчеству писателя и стилистике.

Апробация материалов и результатов исследования.

Основные положения диссертации излагались в виде докладов на аспирантских семинарах при кафедре русского языка КГУ в 2003;2006 гг., на «Носовских чтениях» (2005 г.), а также в ходе работы летней научной школы «Курское слово» (2004;2006 гг.) и нашли отражение в шести опубликованных статьях.

На защиту выносятся следующие положения:

1. Язык Е. И. Носова, являющийся, по общему признанию, народным, поэтическим, образным, включает в себя значительное количество фразеологических оборотов.

2. Фразеологический состав прозы Е. Носова, являясь частью общенационального фразеологического состава, обладает общими с ним характеристиками: преобладающее большинство ФЕ имеет разговорную стилистическую принадлежность, экспрессивную окраску, качественно-обстоятельственную семантику и строение по модели словосочетания.

3. Мастер слова, Е. Носов использует различного рода преобразования фразеологических единиц в процессе построения высказывания. Трансформационные процессы затрагивают как семантику, так и структуру ФЕ. Среди них преобладают структурно-семантические трансформации фразеологизмов. Специфику идиостиля писателя составляют индивидуально-авторские обороты, построенные на основе общеязыковых единиц.

4. Используемый Е. И. Носовым фразеологический арсенал набор выполняет стилистическую функциюавтор употребляет различные приемы введения ФЕ в создаваемые им тексты, что позволяет ему усилить образность и акцентировать внимание на определенных смысловых центрах повествования.

Структура работы.

Диссертационное сочинение состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованной литературы (152 наименования), двух приложений. Текст изложен на 157 страницах рукописи.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

.

Фразеологическая система, складывавшаяся в прозе Е. И. Носова на протяжении всего его творчества, имеет ряд общеязыковых черт. Как и в # узусе, употребленные автором фразеологические единицы в большинстве характеризуются как разговорные и экспрессивные, фразеология писателя в целом имеет качественно-обстоятельственную основу, а типичной моделью построения фразеологизма является модель словосочетания.

Фразеология Е. Носова — динамичная система. В процессе освоения писателем фразеологического фонда языка частотность употребления им отдельных единиц возрастала, новые обороты появлялись в текстах реже (по сравнению с ранними произведениями). Таким образом, менялось ф соотношение количества и качества использования ФЕ, т. е. соотношение низкочастотных, среднечастотных и высокочастотных фразеологизмов.

Сверхчастотные фразеологизмы образа действия и времени (все равно 77, тем временем 63, время от времени 52, в самый раз 43, все время 41, на ходу 41, другой раз 37, сам собой 36, то и дело 36 и др.), относясь к ядерному качественно-обстоятельственному классу (34%) фразеологии писателя, подтверждают авторские приоритеты. Е. И. Носов использует фразеологические средства языка в первую очередь для того, чтобы показать, как, каким образом произошло событие, дать ему временную и пространственную характеристику. Важнейшими ориентирами существования героев в творчестве Носова являются время, пространство, мера и степеньточкой отсчета при этом служит сам человек, что объясняется принципом антропоцентричности языка. Поэтому временная протяженность соотносится с длительностью его жизни (на минуту — до веку) пространство делится на свое (в пределах дома, двора, деревни — в двух шагах) и чужое (за этими пределами — за тридевять земель, у черта на куличках, за горами, за долами)', мера и степень также соизмеряются с возможностями и свойствами человека (во всю мочь, изо всех сил, что есть духу).

Важное место в художественном дискурсе Е. Носова занимают процессуальные фразеологизмы. В субкатегории деятельности наиболее распространены ФЕ, номинирующие поступки, поведение субъекта, его речевую и мыслительную деятельность. Немаловажную роль играют фразеологизмы и при описании человеческого состояния и бытия. Процессуальные фразеологизмы, в своем большинстве называющие различные виды деятельности, тесно связаны с качественно-обстоятельственным классом, характеризующим эту деятельность. Так в творчестве Е. И. Носова возникает двухмерное описание действия и его признака, позволяющее создать целостный образ жизни русского человека. Писатель-деревенщик подчеркивает привычку русского человека работать в поте лица (гнуть спину, окунаться с головойна совесть, с трудом) и уважительное отношение к добившимся многого людям (выбиваться в люди, вставать на ноги). Употребляя фразеологизмы, содержащие отрицательную оценку происходящего, он показывает «антинорму» поведениябездействие, лень, лесть, унижение (убивать время, не брать в руки, обивать порогикак попало, на халяву, от нечего делать). Живя в трудных экономических условиях, герои Носова чаще находятся в состоянии физического и морального утомления (не чуять под собой ног 'о сильной усталости' [ФСРЛЯ: 704], валиться из рукиз последних сил), нежели бодрости (не знать усталиво всю прыть). Показательно также то, что для обозначения смерти Носовым используется десять фразеологизмов (испустить дух, отбросить копыта и др.), в то время как для обозначения рождения — один (появляться на свет) (ср. также употребление предметных ФЕ для обозначения душевных и физических состояний: три из восьми ФЕ этой группы связаны со смертью (напр., вечный сон), два — с болезнью (напр., куриная слепота), и лишь одна имеет положительную эмоциональную окраску (расположение духа).

Фразеологизмы атрибутивно-предикативного класса описывают признаковую сторону фразеологической картины мира писателя. Они используются автором для называния качеств и свойств человека, а также для описания артефактов. ФЕ данного класса дополняют картину малорадостной трудовой жизни русского человека — физически тяжелой (еще раз убеждаемся, что герой Е. Носова часто чувствует себя обессилевшим от усталости — в чем душа держится, ни рук ни ног), вызывающей душевные переживания (как потерянный, не в духах, сам не свой), с незамысловатым бытом (предметы обихода оцениваются с точки зрения их практичности и новизны — сносу нет, как с иголочки, на ладан дышит).

Менее значимое место в анализируемом фразеофонде занимают предметные, модальные и количественные фразеологизмы, составляющие периферию фразеологической картины мира Е. Носова. Однако и они отражают авторские представления о человеке, указывая на такие качества русских, как богобоязненность (Христа ради, избави бог, не дай бог), а иногда несдержанность в выражении эмоций (мать твоя мачеха, черт <тебя> возьми, язви тебя в душу).

Характерной чертой фразеоупотребления Е. И. Носова является активное преобразование фразеологических оборотов в целях обновления образности ФЕ и воплощения художественного замысла. В анализируемых текстах представлены трансформации ФЕ трех типов. (1) Формально-грамматические изменения не выходят за рамки языковой нормы, т. е. являются узуальными, их наличие объясняется стремлением автора актуализировать внутреннюю форму фразеологизма и повысить его экспрессивный потенциал (с кудыкиной горы, пройти огни-воды и медные трубы, с понятией). К окказиональным изменениям относятся (2) семантические и структурно-семантические преобразования ФЕ и (3) дефразеологизация как высшая степень трансформации ФЕ.

Наибольшее распространение в прозе Е. И. Носова получили структурно-семантические преобразования фразеологизмов. Среди них широко представлены словообразовательные варианты ФЕ (как ветром выдуло, объявляться на свет, с гулькин носок, вытряхнуть душонку), сокращение (в рубашке, коса на камень) и расширение компонентного состава (во всю мальчишескую мочь, почем фунт рабочего лиха, приходить в мутное сознание), а также лексические варианты ФЕ (воспылать духом, еле душа теплится, какая пчела укусила).

Фразеологическими приметами идиостиля Е. И. Носова являются индивидуально-авторские обороты, возникшие в результате дефразеологизации. Наиболее распространенными способами образования таких единиц в прозе Е. И. Носова являются лексическая замена, ведущая к изменению внутреннего образа фразеологизма (на босу голову, почем фунт пиленого, за тридевять дворов и за тридевять излучин), и контаминация (слепая тетеря, черт шею свернет, честь по форме, выбиваться из последних сил). Окказиональные ФЕ, вычлененные из состава устойчивых фраз, в прозе Е. И. Носова малочисленны, однако они имеют особую ценность, т.к. представляют собой культурные знаки, свернутые тексты, которые легко «разворачиваются» в сознании носителей языка (лежачий камень, жертвы искусства).

Анализ трансформационных процессов, нашедших отражение в творчестве Е. И. Носова, говорит о тенденции использования автором фразеологизмов. Реалистический метод изображения, избранный писателем, требовал от него максимального соответствия языка его персонажей живой разговорной речи, в которой, как в бурлящем потоке, обыгрываются и видоизменяются «устойчивые» сочетания слов, ведь целью носителя языка в процессе построения высказывания является передача смысла в удобной для него форме, для него первично содержание. Так и Е. И. Носов, на наш взгляд, воспринимал фразеологический фонд языка как подвижную, живую стихию, которой волен свободно распоряжаться носитель языка, преобразуя по необходимости ее элементы, — так поступают его герои.

Е. Носов на примере речи своих героев показал, что свободное обращение с фразеологическими ресурсами языка может давать положительный эффект (например, редуцирование ФЕ ведет к преодолению избыточности в языке, расширение — к увеличению интенсивности проявления признака или качества, конкретизации значения), а в некоторых случаях отрицательный (то же сокращение компонентного состава ведет чаще всего к потере исходной экспрессивности фразеологизма). Умение использовать фразеологические богатства языка является, кроме того, у Е. Носова средством характеристики героя: неказистое фразеотворчествокачество, как правило, отрицательных героев, а искусное — положительных.

Различны способы вовлечения общеязыковых и авторских фразеологических ресурсов в ткань художественного произведения — от создания фразеологически насыщенного контекста (что способствует усилению экспрессивности и образности текста) до использования ключевых фразеологических оборотов в качестве семантических опор повествования, символов авторских идей (в рассказах «Шуба», «Карманный фонарик», «Шопен, соната номер два»). ФЕ вносят весомый вклад в построение художественного произведения, если ставятся автором в сильную позициюиспользуются в качестве рефрена (как ФЕ куриная слепота в повести «Греческий хлеб» или медвежий угол в рассказе «Карта рассказывает») или рамочного компонента, т. е. заголовка («Сфинкс уступает дорогу», «Темная вода»).

Фразеологические единицы художественного дискурса Е. И. Носова выполняют несколько функций. Во-первых, номинативную, так как вербализуют понятия, не имеющие соответствующего им лексического выражения, во-вторых, коннотативную, так как создают определенный эмоциональный и экспрессивный фон, в-третьих, концептуальную, потому что отражают авторский взгляд на своеобразие фразеологии как части живого разговорного языка, и в-четвертых, стилистическую, поскольку имеют композиционное значение.

Дальнейшее изучение фразеологии Е. И. Носова видится в описании ее в диахроническом аспекте (т.е. в процессе освоения автором новых фразеологических единиц в связи с разработкой отдельных тем), в составлении словаря писателя, а также в исследовании устойчивых фраз (пословиц, крылатых фраз, клише, фрагментов художественных текстов) в их функциональном плане.

Показать весь текст

Список литературы

  1. , Б. Человек уходит. (Мотив Конца Света в повести Евгения Носова «Усвятские шлемоносцы») / Борис Агеев // Толока. Специальный выпуск № 42.-2003.-С. 47−55.
  2. , М.В. Квантитативная лингвистика / М. В. Арапов. М.: Наука, 1988.- 184 с.
  3. , Н.Д. Метонимия / Н. Д. Арутюнова // Языкознание. Большой энциклопедический словарь / Гл. ред. В. Н. Ярцева. 2-е изд. — М.: Большая Российская энциклопедия, 2000. — С. 300−301.
  4. , Ю.В. Фразеология в языке Л.Н.Толстого: Дис. .канд. филол. Наук: 10.02.01.: Тула, 2005. 204 с.
  5. , A.M. Русская фразеология, ее развитие и источники / A.M. Бабкин. -Л.: Наука, Ленинградское отделение, 1970. 264 с.
  6. , П.И. О происхождении и сущности некоторых фразеологизмов в русском и украинском языках / П. И. Белоусенко // Филологические науки. -2002. -№ 3.- С. 113−118.
  7. , В.А. Современный русский язык. Синтаксис: учеб. пособие для филол. специальностей ун-тов / В. А. Белошапкова. М.: Высш. школа, 1977.-248 с.
  8. , А.К. К истории и этимологии русских фразеологизмов / А. К. Бирих, В. М. Мокиенко, Ф. П. Сороколетов, Л. И. Степанова // Национальные лексико-фразеологические фонды / Отв. ред. Ф. П. Сороколетов. СПб: Наука. — 273 с.
  9. Бирих, А. К Принципы составления словаря русской фразеологии XVIII в. / А. К. Бирих, В. М. Мокиенко // Проблемы русской и общей фразеографии: Межвузовский сборник научных трудов. Новгород: Изд-во НовГПИ, 1990.-С. 47−57.
  10. , В.Т. Выделение фразеологического фрагмента из состава устойчивой фразы / В. Т. Бондаренко // Фразеологизм и слово: сборник научных трудов / Отв. ред. A.B. Жуков. Новгород: НовГУ им. Ярослава Мудрого, 1996. — С. 49−56.
  11. , C.B. Русская диалектология : учеб. для студентов пед. ин-тов по спец. 2101 «Рус. яз. и лит.» / C.B. Бромлей и др. — под ред. Л. Л. Касаткина. -2-е изд., перераб. М.: Просвещение, 1989. — 224 с.
  12. , В.Н. Основы стилистики фразеологических единиц (на материале советского фельетона) / В. Н. Вакуров. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1983. -175 с.
  13. , В.В. Проблема авторства и теория стилей. М.: Гослитиздат, 1961.-614 с.
  14. , В.В. Проблемы русской стилистики / В. В. Виноградов. М.: Высш. школа, 1981.-320 с.
  15. , В.В. Русский язык : (Граммат. учение о слове) / В. В. Виноградов. -4-е изд. М.: Русский язык, 2001. — 717 с. Виноградов, В. В. Стиль Пушкина / В. В. Виноградов. — М.: Наука, 1999. -703 с.
  16. , В.В. Сюжет и стиль: сравнительно-историческое исследование. -М.: Изд-во АН СССР, 1963. 192 с.
  17. Саратовского университета, 1981. 196 с.
  18. Гак, В. Г. Особенности библейских фразеологизмов в русском языке (в сопоставлении с французскими библеизмами) / В. Г. Гак // Вопросы языкознания. 1997. — № 5. — С. 55−65.
  19. , Е.В. Употребление предлогов с фразеологизированным значением в языке современной прессы : автореф. дис. .канд. филол. наук: 10.02.01. -Белгород, 2004. 22 с.
  20. , Л.П. Процессы неофразеологизации в русской поэзии /
  21. Л.П. Гашева // Фразеология и миропонимание народа: материалы Междунар. науч. конф.: в 2 ч. Ч. 2. Фразеология и межкультурная коммуникация / Сост. В. Т. Бондаренко, Т. В. Токарев. Тула: Изд-во Тул. гос. пед. ун-та им. Л. Н. Толстого, 2002. — С. 137−142.
  22. , Е.И. Вариантность фразеологических единиц в современном русском языке / Е. И. Диброва. Ростов: Издательство Ростовского университета, 1979. — 192 с.
  23. , Д.О. Идиоматика в тезаурусе языковой личности / Д. О. Добровольский, Ю. Н. Караулов // Вопросы языкознания. 1993. -№ 2.-С. 5−15.
  24. , А.Н. Диалектные и просторечные элементы в художественном языке рассказа Е.И. Носова «Алюминиевое солнце» / А. Н. Евдокимов // Курское слово. Курск: Изд-во Курск, гос. ун-та, 2004. — Выпуск 1. — С. 2341.
  25. , А.Н. Междиалектная лексика в рассказах Е.И. Носова / А. Н. Евдокимов // Курское слово. Курск: Изд-во Курск, гос. ун-та, 2004. -Выпуск2.-С. 8−18.
  26. , С.Ю. Экспликация как механизм образования фразеологических единиц и их вариантов : дис.. канд. филол. наук: 10.02.01. Тула, 2005. -195 с.
  27. , В.П. Семантика фразеологических оборотов : учеб. пособие для студентов пед. ин-тов по спец. «Рус. яз. и лит.» / В. П. Жуков. М.: Просвещение, 1978. — 160 с.
  28. , JJ.O. Очерки русской диалектной фразеологии / Л. О. Ивашко. Л.: Изд-во ЛГУ, 1981.-111 с.
  29. , Ю.Н. Общая и русская идеография / Ю. Н. Караулов. М.: Наука, 1976.-356 с.
  30. , Ю.Н. Русский язык и языковая личность / Ю. Н. Караулов. М.: Наука, 1987.-262 с.
  31. , Ю. Н. Словарь Пушкина и эволюция русской языковой способности / Ю. Н. Караулов / Рос. АН, Ин-т рус. яз. М.: Наука, 1992. -167 с.
  32. , JI.JI. Русский язык : учеб. для студ. высш. пед. учеб. заведений / Л. Л. Касаткин и др. — под ред. Л. Л. Касаткина. М.: Издательский центр «Академия», 2001. — 768 с.
  33. , И.С. Ядро фольклорного лексикона / И. С. Климас. Курск: Изд-во КГПУ, 2000. — 95с.
  34. , Т.Н. Фразеологическая норма русского языка и случаи ее нарушения : автореф. дис. .канд. филол. наук: 10.02.01. Новгород, 1997.-23 с.
  35. , Э.В. Лексикология русского языка : учеб. пособие для филол. фак. ун-тов / Э. В. Кузнецова. 2-е изд., испр. и доп. — М.: Высш. шк., 1989. — 216 с.
  36. , A.B. Курс фразеологии современного английского языка : Учеб. для ин-тов и фак-тов иностр. яз. / A.B. Кунин. М.: Высш. шк., 1986. — 336 с.
  37. , A.B. Фразеоматизмы как объект фразеографии / A.B. Кунин // Проблемы русской и общей фразеографии: Межвузовский сборник научных трудов. Новгород: Изд-во НовГПИ, 1990. — С. 3−8.
  38. , Л.И. Диалектные формы имени существительного в рассказах Е.И. Носова / Л. И. Ларина // Курское слово. Выпуск 2. Курск: Изд-во Курского гос. ун-та, 2005. — С. 52−56.
  39. , В.А. Взаимодействие семантических и грамматических свойств процессуальных фразеологизмов : автореф. дис. .докт. филол. наук: 10.02.01.-Орел, 1996.-40 с.
  40. , В.А. Чепасова Антонина Михайловна / В. А. Лебединская // Профессор A.M. Чепасова. Библиографический указатель. Челябинск: ЧГПИ, 1996.-С. 3−14.
  41. , И.Я. Внутрифразеологические образования и их отражение в словаре : Межвузовский сборник научных трудов. Новгород: Изд-во НовГПИ, 1990.-С. 15−23.
  42. , А.Г. Фразеология в творческой лаборатории писателя (на материале драматических произведений А.Н. Островского): автореф. дис.. докт. филол. наук: 10.02.01. Орел, 1998. — 42 с.
  43. , A.M. Введение. Как пользоваться словарем / A.M. Мелерович,
  44. B.М. Мокиенко // Фразеологизмы в русской речи. Словарь: Около 1000 единиц. М.: Русские словари, Астрель, 2001. — С. 35.
  45. , В.М. Загадки русской фразеологии / В. М. Мокиенко. М.: Высш. шк., 1990.- 159 с.
  46. , В.М. Образы русской речи: Историко-этимологические и этнолингвистические очерки фразеологии. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1986.-280 с.
  47. , В.М. Почему так говорят? От Авося до Ятя: Историко-этимологический справочник по русской фразеологии / В. М. Мокиенко. -СПб.: Норинт, 2004. 512 с.
  48. , Р.Г. Математическая лингвистика : учеб. пособие для пед. ин-тов / Р. Г. Пиотровский, К. Б. Бектаев, A.A. Пиотровская. М.: Высш. школа, 1977.-383 с.
  49. , Ю.Е. Действительность. Текст. Дискурс: Учебное пособие / Ю. Е. Прохоров. М.: Флинта: Наука, 2004. — 224 с.
  50. , Д.Э. Словарь-справочник лингвистических терминов : пособие для учителей / Д. Э. Розенталь, М. А. Теленкова. Изд. 2-е, испр. и доп. — М.: Просвещение, 1976.-543 с.
  51. Ройзензон, JI. K Русская фразеология / Л. И. Ройзензон. Самарканд: Изд-во Самарканд, ун-та, 1977. — 121 с.
  52. , Я. Сокровенное в человеке / И. Ростовцева // Москва. 1968. -№ 11. — С. 214−216.
  53. , A.B. Семантические и грамматические свойства процессуальных фразеологизмов с компонентом не : автореф. дис.. канд. филол. наук: 10.02.01.-Орел, 1996.-23 с.
  54. , H.A. Фразеология и ее функции в романе Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание»: дис.. канд. филол. наук: 10.02.01. М., 2004. — 202 с.
  55. , A.A. Процессуальные фразеологизмы субкатегории отношения в современном русском языке : автореф. дис. канд. филол. наук: 10.02.01. -Челябинск, 2004.-19 с.
  56. , Н.М. Особенности употребления фразеологических единиц в эпистолярной прозе А.П. Чехова / Н. М. Старцева // Русистика: проблемы, достижения, перспективы: сб. науч. статей. Тула: Изд-во Тул. гос. пед. унта им. Л. Н. Толстого, 2003. — С. 49−53.
  57. , И.А. Жанровая специфика доминантной лексики исторических песен / И. А. Степанова // Лингвофольклористика. Выпуск 7: Сборн. науч. статей. Курск: Изд-во КГУ, 2003. — С. 17−43.
  58. , В.Н. Русская фразеология. Семантический, прагматический и лингвокультурологический аспекты. М.: Школа «Языки русской культуры», 1996. — 288 с.
  59. , В.Н. Семантика идиом в функционально-параметрическом отображении / В. Н. Телия // Фразеография в Машинном фонде русского языка. М.: Наука, 1990. — С. 32−51.
  60. , В.Н. Фразеология / В. Н. Телия // Языкознание. Большой энциклопедический словарь / Гл. ред. В. Н. Ярцева. 2-е изд. — М.: Большая Российская энциклопедия, 2000. — С. 560−561.
  61. , В.Н. Что такое фразеология / В. Н. Телия. М.: Наука, 1966. — 86 с. Телия, В. Н. Экспрессивность как проявление субъективного фактора в языке и прагматике. Механизмы экспрессивной окраски языковых единиц /
  62. В.Н. Телия // Человеческий фактор в языке: Языковые механизмы экспрессивности. М.: Наука, 1991. — С. 5 — 66.
  63. , Е.В. Актуализированные лексиконы раннего и позднего периодов творчества А.П.Чехова / Е. В. Ткаченко // Идиолект. Выпуск 1. Сб. научных трудов. Курск: Изд-во КГПУ, 2000. — С. 23−25.
  64. , Н.И. Язык и народная культура. Очерки по славянской мифологии и этнолингвистике / Н. И. Толстой. Изд. 2-е, испр. — М.: Издательство «Индрик», 1995.-512 с.
  65. , И.Ю. Образность окказиональных фразеологизмов // Проблемы фразеологической и лексической семантики: Материалы Международной научной конференции (Кострома, 18−20 марта 2004 г.). М.: ООО «ИТИ ТЕХНОЛОГИИ», 2004. — С. 84−86.
  66. , А.И. Развитие русской фразеологии в конце XVIII начале XIX в. / А. И. Федоров / Отв. ред. К. А. Тимофеев. — Новосибирск: Наука, 1973. -171 с.
  67. Фокина, М. А. Роль фразеологии в создании идиостиля Владимира Максимова
  68. М.А. Фокина // Семантика языковых единиц: Доклады VI Международнойконференции. М.: СпортАкадемПресс, 1998. — С. 298−300.
  69. , М.И. Современный русский язык. Лексикология: учебник /
  70. М.И.Фомина. 4-е изд., испр. — М.: Высш. шк., 2003. — 415 с.
  71. , М. Время картины мира / М. Хайдеггер // Новая технократическаяволна на Западе. -М.: 1986. С. 93−119.
  72. , O.A. Лексические различия в двух вариантах рассказа Е.И. Носова «Портрет» / O.A. Черникова // Курское слово. Курск: Изд-во Курск, гос. ун-та, 2004. — Выпуск 1. — С. 54 — 60.
  73. , O.A. Структура статьи в словаре языка художественных произведений Е.И. Носова (на примере тематической группы «Вода») / O.A. Черникова // Курское слово. Курск: Изд-во Курск, гос. ун-та, 2004. -Выпуск 1. — С. 56 — 63.
  74. , И.И. Фразеология современного немецкого .языка / И. И. Чернышева. М.: Высш. школа, 1970. — 200 с.
  75. Чернявская, Е. А. Фразеологические единицы в языке произведений
  76. , H.JI. Способы употребления фразеологических единиц (опыт систематизации) / H.JI. Шадрин // Фразеологизм и слово: Сборник научных трудов / Отв. ред. A.B. Жуков- НовГУ им. Ярослава Мудрого. Новгород, 1996.-С. 70−77.
  77. , Н.М. Лексикология современного русского языка / Н. М. Шанский. -М.: Просвещение, 1972. — 327 с.
  78. , Н.М. Русская фразеология и проблемы «языковой картины мира» / Н. М. Шанский // Фразеология и миропонимание народа: материалы Междунар. науч. конф.: в 2 ч. Ч. 1. Фразеологическая картина мира/Сост.
  79. B.Т. Бондаренко, Т. В. Токарев. Тула: Изд-во Тул. гос. пед. ун-та им. Л. Н. Толстого, 2002. — С. 110−111.
  80. , Н.М. Фразеология современного русского языка : учеб. пособие для вузов по спец. «Рус. яз. и лит.» / Н. М. Шанский. 3-е изд., испр. и доп., -М.: Высш. шк., 1985. — 158 с.
  81. БТС Большой толковый словарь русского языка / Гл. ред. С. А. Кузнецов. -СПб.: Норинт, 2001. — 1536 с.
  82. Даль Словарь живого великорусского языка в 4-х тт. Т. 1−4. — М.: Терра, 1995.
  83. MAC Словарь русского языка: В 4-х т./ РАН, Ин-т лингвистических исследований- Под ред. А. П. Евгеньевой. — 4-е изд., стер. — М.: Рус. яз., Полиграфресурсы, 1999.
  84. СРЯ XI-XVII Словарь русского языка XI—XVII вв. / АН СССР, Ин-т рус. яз. — Выпуск 9 (M). — М.: Наука, 1982. — 357 с.
  85. Л.И. Степанова- Под ред. В. М. Мокиенко. М.: ООО «Издательство Астрель»: ООО «Издательство ACT», 2001. — 496 с.
  86. СЯРФ Бобунова М. А., Хроленко А. Т. Словарь языка русского фольклора: Лексика былинных текстов. Первый выпуск. — Курск: Изд-во ГУИПП «Курск», 2000.-112 с.
  87. ШФСРЯ Школьный фразеологический словарь русского языка: Значение и происхождение словосочетаний / Н. М. Шанский, В. И. Зимин, A.B. Филиппов. — 5-е изд., стереотип. — М.: Дрофа, 2002. — 368 с.176
Заполнить форму текущей работой