Диплом, курсовая, контрольная работа
Помощь в написании студенческих работ

Казачество Бийской линии в революции и гражданской войне

ДиссертацияПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

Обширная, прежде всего военно-политическая информация сосредоточена в фонде Комиссии ИСТПАРТа Барнаульского окружного комитета ВКП (б). Воспоминания непосредственных участников событий 1917;1920 гг. ценны тем, что далеко не все из них впоследствии были изданы, а опубликованные работы зачастую были старательно подправлены и не содержали ряда существенных фактов. Сравнительный анализ позволил… Читать ещё >

Содержание

  • ГЛАВА I. БИЙСКАЯ ЛИНИЯ В 1917- МАЕ 1918 гг
    • 1. 1. Территория и население
    • 1. 2. Экономическое положение
    • 1. 3. Политические события от февраля к октябрю 1917 года
    • 1. 4. Установление советской власти (октябрь 1917-май 1918 гг.)
  • ГЛАВА II. КАЗАЧЕСТВО БИЙСКОЙ ЛИНИИ В ПЕРИОД ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ
    • 2. 1. Казачество и белогвардейские правительства Сибири май 1918-июль 1919 гг.)
    • 2. 2. Борьба казаков Бийской линии с повстанческим и партизанским движением на Алтае в августе-декабре 1919 года
    • 2. 3. Социально-экономическое и политическое положение казачества после окончания боевых действий на Бийской линии (декабрь 1919−1920 гг.)

Казачество Бийской линии в революции и гражданской войне (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Актуальность темы

Историческое прошлое казачества в последнее время привлекает все большее внимание исследователей. Такой интерес во многом объясняется закрытостью темы для всестороннего исследования в предшествующий советский период, а также потребностью общества в восстановлении объективной картины прошлого. Изучение истории казачества становится все более актуальным для тех российских регионов, прошлое которых неразрывно связано с казачеством. Одним из них является Алтай. На сегодняшний день рассмотрены и достаточно основательно изучены многие вопросы, но, вместе с тем, чрезмерная политизация науки и общества привели к одностороннему и тенденциозному толкованию ряда исторических фактов, среди которых история казачества остаётся своеобразным огромным «белым пятном» в исследовании Алтая. До самого последнего времени упорно замалчивалась роль, место и значение казаков-первопроходцев, основателей многих сел и городов, защитников южных рубежей Сибири, давших своему Отечеству имена многих великих государственных, общественных и военных деятелей, обогативших нашу культуру уникальными явлениями во всех её областях. Многие годы, создавая миф «о верных сатрапах царя», «палачах народа», искусственно стиралось в общественном сознании бытующее когда-то восхищение доблестью и отвагой казачества. Безвозвратно уничтожены памятники истории и культуры казачества, документальные свидетельства об их жизни, службе и судьбах. По крупицам из самых случайных источников собираются научные факты, выстраивается событийный ряд 400-летней государственной службы сибирских казаков, история которых неразрывно связана с Алтаем.

Демократические преобразования в нашей стране вызвали повышенный интерес к малоизвестным страницам российской истории, в том числе к истории казачества. Целый ряд авторов (Ю.С. Булыгин, А. Н. Жеравина, А. Р. Ивонин, В. Н. Кислицын, А.А. и A.M. Малолетко.)1 обратили свое внимание к историческому прошлому алтайского казачества.

Так, например, Ю. С. Булыгин отметил важную роль казачества в присоединении и освоении Алтая, описал участие казаков в строительстве Белоярской и Бикатунской крепостей, в формировании гарнизонов Колыванской и Змеино-горской крепостей, Кабановой защиты и Чарышского форпоста. А.Н. Жерави-на рассмотрела перевод отставных казаков Алтая в сословие государственных крестьян и подчинение их горному начальству3- В. Н. Кислицын охарактеризовал землеустройство и земельные отношения казаков Колывано-Кузнецкой линии, рассмотрел систему казачьего школьного образования4. К сожалению, интерес многих авторов ограничивался либо публикацией отдельных статей, либо казачество рассматривалось фрагментарно, в рамках более общих исследований. Исключение составляет монография А. Р. Ивонина «Казаки на Алтае в XVIII-XIX столетиях», в которой впервые предпринята попытка рассмотреть историю казачества в XVIII—XIX вв.5.

Если дореволюционная история алтайского казачества в последнее время стала объектом внимания исследователей, то наиболее драматический период, выпавший на годы двух революций и Гражданской войны (1917;1920), практически не исследован. В советской исторической литературе, посвященной этому периоду, о казачестве либо не говорится ничего, либо дается крайне скудная и зачастую необъективная информация.

1 Булыгин Ю. С. О роли разных групп населения России в присоединении и освоении Алтая // Алтайский сборник. Вып. XVIII. Барнаул, 1997. С. 7−18- Жеравина А. Н. Сибирское казачество в системе кабинетского хозяйства на Алтае И Урало-сибирское казачество в панораме веков: Тез. докл. научн. конф. 18−21 мая 1992. Томск, 1994. С. 80−86- Ивонин А. Р. Городовое казачество Западной Сибири в XVIII-первой четверти XIX в. Барнаул, 1996; Кислицын В. Н. Землеустройство и земельные отношения Сибирского казачьего войска: (Колывано-Кузнецкая военная линия // Вопросы географии Сибири. Томск, 1993. С. 39−54- Он же. Народное образование в Сибирском казачьем войске // Вопросы географии Сибири. Томск,.

1993. Вып. 20. С. 54−67- Малолетко А. А, Малолетко A.M. Воинство Алтайского горного округа (1726−1917). Томск, 2001. Булыгин Ю. С. Указ. соч.

3 Жеравина А. Н. Указ. соч.

4 Кислицын В. Н. Указ. соч.

5 Ивонин А. Р. Казаки на Алтае в XVIII-XIX столетиях: (Ист. очерки). Барнаул, 2003.

Неудивительно, что на сегодняшний день сложилась ситуация, когда не только рядовые читатели, но и многие историки слабо себе представляют, как складывалась судьба алтайского казачества в переломные для страны 19 171 920 гг., каким было отношение казачества к происходящим событиям.

Актуальность данной темы в немалой степени продиктована и тем, что возрожденное после долгих лет забвения современное алтайское казачество настоятельно и справедливо требует восстановления исторической правды в отношении своих предков.

Объектом исследования является казачество Бийской линии, составная часть старейшего к востоку от Урала Сибирского казачьего войска.

Предметом диссертационного исследования выступает хозяйственно-демографическое состояние Бийской линии, политическая позиция казачества в период революции и Гражданской войны, участие казачества в борьбе с повстанческим и партизанским движением на Алтае.

Касаясь степени изученности темы, необходимо отметить, что казачество Бийской линии в событиях революции и Гражданской войны никогда прежде специально не рассматривалось, поэтому будет правильным остановиться на историографии казачества 1917;1920 гг. в целом, уделяя основное внимание Сибирскому казачьему войску.

Историография казачества стала складываться с окончанием Гражданской войны. Для литературы 1920;х гг. характерна противоречивая оценка отношения казачества к событиям 1917;1920 гг. Объяснить это можно тем, что проблематика истории Октябрьской революции и Гражданской войны в казачьих регионах только еще определялась, основное внимание авторы книг и статей уделяли военно-оперативным вопросам. Такие проблемы, как анализ соотношения и расстановки классовых сил в казачьих областях, определение позиций и места различных слоев казачества в вооруженной борьбе, политика большевиков по отношению к трудовым казакам, ещё не стали темой исследования. Опубликованные работы в большинстве своем были написаны непосредственными участниками Гражданской войны (Г.Д. Гай, В.А. Антонов-Овсеенко, В.

Карпов, С. Белицкий, М. Свечников, Н.Е. Какурин)6. Нужно отметить труды военных историков, которые ценны большим документальным материалом, довольно высок и теоретический уровень многих исследований. Значительный интерес в этом отношении представляют «Записки о гражданской войне» В.А. Антонова-Овсеенко. Автор приводит интересные факты, раскрывающие политическую позицию казачества в период калединского мятежа. Среди военно-исторических исследований выделяется двухтомный труд Н. Е. Какурина «Как сражалась революция». Отмечая, что буржуазия, оценивая масштаб предстоящей борьбы, искала приращения своих классовых вооруженных сил путем союза с эксплуататорскими слоями крестьянства — кулаками, автор писал: «Население казачьих областей давало в этом отношении более благоприятные перспективы. Среди казачества кулацкий слой был более многочисленным и более равномерно распространен по территории казачьих областей, чем в остальных губерниях бывшей России. Поэтому далеко не случайно буржуазия стремилась обосновать очаги своего сопротивления именно на территории казачьих областей"7.

Апрельский Пленум ЦК РКП (б) 1925 г. указал на необходимость классового подхода к анализу всех событий в районах казачества. В специальной резолюции «По вопросу о казачестве» подчеркивалась роль казачьей бедноты в борьбе за власть Советов. Постановление пленума оказало влияние на весь ход исследований казачьей проблемы в последующем. В работе И. И. Ульянова «Казаки и Советская республика» отражена деятельность представителей трудового казачества по разработке декретов об организации власти Советов и решению земельного вопроса в казачьих районах, по развертыванию большевистской агитации среди казачества, по подготовке и проведению I Всероссийского.

6 Гай Г. Д. Первый удар по Колчаку. М., 1926; Антонов-Овсеенко В. А. Записки о гражданской войне. В 3-х т. М., 1924, 1928, 1932; Карпов В. Казаки в Октябре // Пролетарская революция. 1923. № 6- Белицкий С. М. В. Фрунзе-командующий Южной группой Восточного фронта // Война и революция. 1925. № 7−8- Свечников М. Борьба Красной Армии на Северном Кавказе. M.-JL, 1926; Какурин Н. Е. Как сражалась революция. В 2-х т. М., 1990.

7 Какурин Н. Е. Как сражалась революция. Т. 1. М., 1990. С. 51.

8 Ермолин А. П. Революция и казачество: (1917;1920 гг.). М., 1982. С. 6. съезда трудового казачества. Автор анализирует гибкую политику большевиков, направленную на отрыв трудовых масс казачества от контрреволюции, привлечение их на сторону власти Советов9.

В книге М. Голубых «Уральские партизаны. Поход отрядов Блюхера и Каширина в 1918 г.» делается вывод, что все казаки, за исключением лишь небольшой части бедноты, были враждебно настроены к декретам Советской власти10. Серьезную попытку дать дифференцированный анализ роли казачества в гражданской войне предпринял Н. Евсеев. Его наблюдение, что «не все казаки пошли за атаманом-бандитом в Сибирь», соответствует действительному положению. «Казаки прятались, а потом сдавались Красной Армии. Иногда сдавались целые сотни и полки, сдавая и своих арестованных офицеров"11.

В тоже время некоторые авторы несколько упрощенно анализировали сложные социально-экономические процессы, происходившие в казачьих областях. Признавая, что к октябрю 1917 г. казачество в классовом отношении дифференцировалось, Н. Л. Янчевский утверждал, что не классовые противоречия, а сословные связи являлись определяющими в гражданской войне на Дону и Северном Кавказе12.

Несмотря на то, что работы периода 1920;х гг. еще недостаточно глубоко и подчас несколько упрощенно трактовали некоторые вопросы, касающиеся изучения истории Октябрьской революции и Гражданской войны в казачьих областях, они все-таки внесли большой вклад в накопление и обобщение конкретно-исторического материала, помогающего раскрыть сложные социальные процессы, происходившие в казачьей среде.

В 1920;е гг. начинает складываться и историография Сибирского казачьего войска. Первыми работами можно считать статьи Е. В. Полюдова, красного казака, активного сторонника советской власти. В его статьях была дана крат.

9 Ульянов И. И. Казаки и Советская республика. JI., 1929.

10 Голубых М. Уральские партизаны. Поход отрядов Блюхера и Каширина в 1918 г. Екатеринбург, 1924.

1 Евсеев Н. О прошлом и настоящем оренбургских казаков. Самара, 1929. С. 47.

12 Янчевский Н. Л. Краткий очерк истории революции на Юго-Востоке (1917;1920 гг.). Ростов н/Д., 1924. С. 6. кая характеристика событий периода Октябрьской революции и Гражданской войны. Опровергнуто распространенное мнение о неисправимой традиционной контрреволюционности сибирского казачества. Сделаны выводы о том, что большинство сибирского казачества при соблюдении умелого подхода и ряда мероприятий в области Советской и партийной работы является вполне восприимчивым элементом для его полной советизации13.

Следует отметить написанные в самом начале 1920 г. работы экономистов М. Новосельского и Н.Е. Ишмаева14, которые по заданию Сибревкома, разрабатывавшего в это время основы политики по отношению к сибирскому казачеству, частично обработали подворные карточки сельскохозяйственной и поземельной переписи 1917 г. Сегодня это ценнейшие источники по истории социально-экономического развития казачества. Имущественная, социальная и политическая группировка казачьих хозяйств, сделанная Н. Е. Ишмаевым, остается до сих пор одним из лучших исследований поимущественно-социальной дифференциации сибирского казачества. Достаточно сказать, что Н. Е. Ишмаев провел группировку хозяйств на основе комплексного изучения признаков с последующим перерасчетом на население, с определением в каждой посевной группе слоев потенциально (исходя из экономических интересов) враждебных, нейтральных и дружественных по отношению к Советской власти. Рассматривая хлебную товарность казачьих хозяйств, он вплотную подошел к изучению их бюджетов. Н. Е. Ишмаев, основываясь на экономическом материале, пришел к такому же выводу, что и Е. В. Полюдов.

Достаточно заметной работой стал труд профессора Н. П. Огановского «Народное хозяйство Сибири». Хотя непосредственно казачеству Н.П. Оганов-ский не уделил большого внимания, приведенные им обширные статистические.

13 Полюдов Е. В. Сибирское казачество // Три года борьбы за диктатуру пролетариата (19 171 920). Омск. 1920. С. 99−104- Он же. Октябрьский переворот среди казачества // Известия Омского РКП (б). 1922. № 4. С. 22−27.

14 Ишмаев Н. Е. Сибирское казачество: Статистический и экономический очерк. Самара, 1920. Новосельский М. Р. Хозяйство сибирского казака, по цифровым данным сельскохозяйственной переписи 1917 г. // Известия Сибирского революционного комитета. Омск, 1920. № 1. С. 77−88. данные, дают возможность при анализе анкет сельскохозяйственной переписи 1917 г. сравнить хозяйственное положение казачества с различными категориями населения Сибири15.

Определённый интерес представляют путевые записки Камского, опубликованные в 1922 г. Автор, побывавший в Сибири в 1919 г., достаточно ярко характеризует общую обстановку в белогвардейском тылу, настроение различных слоев населения, в том числе казачества, отмечает, что в казачьих поселениях, расположенных вдали от Омска и не затронутых карательными экспедициями, отношение казачества к власти и происходящим событиям было индифферентным. Камский дает краткую, но достаточно непривычную для того времени характеристику атамана Б. В. Анненкова. Признавая его карательные «заслуги», он в тоже время подчеркивает положительные качества атаманаАнненков был вежлив, предупредителен, производил на людей сильное впечатление, отличался храбростью, даже отчаянностью и пользовался среди казаков и партизан своей дивизии большой популярностью16.

В. Вегман, обращаясь к истории возникновения в Сибири контрреволюционных организаций в 1918 г., упоминает, что «независимо от эсеров, образовало свою организацию и Омское контрреволюционное казачество». Кроме того, казаки вошли в состав семипалатинской и усть-каменогорской ОргаНИЗаИ ции .

Становление историографии Сибирского казачьего войска, наметившееся в начале 1920;х гг., было прервано в 30−40-е гг. Отчасти это можно объяснить тем, что в 1937 г. был арестован и расстрелян Е. В. Полюдов, автор первых публикаций о казачестве, в том числе статьи «Казаки» для Сибирской энциклопедии. В целом сказалась сложная на тот момент внутриполитическая обстановка. Широкомасштабные репрессии, направленные в первую очередь против «быв.

15 Огановский Н. П. Народное хозяйство Сибири. Омск, 1921.

16 Камский. Сибирское действо. Пг., 1922. С. 35−36.

17 Вегман В. Д. Сибирские контрреволюционные организации 1918 г.// Сибирские огни 1922. № 3. С. 137. ших врагов", автоматически закрывали для исследователей многие темы, так или иначе связанные с репрессированными.

Совершенно иной была ситуация за пределами СССР. В Харбине группа белоэмигрантов выпустила два тома мемуарно-литературного альманаха «Сибирский казак». Содержащиеся в них обзорные статьи Е. П. Березовского, А. И. Белова, П. И. Ходакова выходят за рамки чисто мемуарных и дают представление об организации и некоторых сторонах жизни войска накануне революции18.

В 1928 г. в Париже были изданы две работы, основное внимание которых было уделено проблеме дальнейшей перспективы существования казачества. Один из авторов полковник Сибирского казачьего войска, член правления Восточного Казачьего Союза А. Г. Грызов выразил надежду, что пока существует Россия, пусть даже и обновленная, казачество будет существовать, так как Новая Россия не захочет уничтожать того, что в свое время помогало создавать Россию Старую19.

В 1920;30-е гг. в Китае, Франции и Германии были опубликованы воспоминания участников белого движения (А. Будберг, Г. К. Гинс, Г. В. Енбори-сов, А. В. Зуев, Б. Б. Филимонов и других), в которых была представлена широкая панорама событий, происходивших в России в период революции 1917 г. и Гражданской войны.

В 1930;х-первой половине 50-х годов появляется ряд работ, где всесторонне анализируется классовая позиция казаков в рассматриваемый период, подчёркивается руководящая роль Коммунистической партии в борьбе за власть Советов в казачьих районах. Многие советские исследователи справедливо критиковали тех авторов, которые рассматривали казачество как сплош;

Сибирский казак: Войсковой сборник // Под ред. Е. П. Березовского. Харбин, 1934. Вып. 1. УПс.- 1941. Вып. 2.

19 т^'Земство: мысли современников о прошлом, настоящем и будущем казачества. Париж,.

1921; (LpfcoicoB В. Казачество и его государственное значение. Париж, 1928.

20 Будтерп А. Дневник // Архив русской революции. Берлин, 1924. Т. XIII. С. 197−312- Т. XIV] С. 235−341- Т. XV. С. 254−345- Гинс Г. К. Сибирь, союзники и Колчак. 1918;1920 гг.: Впечатления и мысли члена Омского правительства. Пекин, 1921. В 2-х т.- Енборисов Г. В. От Урала" да Харбина: Памятка о пережитом. Шанхай, 1932. Зуев А. В. В борьбе за Родину гч (Оре/оургские казаки в борьбе с большевизмом). 1918;1922 гг.: Очерки. Харбин, 1937.аснов П. Н. На рубеже Китая: Воспоминания. Париж, 1939. ную контрреволюционную массу. Так, в книге Ф. Попова «Дутовщина» говорится о реакционности всего оренбургского казачества. Но это положение опровергается фактами (приводимыми самим автором), свидетельствующими о борьбе рядовых станичников под руководством большевиков против зажиточной части казачества и о разложении белоказачьей армии. Ф. Попов делает вывод, что недостаточная работа оренбургских партийных организаций весной 1918 г. среди трудовых казаков и чехословацкий мятеж активизировали борьбу казачьих верхов против Советской власти21.

Необходимо отметить работу С. М. Петрова «Борьба с дутовщиной», в которой систематизирован и обобщён накопленный к тому времени фактический материал. В результате автор смог осветить ряд важных вопросов борьбы большевиков за власть Советов на территории Оренбургского казачьего вой-22 ска .

В книге Ф. Е. Огородникова, наряду с характеристикой боевых действий против Колчака, предпринимается попытка дифференцированно проанализировать отношение различных слоёв казачества к социалистической революции. Он пишет: «Революция была враждебно встречена старыми казаками и казачьей верхушкой, молодежь из фронтовиков, участвовавшая в Февральской буржуазно-демократической революции, была против монархических настроений». Автор приводит немало фактов, свидетельствующих о недовольстве и разложении белоказачьих войск, о нежелании рядовых казаков вести войну против Советской власти23.

О Сибирском казачьем войске в отечественной историографии вновь стали упоминать с началом хрущевской «оттепели», и в связи с 40-летним юбилеем Октябрьской революции. В работах Н. Б. Хайруллина, И. Г. Чижова были приведены некоторые факты из истории войска, взятые в основном из омской.

21 Попов Ф. Дутовщина. М.-Самара, 1934.

22 Петров С. М. Борьба с дутовщиной. Челябинск, 1937.

23 Огородников Ф. Е. Удар по Колчаку весной 1919 г. М., 1938. С. 57. периодики24. Впервые начинается основательное изучение событий революции и Гражданской войны на Алтае. А. Худяков, Л. П. Потапов, В. Г. Мирзоев, Д. К. Шелестов в рамках своих исследований затронули вопросы, связанные с борьбой партизан с казачеством Бийской линии в предгорьях Алтая. Во всех работах фигурирует атаман Б. В. Анненков и особо подчеркивается жесточайший характер действий его отряда при подавлении Славгородско-Чернодольского.

25 восстания. Особо следует остановиться на историческом очерке «Борьба за власть Советов на Алтае» под редакцией Т. А. Кулакова. В очерке подробно освещены события, происходившие на Алтае в 1917;1920 гг., отражено, хотя и фрагментарно, участие в них казачества Бийской линии. Отмечается, что казачество явилось серьезным препятствием на пути распространения повстанческого движения. Есть упоминания о формировании красноказачьего отряда М. К. Назарова, действиях повстанцев, а впоследствии партизан на Бийской казачьей линии26.

В 1960;1970;е гг. проблематика историографии казачества стала рассматриваться более основательно. Наряду с историко-партийными работами появляются статьи и монографии о социально-экономическом развитии казачьих областей, что свидетельствует о стремлении исследователей глубже разобраться в материальных причинах политических явлений. Углубляется и содержание самого понятия «казачья проблема», которое выходит за узкие исто-рико-партийные рамки. Л. И. Футорянский, В. М. Самосудов, A.M. Долгих и другие впервые предприняли попытку дать анализ социально-экономического положения казачества, его классового расслоения и своеобразия сословных отношений в казачьих областях. Раскрывая факторы, породившие и питавшие ожесточенную вооруженную борьбу в казачьих районах, авторы делают выво.

24 Хайруллин Н. Б. Большевики Омска в период Октябрьской революции. Омск, 1957. Чижов И. Г. Солдаты Омского гарнизона в Октябрьской революции // Борьба за власть Советов в Сибири и на Дальнем Востоке. Омск, 1968. С. 43−65.

Худяков А. Гражданская война на Алтае. Барнаул, 1952. Потапов Л. П. Очерки по истории алтайцев. JL, 1953. Мирзоев В. Г. Партизанское движение в Западной Сибири (1918;1919 гг.). Кемерово, 1957. Шелестов Д. К. Борьба за власть Советов на Алтае в 1917;1919 гг. М., 1959.

26 Борьба за власть Советов на Алтае: (Ист. Очерк) / Под. ред. Т. А. Кулакова. Барнаул, 1957. ды о приоритете классовых, а не сословных антагонизмов в борьбе революционных сил с контрреволюцией.

Л.И. Футорянский, рассматривая проблему отношения различных слоев казачества к революции, пришел к выводу, что в октябре 1917 г. за большевиками сначала пошла только беднота, составляющая около 40% казачества. Переход середняков был несколько отсрочен целым рядом факторов: двойственностью политических настроений средних слоев, большим по сравнению с крестьянством удельным весом середняков и кулаков в составе казачества, сословностью, традициями, предрассудками, деятельностью казачьей верхушки, буржуазных и мелкобуржуазных партий и т. п27.

В.М. Самосудов обозначил ряд внутренних противоречий социально-экономической жизни войска в начале XX века и сделал вывод о предрасположенности «трудового казачества» к восприятию буржуазно-демократической революции, в то же время обратив внимание и на двойственность отношения казачьей массы к проблеме изменения сословно-правового статуса28.

А.И. Долгих рассмотрела развитие казачьего мелкотоварного хозяйства в начале XX века в виде непрерывного упадка, утверждая, что положение трудового казачества было несравненно хуже положения крестьянина, и что в 1917 г. в борьбе за землю оно объединилось с крестьянством и встало на путь не толь.

29 ко буржуазно-демократической, но и социалистической революции .

Широкая панорама революционных событий в России, в том числе и в казачьих областях, нашла отражение в обобщающем исследовании академика.

•>л *.

И.И. Минца «История Великого Октября» .

27 Футорянский Л. И. Борьба за массы трудового казачества в период перерастания буржуазно-демократической революции в социалистическую (март-октябрь 1917 г.). Оренбург, 1972.

28 Самосудов В. М. Социально-экономические предпосылки перехода сибирского казачества на позиции демократической революции // Материалы научной конференции кафедр общественных наук институтов г. Омска. Омск, 1965. С. 104−108- Он же. Революционное движение в Западной Сибири (1907;1917 гг.). Омск, 1970. С. 166.

29Долгих А. И. Классовое расслоение и революционные волнения в сибирском казачестве накануне февральской революции 1917 г. // Вопросы истории Сибири. Томск, 1972. Вып. 6. С. 41−54.

30 Минц И. И. История Великого Октября. В 3-х т. М., 1977.

Историография Гражданской войны пополнилась в эти годы монографией JI.M. Спирина «Классы и партии в гражданской войне в России (1917;1920 гг.)». В книге глубоко анализируется тактика пролетариата и его авангарда — Коммунистической партии в годы Гражданской войны по отношению к мелкобуржуазным слоям населения, прежде всего крестьянству, и как часть этой проблемы — отношение к казачеству. На новом фактическом материале показываются огромные трудности, которые пришлось преодолеть большевикам в борьбе за трудовое казачество, анализируются некоторые их ошибки и просчёты в этом вопросе31.

В 1960;1970;е гг. B.C. Познанский, В. Т. Агалаков, А. Н. Баталов, JI.M. Горюшкин, В. И. Шишкин и другие историки в рамках своих исследований стали затрагивать отдельные аспекты истории Сибирского казачьего войска. Они, как правило, воздерживались от обобщения фактов казачьей истории, а использовали их в описании тенденций иного плана (солдатского движения, процесса советизации и т. д.). Так, J1.M. Горюшкин, рассматривая социально-экономические предпосылки социалистической революции в сибирской деревне, обратил внимание на то, что в общий процесс капиталистического развития и классового расслоения были широко вовлечены хозяйства казаков. Степень классового расслоения западносибирского казачества, отмечает JI.M. Горюшкин, была особенно высокой в Акмолинской области, где число безлошадных и малолошадных хозяйств достигало 60%, а наиболее низкой — среди казаков Горного Алтая33.

B.C. Познанский в своём исследовании истории вооруженной борьбы Советов Сибири с контрреволюцией в 1917;1918 гг., характеризуя события на Ал.

31 Спирин JI.M. Классы и партии в гражданской войне в России (1917;1920 гг.).

32 Познанский B.C. Очерки вооружённой борьбы Советов Сибири с контрреволюцией в 1917;1918 гг. Новосибирск, 1973. Агалаков В. Т. Советы Сибири (1917;1918 гг.). Новосибирск, 1978. Баталов А. И. Борьба большевиков за армию в Западной Сибири (1916;фев. 1918). Новосибирск, 1918. Горюшкин JI.M. Социально-экономические предпосылки социалистической революции в сибирской деревне. Новосибирск, 1962. Шишкин В. И. Революционные комитеты Сибири в годы Гражданской войны (август 1919;март 1921 г.). Новосибирск, 1978.

Горюшкин JI.M. Социально-экономические предпосылки социалистической революции в сибирской деревне. Новосибирск, 1962. С. 101−102. тае, подчеркивает активное участие казачества Бийской линии в разгроме отряда П.Ф. Сухова34.

В 1980;е гг. среди историков, занимающихся историей казачества, проявляются тенденции к интеграции исследований. В Черкасске прошли две всесоюзные конференции «Казачество в Октябрьской революции и гражданской войне» (1980 г.) и «Казачество в революциях и гражданской войне» (1986 г.), где резко критиковались взгляды Д. С. Бабичева и Л. И. Футорянского, особенно за упрощение и тенденциозность в подборе фактического материала35. В 1982 г. вышла первая обобщающая монография А. П. Ермолина о казачестве в 1917— 1920 гг., однако в ней основной являлась проблема борьбы РКП (б) за расслоение казачества и привлечение его трудовой части на сторону революции36. В 1990 г. в Нальчике состоялась 3-я Всесоюзная конференция «Проблемы истории казачества XVI—XX вв.», продемонстрировавшая как дальнейшее расширение проблематики, так и стремление историков, изучающих казачество различных эпох, к сквозному (на протяжении столетий) рассмотрению истории российского казачества37.

Новый этап в изучении Сибирского казачьего войска начался на рубеже 1980;1990;х гг., что было обусловлено распадом СССР и формированием Российской Федерации, возникновением казачьего общественного движения, усилением интереса общества к «белым пятнам» прошлого и к своим историческим корням, методологическим плюрализмом и отчасти приходом в науку нового поколения историков.

34 Познанский B.C. Очерки вооруженной борьбы Советов Сибири с контрреволюцией в 1917;1918 гг. Новосибирск, 1973.

35 Казачество в Октябрьской революции и гражданской войне // Материалы Всесоюз. науч. конференции. Черкесск, 1984; Казачество в революциях и гражданской войне // Материалы Второй Всесоюз. науч. конференции. Черкесск, 1988.

36 Ермолин А. П. Революция и казачество: (1917;1920 гг.). М., 1982.

37 Шулдяков В. А. Историография Советская историография Сибирского казачьего войска периода революции и гражданской войны // Казаки Урала и Сибири в XVII—XX вв. Екатеринбург, 1993. С. 140−146.

В 1992 г. участники научной конференции «Урало-Сибирское казачество в панораме веков» рассмотрели широкий круг проблем истории Сибирского казачества38.

Б.В. Коршунов провел сравнительный анализ экономического состояния Сибирского войска в 1914 г. по основным видам занятий казачьего населения — землепашеству, скотоводству, а также промыслам, промышленности и торговле как фактору товарности сельского хозяйства. Он пришел к выводу, что накануне первой мировой войны в Сибирском казачьем войске наблюдалась значительная дифференциация экономического положения отделов, при доминирующей роли в земледелии 2-го и в скотоводстве — 3-го военных отделов, обусловленная прежде всего природно-географическими и демографическими факторами39.

И.Н. Мамай рассмотрел проблему взаимоотношений крестьян и казаков в 1918;1921 гг. По его мнению, начало обострению взаимоотношений крестьян и казаков положила политика большевиков, направленная на применение репрессивных мер против казачества, как привилегированного сословия, а не против его представителей, которые принимали участие в организации сопротивления и не признания Советской власти40.

В.А. Шулдяков, обращаясь к вопросу о гибели Сибирского казачьего войска в 1917—1922 гг., сосредоточил внимание на роли внутренних факторов в гибели казачьих войск в годы Гражданской войны. К таким факторам он отнес имущественную, социальную и идеологическую дифференциацию казачества. Подробно остановившись на каждом из них, он пришел к заключению, что к 1917 г. вышеназванные факторы представляли собой сложный узел внутрика-зачьих проблем, решить которые было возможно с помощью проведения ряда.

38 Урало-Сибирское казачество в панораме веков. Тезисы докладов научной конференции 18−21 мая 1992 г. Томск, 1994. С. 206.

39 Коршунов Б. В. Сравнительный экономический обзор военных отделов Сибирского казачьего войска накануне первой мировой войны // Урало-Сибирское казачество в панораме веков. Томск, 1994. С. 139−142.

40 Мамай И. И. Взаимоотношения крестьян и казаков Западной Сибири в 1918;1921 гг. // Урало-Сибирское казачество в панораме веков. Томск, 1994. С. 171−176. реформ сверху, но сложная на тот момент внутренняя и внешнеполитическая обстановка помешали осуществить мероприятия по приспособлению казачьей общины к новым социально-экономическим условиям41.

В первой половине 1990;х гг. историография казачества пополнилась целым рядом работ (С.В. Волков, Н. С. Ларьков, В. Ф. Мамонов и др.)42, авторы которых, используя неопубликованные ранее документы, попытались объективно рассмотреть события революции и Гражданской войны.

С середины 1990;х гг. наметилась тенденция к обобщению ранее накопленного материала в рамках коллективных многотомных трудов.

В 1995 г. вышел 3-й том «Истории казачества Азиатской России». Значительное внимание в этом академическом издании было уделено Сибирскому казачеству. Однако ряд содержащихся в нем положений подвергся справедливой и обоснованной критике. Нельзя, в частности, согласиться с утверждением В. Ф. Мамонова о том, что Сибирское казачье войско в ходе Гражданской войны проявляло пассивность и смогло выставить в белую армию всего 2—4 тысячи казаков. В. А. Шулдяков на примере многочисленных фактов убедительно доказал, что активное участие в Гражданской войне приняли не менее 10 000 сибирских казаков, а с учетом мобилизованных, но не успевших повоевать и самоохранных сотен на стороне белых служило более 20 000 казаков43.

Расширение публикаций по истории казачества, Гражданской войны, белого движения нашло свое отражение в издании и переиздании мемуаров участников антибольшевистской борьбы (А.И. Деникин, Г. М. Семенов, Б. Б. Фили.

41 Шулдяков В. А. К вопросу о гибели Сибирского казачьего войска в 1917;1922 гг. // Урало-Сибирское казачество в панораме веков. Томск, 1994. С. 150−170.

42 Волков С. В. Русский офицерский корпус. М., 1993. Ларьков Н. С. Начало Гражданской войны в Сибири: Армия и борьба за власть. Томск, 1995. Мамонов В. Ф. Гибель русской Вандеи: казачество Востока России в революции и Гражданской войне. ЕкатеринбургЧелябинск, 1994. Хвостов Н. А. Борьба большевиков за трудовое казачество на Востоке страны (1917;1920). Красноярск, 1991.

43 Шулдяков В. А. К вопросу об участии Сибирского казачьего войска в Гражданской войне на стороне Белого движения (1918;1919 гг.) // Катанаевские чтения-98: Материалы докладов 2-й Всеросс. научн. конф. Омск, 1998. С. 248−255.

МОНОВ И другие)44. В 1991;1996 гг. в нашей стране были переизданы «Архив русской революции» и летопись «Белое дело». В 1990;е были созданы новые периодические издания, с помощью которых увидели свет новые публикации. Это альманахи «Русское прошлое», «Белая армия, Белое дело», «Белая гвардия», исторические журналы «Новый часовой», «Военная быль» и др. Нельзя не отметить, что комментарии ко многим воспоминаниям в указанных периодических изданиях страдают тенденциозностью, опираются на узкую источниковую базу. Авторы комментариев некритически следуют за мемуарами, недостатки которых присущи данному виду источников, игнорируют историческую реальность и т. д. Тем не менее, публикации многих ранее не известных историкам мемуаров белоэмигрантов вносят значительный вклад в источниковую базу как истории Гражданской войны в целом, так и истории казачества в частности.

Начало XXI в. ознаменовалось выходом в свет ряда обобщающих работ по истории казачества.

Ф.А. Каминский исследовал процессы, происходившие на казачьих территориях Оренбургского и Сибирского казачьих войск в первой четверти XX в. Основное внимание автор уделил развитию казачьей общины и ее трансформации в годы НЭПа, социальным и экономическим изменениям, происходившим в казачьей среде45.

В 2004 г. была опубликована фундаментальная работа В. А. Шулдякова «Гибель Сибирского казачьего войска», посвященная малоисследованным, но исключительно драматическим страницам истории Гражданской войны в Сибири и на Дальнем Востоке с участием Сибирского казачьего войска. Автор в основном описывает военную сторону событий, опираясь на документы казачьих фондов ряда архивов и источники эмигрантского происхождения, даёт колоритные образы и биографии вождей белоказачьего движения Иванова-Ринова, Березовского, Глебова и других. Впервые достаточно большое внима.

44 Деникин А. И. Очерки русской смуты. Крушение власти и армии. М., 1992; Атаман Семенов. О себе: Воспоминания, мысли и выводы. М., 1999. Филимонов Б. Б. Белая армия адмирала Колчака. М., 1997.

5 Каминский Ф. А. Казачество Южного Урала и Западной Сибири в первой четверти XX века. Магнитогорск, 2001. ние уделено казачеству Бийской линии. Рассмотрены такие события, как участие 1-го сибирского казачьего Ермака Тимофеева полка в уничтожении отряда П. Сухова на Алтае, борьба казачества Бийской линии с повстанческим движением в августе 1919 г. и т. д46.

Заслуживают внимания исследования С. Ауского, Д. Г. Симонова. Военный историк С. Ауский предпринял попытку воссоздать жизнь казачьего сословия, основываясь на материалах многочисленных архивов и на свидетельствах очевидцев. Особое внимание уделено роли казачества в гражданской войне. Автор приходит к выводу, что главной болевой точкой Гражданской войны в казачьих областях явилось столкновение не только по политическим мотивам, но и на социально-национальной почве. Гражданская война на Дону, Кубани, на Тереке-это, прежде всего, столкновение казаков и не казаков-иногородних. На многочисленных примерах Ауский показывает не только ход военных операций, но и побудительные мотивы, которые во многом определяли исход боевых действий47.

Д.Г. Симонов обратился к практически неисследованной теме — истории формирования белогвардейских подразделений Сибири. Рассматривая историю 2-го Степного корпуса Сибирской армии, он уделил внимание казачьим частям, составлявшим основу кавалерийских подразделений белых48.

Историография казачества и Гражданской войны в последнее время пополнилась рядом интересных работ, опубликованных в сериях: «Белое движение», «Военно-историческая библиотека», «Россия забытая и неизвестная. На Великом переломе"49.

На волне интереса к изучению истории казачества появились монографии и статьи, в которых делаются попытки идеализировать казачество и его лиде.

46 Шулдяков В. А. Гибель Сибирского казачьего войска. 1917;1920. Кн. 1. М., 2004.

47 Ауский С. Казаки. Особое сословие. М., 2002.

48 Симонов Д. Г. История II Степного корпуса белой Сибирской армии (1918 год). Новосибирск, 2001.

49 Исторические портреты: Л. Г. Корнилов, А. И. Деникин, П. Н. Врангель. / Сост. А.С. Кручи-нин. М., 2003. Великий Сибирский Ледяной поход / Составление, научная редакция, предисловие и комментарии док. ист. наук С. В. Волкова. М., 2004. Смирнов А. А. Вожди белого казачества. Атаман Каледин. СПб, 2003. ров. Такой подход нарушает принцип историзма и не способствует объективному рассмотрению истории казачества в происходивших событиях.

Оценивая состояние историографии Сибирского казачьего войска, необходимо отметить, что исследователями проделана большая работа по возрождению истории сибирского казачества. Изучен значительный массив архивных документов, опубликованы многочисленные статьи и ряд крупных работ по различным проблемам истории Сибирского казачьего войска периода революции и Гражданской войны. Однако, рассматривая Сибирское войско в целом, авторы нередко упускают важные факты, касающиеся отдельных казачьих территорий (военных отделов и линий). Между тем отдельные территории Сибирского войска имели свою определенную специфику: территориальную, социально-экономическую и политическую, а события, происходившие здесь, носили свой неповторимый характер. На наш взгляд, работа в данном направлении существенным образом дополнит все ранее опубликованные исследования и позволит наиболее полно рассмотреть историю сибирского казачества в наиболее драматический период его истории.

Цель диссертационной работы исследовать участие казачества Бийской линии в событиях революции и Гражданской войны на Алтае. Для достижения поставленной цели определены следующие задачи:

— охарактеризовать территориально-демографическое, социально-экономическое и политическое положение Бийской линии накануне революции 1917 г.;

— определить социальную базу большевиков в казачьей среде и степень их влияния на настроения казачества;

— выяснить, какую роль сыграло казачество Бийской линии в становлении и развитии белого движения на Алтае и в Сибири в целом;

— выявить причины обострения взаимоотношений казачества и крестьянства в годы Гражданской войны;

— проследить участие казачества Бийской линии в военно-политических событиях 1917;1920 гг. и особо остановиться на борьбе казачества с повстанческим и партизанским движением на Алтае;

Территориальные рамки диссертационного исследования охватывают Алтайскую губернию в границах 1917;1920 гг. Но для создания более полной картины происходящих событий рассматривается и территория Сибирского казачьего войска в целом.

В момент образования Алтайской губернии 17 июня 1917 г. в её состав входили Барнаульский, Бийский, Змеиногорский, Каменский и Славгородский уезды. Бийская линия располагалась в пределах Бийского и Змеиногорского уездов. Она представляла собой цепь поселков и станиц, растянувшихся от Усть-Каменогорска к Бийску в предгорьях Алтая на протяжении 389 верст. В состав Бийского уезда входили станицы: Чарышская, Антоньевская, Маральев-ская, Николаевская, Слюденская, Терскаяпоселки: Смоленский, Сосновский, Тигирецкий, Тулатинский, Яровскойв состав Змеиногорского уезда, станица Верх-Алейская, поселки: Андреевский, Белорецкий, Бобровский, Верх-Убинский, Ключевский, Платовский, Секисовский) уездов.

4 августа 1920 г. Сибирский революционный комитет вынес постановление о перечислении ряда волостей Змеиногорского уезда Алтайской губернии в состав Семипалатинской губернии50, в результате чего, поселки: Платовский, Верх-Убинский, Секисовский и Бобровский оказались за пределами Алтайской губернии51.

Хронологические рамки исследования охватывают 1917;1920 гг. Именно в этот период происходил процесс ликвидации казачества как привилегированного военного сословия и особой группы российского населения. Начало этому процессу положила Октябрьская революция и декрет от 10 ноября 1917 г. «Об уничтожении сословий и гражданских чинов», с окончанием Гражданской войны, декретом от 25 марта 1920 г. «О строительстве Советской власти в ка.

50 Справочник административно территориальных изменений на Алтае. 1917;1980. Барнаул, 1987. С.8−11.

51 ЦХАФ АК. ФР. 24. On. 1. Д. 767. Л. 47. зачьих областях", казачье сословие было окончательно ликвидировано. Не отрицая утверждения ряда современных историков о том, что Гражданская война продолжалась до 1921;1922 гг. мы считаем, что для казачества Бийской линии Гражданская война фактически завершилась в конце 1919;начале 1920 гг. К этому времени казачьи станицы уже были повсеместно заняты партизанами, лишены территориально-административной самостоятельности и включены в состав крестьянских волостей. Крайняя малочисленность и невосполнимые потери, понесенные в братоубийственной войне, не позволили казакам Бийской линии оказать серьезное сопротивление коммунистическому режиму в так называемой «малой гражданской войне» 1921;1922 гг.

Методологической основой исследования стали принцип историзма, системный подход, сравнительно-исторический, диахронный и нарративный методы. В основу работы положены общепризнанные критерии исторических научных разработок, предполагающие изучение явлений в их системности, изменчивости и взаимодействии.

Принцип историзма, требующий рассмотрения изучаемого объекта в его изменении во времени позволил автору исследования прийти к заключению, что события революции и Гражданской войны оказали на казачество Бийской линии разрушающее воздействие. Под воздействием внутренних и внешних обстоятельств казаки оказались перед сложным политическим выбором. С одной стороны они не могли единодушно поддержать Советскую власть, затрагивающую их сословные и имущественные интересы, с другой выступить против народа и ввязаться в братоубийственную войну. В результате мучительных колебаний в казачьей среде произошёл раскол. Большая часть казаков, подчиняясь дисциплине и исторически сложившимся традициям, выступила на стороне белого движения, меньшая поддержала Советскую власть.

Системный подход был реализован автором в рассмотрении объекта диссертационного исследования в общеисторическом контексте изучаемого периода и с учётом его влияния на события, происходившие на Алтае в 1917;1920 гг.

Сравнительно-исторический метод позволил выявить общие и специфические черты экономического и демографического положения казачества Бий-ской линии как в сравнении с казаками Сибирского войска, так и всем сельским населением Алтайской губернии.

Диахронный метод дал возможность определить основные этапы участия казачества Бийской линии в событиях 1917;1920 гг.

Нарративный метод позволил описать происходившие события во всей их сложности и драматизме, выявить наиболее существенные детали.

Источниковую базу диссертационного исследования составляют опубликованные и неопубликованные источники. Опубликованные источники представлены законодательными, делопроизводственными, статистическими, мемуарными материалами и периодической печатью. Значительную часть источников составляют архивные документы, извлеченные из 24 фондов Центра хранения архивного фонда Алтайского края, Омского, Новосибирского областных архивов, архива Алтайского объединенного отдельского казачьего общества свко.

Среди законодательных источников прежде всего необходимо назвать нормативно-правовые акты партийных и государственных органов, определявших советскую политику в отношении казачества в 1917—1920 гг. Это декреты и постановления СНК и В ЦИК, директивы и инструкции ЦК РКП (б), постановления и распоряжения Сибревкома. Особое место среди нормативно-правовых документов занимают декреты: «Об уничтожении сословий и гражданских чинов» от 10 ноября 1917 г., «Об организации управления казачьими областями» от 1 июня 1918 г., «О строительстве Советской власти в казачьих областях» от 25 марта 1920 г. Каждый из них своеобразный этап советской политики в отношении казачества. Важным документом является директива ЦК РКП (б) от 24 января 1919 г. положившая начало поголовному истреблению не только «казачьих верхов», но и рядового казачества.

Вышеназванные документы опубликованы в многотомном издании «Декреты Советской власти» и в «Известиях ЦК КПСС».

Важными источниками, позволяющими проследить политику Советской власти в Сибири в отношении казачества, являются сборники документов: «Сибревком. Август 1919;декабрь 1925 гг.», «Сборник постановлений и распоряжений Сибревкома за 1920 год"52. Делопроизводственная документация (приказы, рапорты, доклады и т. д.) отражающая ход политических событий 1917;1920 гг. опубликована в сборниках: «Партизанское движение в Западной Сибири в 1918;1919 гг.», «Борьба трудящихся за установление Советской власти на Алтае (1917;1920 гг.)», «Большевики Западной Сибири в борьбе за социалистическую революцию (март 1917;май 1918)», «Партизанское движение в Западной Сибири в 1918;1920 гг.», «Советы Западной Сибири 1919;1925 гг.». В них содержится информация о действиях повстанцев на Бийской линии в августе 1919 г., партизанском движении на территории Алтайской губернии осенью-зимой 1919 г., настроениях различных слоев казачества в конце Гражданской войны.

Демографическое и экономическое состояние казачьих хозяйств на различных этапах его исторического развития отображено в статистических материалах. В первую очередь необходимо выделить статистико-экономические исследования В. Я. Нагнибеды, Н. П. Огановского и Ф.Н. Усова54. Материалы сельскохозяйственной переписи 1917 г. отражены в статистико-экономических бюллетенях Статистического отдела Томского переселенческого района и бюллетенях Алтайского губернского статистического бюро за 1920—1921 гг. Вышеназванные источники предоставляют возможность сравнить положение казачества с другими категориями населения Алтайской губернии и Сибири в целом.

52 Сибревком. Август 1919;декабрь 1925 гг. Новосибирск, 1959; Сборник постановлений и распоряжений Сибревкома за 1920 год. Омск, 1921.

3 Партизанское движение в Западной Сибири в 1918;1919 гг. Новосибирск, 1936; Борьба трудящихся за установление Советской власти на Алтае (1917;1920 гг.). Барнаул, 1957; Большевики Западной Сибири в борьбе за социалистическую революцию (март 1917;май 1918 гг.). Новосибирск, 1957; Партизанское движение в Западной Сибири (1918;1920 гг.) Новосибирск, 1959; Советы Западной Сибири 1919;1925 гг. Новосибирск, 1980.

54 Нагнибеда В. Я. Организация Всероссийской переписи 1917 года в Алтайско-томской части Сибири (Краткий отчёт). Томск, 1920. Алтайско-Томская часть Сибири по данным сельскохозяйственной переписи 1916 года. / Под ред. В. Я. Нагнибеда. Томск, 1927. Огановский Н. П. Народное хозяйство Сибири. Омск, 1921. Усов Ф. Н. Статистическое описание Сибирского казачьего войска. СПб., 1879.

При освещении событий 1917;1920 гг. на Алтае большое значение имеют воспоминания большевиков, бывших красных партизан, повстанцев и прочих сторонников советской власти, непосредственных участников революции и гражданской войны на Алтае, которые во многом дополняют документальные материалы.

Один из первых сборников таких воспоминаний «Повстанческое движение на Алтае» вышел в 1935 г. под редакцией В. Вегмана. В нем особый интерес представляют воспоминания Ю. Циркунова, Н. Бурыкина и Ф.Архипова. Все авторы признают факты разграбления повстанцами казачьих станиц, взятия казаков в заложники, но при этом оправдывают действия повстанцев тем, что казаки, первоначально заявив о своей лояльности к повстанческому движению и пообещав «примкнуть к народу», затем стали перебегать в правительственные отряды. О судьбе казаков-заложников авторы предпочитают не упоминать, хотя, безусловно, им было известно, что сотни заложников были уничтожены.

Публикация воспоминаний была продолжена в последующие годы в сборниках: «За власть Советов» (1947), «Борьба трудящихся Горного Алтая за установление Советской власти» (1957), «Боевые годы» (1959), «Незабываемое» (I960)55. Наряду со сборниками в работе используются воспоминания И. Я. Третьяка, И. Громова, Я. Жигалина и других видных участников гражданской войны56.

В диссертационном исследовании использовались также материалы периодической печати Барнаула, Бийска, Омска и Семипалатинска 1918;1919 гг. В газетах публиковались постановления, распоряжения, приказы белогвардейских правительств Сибири, губернских и уездных властей, военных и гражданских учреждений. На страницах газет достаточно широко представлена опера.

55 Повстанческое движение на Алтае. Сб. / Под ред. В. Вегмана. Новосибирск, 1935. За власть Советов. Новосибирск, 1947; Борьба трудящихся Горного Алтая за установление Советской власти. Горно-Алтайск, 1957. Боевые годы. Новосибирск, 1959. Незабываемое. Барнаул, 1960.

56 Третьяк И. Я. Партизанское движение в Горном Алтае в 1919 году. Барнаул, 1968. Громов И. За власть Советскую: Воспоминания командира партизанского корпуса. Барнаул, 1966. Жигалин Я. Партизанские отряды занимали города. Иркутск, 1980. тивная информация о событиях на внутренних и внешних фронтах. Наиболее информативными изданиями являются омская «Сибирская речь» (1918;1919 гг.), барнаульские газеты «Алтайский вестник» и «Алтайские ведомости» (1919 г.). В первой из них публиковались военно-оперативные сводки о действиях правительственных отрядов по ликвидации красногвардейского отряда Петра Сухова на Алтае, а также постановления белых правительств 1918;1919 гг. В «Алтайском вестнике» и «Алтайских ведомостях», наряду с приказами и распоряжениями губернской и уездной властей, отражены мероприятия по подавлению повстанческого движения на Алтае в августе 1919 г. В ряде номеров содержится информация о расправе повстанцев над заложниками станицы Ча-рышской. Периодическая печать существенно дополняет все ранее упомянутые виды источников и способствует созданию полной картины происходивших событий.

В силу того, что история казачества Бийской линии в событиях 1917— 1920 гг. практически не исследована, а опубликованных источников по данной теме крайне мало, главными источниками информации выступают неопубликованные архивные материалы.

Наиболее важные документы по истории Бийской казачьей линии содержатся в Центре хранения Архивного фонда Алтайского края и Государственном архиве Омской области. Характерной особенностью источниковой базы ЦХАФ АК является значительная разбросанность казачьих дел по различным фондам. Зачастую речь идёт даже не об отдельных делах, а о фрагментарной информации, которая содержится в разнообразной документации (отчёты, справки, доклады, сводки и т. д.) военных и гражданских учреждений.

Наибольшую ценность представляют документы, хранящиеся в фондах Алтайской губернской земской управы (Ф. 233), Алтайского губернского революционного комитета (ФР. 9), Комиссии ИСТПАРТа Барнаульского окружного комитета ВКП (б) (ФП. 1061) и Чарышского станичного правления (Ф. 216).

Фонд Алтайской губернской земской управы содержит материалы сельскохозяйственной переписи 1917 года, содержащие детальную информацию о демографическом и экономическом положении казачества Бийской линии. В ходе исследования проблемы впервые были обработаны сельскохозяйственные анкеты всех казачьих хозяйств 19 населенных пунктов Бийской линии, в которых проживало 13 490 чел. (2100 анкет казачьих хозяйств и 261 анкета хозяйств невойскового населения).

Полученные сведения были занесены в специально разработанные статистические таблицы, которые зафиксировали многоаспектную информацию о демографическом и экономическом состоянии казачьих хозяйств. Демографическая и экономическая информация была рассмотрена по 28 и 56 параметрам соответственно.

Фонд Алтайского губернского революционного комитета дает возможность рассмотреть социально-экономическое и политическое положение Бийской линии в 1920 г. Информационные сводки по губернии отражают общую политическую ситуацию, настроение различных слоев населения, в том числе казачества, их отношение к политике Советской власти. Протоколы заседаний Коллегии Алтайгубземотдела позволяют проследить ход землеустроительных работ на Бийской линии.

Обширная, прежде всего военно-политическая информация сосредоточена в фонде Комиссии ИСТПАРТа Барнаульского окружного комитета ВКП (б). Воспоминания непосредственных участников событий 1917;1920 гг. ценны тем, что далеко не все из них впоследствии были изданы, а опубликованные работы зачастую были старательно подправлены и не содержали ряда существенных фактов. Сравнительный анализ позволил установить, что одним из наиболее объективных авторов является Н. З. Бурыкин. У него, единственного из всех, содержится достаточно подробная информация о расправе повстанцев над чарышскими казаками-заложниками в августе 1919 г. Называется число убитых -114, конкретные виновные — руководители красноказачьего отряда Пичугин и Назаров. В других воспоминаниях авторы, признавая факт взятия заложников, как правило, либо не говорят об их дальнейшей судьбе, либо оправдывают действия повстанцев. Интересны воспоминания П. Бедарева и Цедринского. Первый из них показал позицию казаков Бийского гарнизона на протяжении осени 1917;весны 1918 гг., подчеркнув при этом, что казаки занимали позицию нейтралитета по отношению к политике большевистской партии. Цедринский дал характеристику настроениям различных слоев казачества в начальный период Гражданской войны. В целом такой источник информации, как воспоминания, содержит очень интересный материал, но он требует тщательной проверки и критического отношения, так как авторы мемуаров являлись представителями только одной из участвовавших в Гражданской войне сторон — советской.

Уникальным в своём роде является фонд Чарышского станичного поселения. На сегодняшний день он представляет собой единственный сохранившийся фонд отдельно взятой станицы Сибирского казачьего войска. К сожалению, подавляющее большинство его дел датируются 1891−1916 гг., что не даёт возможности в достаточно полной мере проследить участие казачества станицы Чарышской в революции и Гражданской войне на Алтае. Из немногих сохранившихся документов заслуживают внимания следующие: переписка чарышского станичного исполкома с советскими учреждениями по хозяйственным вопросам, в которой хорошо просматривается настороженное отношение казачества к новой власти весной 1918 г., протокол агрономического совещания в станице Чарышской «Об оказании помощи казачьим хозяйствам пострадавшим от действий повстанцев» и доклад уполномоченного чарышского станичного общества Ф. С. Иванова атаману Сибирского казачьего войска о положении станицы после её освобождения от повстанцев дают возможность судить о беспощадном характере Гражданской войны на Алтае и степени остроты противоречий казачества и крестьянства.

Казачьи фонды" Государственного архива Омской области являются самым крупным собранием документов по истории Сибирского казачьего войска периода 1917;1920 гг. Речь идёт, прежде всего, о фонде Войсковой управы Сибирского войска (Ф. 1706). Являясь органом войскового самоуправления, управа занималась главным образом так называемой земской деятельностью, т. е. вопросами землеустройства, сохранения и хозяйственной эксплуатации войсковых угодий, здравоохранения, народного образования и т. п. Однако в период Гражданской войны, с целью расширения и упрочения своей социальной базы, управа много внимания уделяла и общественно-политической работе: организовывала и проводила войсковые, районные и станичные круги (съезды), рассылала на места агитационно-пропагандистскую литературу, информировала станичные и поселковые правления о тех или иных событиях и т. д. Сохранившиеся в фонде материалы казачьих кругов (постановления, протоколы, дневники и др.), наказы и приговоры поселковых обществ и станичных сборов (в том числе казачьих поселений Бийской линии) являются на сегодняшний день прекрасным источником для изучения политических настроений и в целом образа жизни казачьего населения в рассматриваемый период.

Материалы Войсковой управы дополняются документами Войскового штаба Сибирского казачьего войска (Ф. 1531). Архив Войскового штаба сохранился лишь фрагментарно. Он содержал разнообразную и объёмную информацию об организации, использовании и обеспечении казачьих строевых и запасных частей, об офицерском составе войска и т. п. Такие документы при отступлении белых, как правило, либо увозились, либо уничтожались. Вероятно, такая судьба постигла и большую часть архива Войскового штаба. Из немногих сохранившихся документов заслуживают особого внимания регистрационные карточки офицеров Сибирского казачьего войска — сотника Горбунова (впоследствии есаул, командир правительственного отряда по подавлению повстанческого движения на Бийской линии в августе 1919 г.) и подъесаула Шишкина (один из руководителей повстанческого движения на Алтае в 1920 г.) и дело о формировании казахских воинских частей на Бийской линии в районе станицы Слюденской в 1919 году.

Большой интерес представляет небольшой по объёму (13 дел) фонд Войскового совета казачьих депутатов Сибирского казачьего войска (ФР. 683). В его материалах сохранились протоколы станичных и поселковых избирательных собраний Бийской линии по выдвижению делегатов на 3-й войсковой круг, сводка наказов делегатам 3-го войскового круга, отражающая настроение сибирского казачества в марте 1918 г.

Документы Государственного архива Новосибирской области представлены в нашем исследовании архивом Сибирской Комиссии по изучению истории коммунистической партии (ФП. 5). Наибольший интерес здесь представляет оперативная документация белогвардейских учреждений и воинских частей. Среди них хотелось бы особо выделить Сводку белогвардейской карательной экспедиции по подавлению крестьянского восстания близ деревни Усть-Чарыш (август 1919 г.). Сводка содержит подробную информацию о ходе боевых действий, участии казачьих подразделений в освобождении от повстанцев станиц и посёлков Бийской линии.

При написании работы также были привлечены материалы из архива Алтайского объединенного отдельского казачьего общества СВКО. В основном это воспоминания участников революции и Гражданской войны на Алтае: Н. З. Бурыкина, Я. А. Пасынкова, В. И. Полева и других.

Научная новизна представленной работы определяется тем, что история казачества Бийской линии в событиях 1917;1920 гг. впервые рассматривается в рамках специального исследования, в научный оборот вводится целый ряд не публиковавшихся ранее документов.

Предпринимается всесторонний анализ анкет сельскохозяйственной переписи 1917 г. всех населенных пунктов Бийской казачьей линии (2361 анкета).

Впервые рассматриваются взаимоотношения казачества Бийской линии с белыми правительствами Сибири, роль казачества в подавлении повстанческого и партизанского движения на Алтае.

Практическая значимость работы заключается в возможности использования фактического материала и выводов в написании обобщающих работ по истории казачества, революции и Гражданской войны на Алтае и в Сибири. Материалы диссертации могут быть использованы при чтении общих и специальных курсов по истории России 20 века.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

.

Революция 1917 года и последовавшая за ней ожесточённая Гражданская война стали переломными событиями в истории казачества Бийской линии. Неразрывно связанное с Сибирским войском оно было обречено разделить его судьбу.

В 1917 году Бийская линия располагалась в пределах Бийского и Змеино-горского уездов Алтайского округа Томской губернии (с 17 июня 1917 г. Алтайской губернии). Её территория представляла собой цепь посёлков и станиц, разбросанных от Усть-Каменогорска к Бийску на протяжении 389 вёрст. В состав линии входили 19 населённых пунктов, центральным из которых являлась станица Чарышская. На Бийской линии проживали 13 490 человек. В сословном отношении подавляющее большинство из них — 89,7% (12 096 чел.) составляли казаки. Для них, в отличие от невойскового населения, были характерны: почти идеальное соотношение мужчин и женщин, значительное преобладание русского населения над другими национальностями. 97,4% казаков являлись старожилами, переселенцы и прочие составляли всего 2,6%. Уровень грамотности казачьего населения несколько уступал среднему показателю по Сибирскому войску, но, тем не менее, был достаточно высок. Невойсковое население уступало казачьему по всем важнейшим демографическим показателям, за исключением более высокого уровня грамотности женского населения, что объяснялось более активным их участием в хозяйственно-промысловой деятельности.

Обширность территории, достаточно благоприятные природно-климатические условия и немногочисленность населения открывали широкую возможность для занятий разнообразной хозяйственной деятельностью. Главными отраслями казачьего хозяйства являлись животноводство и земледелие. Широкое распространение получили различные виды промыслов, среди которых, особо выделялся пчеловодческий.

В животноводстве особое внимание уделялось скотоводству и коневодству. Интерес к скотоводству во многом был продиктован его товарной направленностью, а также исторически сложившимися традициями. Необходимость развития коневодства была напрямую связана с войсковыми обязанностями казаков, которые требовали от них являться на службу с собственным конём.

Характерной особенностью казачьего животноводства Бийской линии являлось преобладание в нём русских пород, в то время как в Сибирском войске в целом были распространены казахские породы.

Казачьи хозяйства Бийской линии были обеспечены крупным рогатым скотом и лошадьми лучше всех в Сибирском войске и заметно опережали по этому показателю крестьянское население Алтайской губернии. Лидером в развитии скотоводства и коневодства выступала станица Чарышская. В её поселениях было сосредоточено 46,65% поголовья крупного рогатого скота и 43,34% всех лошадей казачьих хозяйств Бийской линии.

Земледелие относилось к числу основных занятий казачества, хотя по хозяйственной значимости оно уступало скотоводству и коневодству. Для казачьего землевладения были характерны небольшие посевные площади (в среднем 3,6 дес. на хозяйство), достаточно высокая оснащённость сельскохозяйственной техникой, неравномерность расположения земель по линии и как следствие этого различные нормы душевых наделов (от 4 до 18 дес.). Традиционной формой казачьего землепользования была залежная система. Наиболее благоприятные условия для занятия земледелием сложились в северной части Бийской линии (станица Антоньевская), где располагались наиболее плодородные земли. Здесь было сосредоточено 46,79% всех посевных площадей линии. Казачьи хозяйства данного района опережали соседние станицы по размерам посевных площадей, а также по оснащённости хозяйств, сложной сельскохозяйственной техникой.

Сословные привилегии, предоставлявшие в распоряжение казаков большое количество земли давали им значительные преимущества в сравнении с другими категориями населения Алтайской губернии и в немалой степени определяли политическую позицию казачества в последующих событиях. Анализ сельскохозяйственной переписи 1917 г. позволил установить, что характерной особенностью имущественного положения казаков Бийской линии была низкая степень разложения. Бедняцкие хозяйства составляли на линии 23,5% от общего числа казачьих хозяйств, середняцкие — 30,4%, зажиточные — 46,1%.

К политическим событиям 1917 года казачество Бийской линии отнеслось практически равнодушно. В этот период многие из казаков были мобилизованы в армию, а оставшиеся заняты в основном хозяйственными проблемами, которых в условиях продолжающейся первой мировой войны было немало. На политической инертности казачества сказывался и географический фактор. Бийская линия располагалась вдали от экономических и политических центров Сибири, не имела телеграфной связи и как следствие этого, была плохо информирована о событиях, происходящих в стране.

Февральская революция не привела к радикальным переменам в казачьей жизни, куда более серьёзную опасность представляли последствия Октябрьской революции. Первые декреты Советской власти были направлены на раскол казачества. Основную ставку пришедшие к власти большевики делали на так называемых «трудовых казаков» — преимущественно казачью бедноту и фронтовиков. На Бийской линии эти социальные группы не могли стать прочной опорой новой власти. Казачья беднота была здесь немногочисленной, а фронтовики, представлявшие середняцкие и зажиточные слои казачества, вернувшись домой, дистанцировались от политики, окунувшись в семейную и хозяйственную жизнь.

Активное воздействие советской политики на Бийскую линию началось лишь в апреле-мае 1918 года. К этому времени в Бийске, окончательно утвердилась Советская власть, а в Омске, Войсковой Совказдеп развернул бурную деятельность по продвижению советских идей в казачьи станицы Сибирского войска. Произошедшие перемены активизировали движение трудового казачества. На Бийской линии его представляли фронтовики, станичная молодёжь, беднота и, что интересно, некоторые «старики», традиционно считавшиеся наиболее консервативной частью казачества. Трудовые казаки проводили политику расказачивания, пытаясь лишить казачье сословие тех привилегий, какими оно пользовалось в сравнении с крестьянским населением. Добиться серьёзных успехов и приобрести многочисленную армию своих сторонников трудовые казаки не смогли. Многих казаков пугала перспектива уравнительного передела земли с крестьянами. Даже в самом революционном на Бийской линии посёлке Сосновском идею расказачивания поддержали далеко не все: 49 дворов из 97. Казаки, связанные между собой военной организацией, дисциплиной и многими другими атрибутами казачьей жизни с трудом поддавались советской агитации. Политические настроения по-прежнему во многом определяли сословные и имущественные интересы. Это наглядно проявилось в начальный период гражданской войны, когда на призывы губернских властей защитить Советскую власть казаки ответили глухим молчанием.

Гражданская война стала для казачества серьёзным испытанием. Предстояло сделать мучительный политический выбор, который давался основной массе казачества нелегко. В первые месяцы гражданской войны казаки заняли выжидательную позицию. Такое поведение имело своё объяснение. Фронтовая часть казачества, уставшая от предыдущей войны, не хотела вновь браться за оружие и отрываться от своих семей и хозяйств. Необходимость борьбы с большевиками зачастую вообще не осознавалась, так как, Советская власть по большому счету до многих казачьих станиц Бийской линии не дошла. Распоряжения Временного Сибирского правительства и войскового атамана о мобилизации казаков на борьбу с большевиками долгое время игнорировались под разными предлогами. Так, например, расказачившиеся казаки поселка Соснов-ского заявляли о том, что они вышли из войскового управления, а потому не подчиняются приказам войскового атамана Сибирского казачьего войска. Лишь после того, как в Барнауле и Бийске была свергнута Советская власть, а Войсковое правительство приняло суровые меры к дезертирам, казаки присоединились к лагерю победителей.

Участие казачества в гражданской войне можно разделить на два периода. Первый из них (май 1918;июль 1919 гг.), характеризовался первоначальной пассивностью казачества, желанием устраниться от разгорающейся гражданской войны, но уже с августа 1918 г. казаки Бийской линии сделали свой политический выбор в пользу белого движения. Мобилизованные в армию Временного Сибирского правительства, а впоследствии армию Колчака, они приняли деятельное участие в ликвидации красногвардейского отряда Петра Сухова, в разгроме советских учреждений и арестах представителей Советской власти. Активно участвуя в различных карательных экспедициях, казаки до предела обострили свои отношения с крестьянами и без того непростые в предшествующие годы.

Второй период (август-декабрь 1919 гг.) был непродолжительным по времени, но отличался исключительным драматизмом и насыщенностью событий. В августе 1919 года, на Алтае вспыхнуло повстанческое движение. Основной удар его участники нанесли по Бийской линии. Накопившаяся за долгие годы неприязнь к казачеству замешанная на почве земельных отношений и усиленная участием последних в карательных экспедициях, проявилась в ходе повстанческого движения в полной мере. Повстанцы грабили казачьи хозяйства, расправлялись с наиболее ненавистными казачьими лидерами, брали и расстреливали заложников. Жестокость повстанцев вызвала ответную реакцию. Если до августовских событий казаки практически не устраивали массовых расправ над крестьянами, то теперь такие действия приняли регулярный характер. Повстанческое движение способствовало окончательному и бесповоротному расколу в казачьей среде. Некоторые представители казачества перешли на сторону повстанцев. Трагедией происшедшего раскола стала расправа над ча-рышскими заложниками, осуществлённая красноказачьим отрядом Матвея Назарова и Игнатия Пичугина.

Повстанческое движение нанесло казачьим хозяйствам невосполнимый ущерб. В ходе повстанческого движения 10 из 19 казачьих станиц оказались в руках повстанцев. Убытки только одной станицы Чарышской составили около одного миллиона рублей. Попытки оказать помощь пострадавшим хозяйствам, предпринятые сразу же после подавления повстанческого движения, успеха практически не имели, так как времени на это отпущено не было. Уже в октябре 1919 года в Горном Алтае заполыхало пламя партизанской войны. Казаки, как наиболее боеспособная часть белогвардейских формирований, были втянуты в тяжелейшие бои с партизанами в горной и предгорной части Алтая.

Развал белогвардейского фронта, стремительное продвижение партизанских отрядов и регулярных частей Красной Армии предопределили судьбу казачества Бийской линии. Часть его боролась до конца, оставляя с боями последние рубежи родной земли и, в конце концов, была вынуждена уйти с прочими белогвардейскими отрядами в Монголию и Китай. Другие сложили оружие, так как дальнейшее сопротивление становилось бесполезным.

С окончанием гражданской войны казачество получило возможность вернуться к мирной жизни, но путь этот оказался чрезвычайно тернистым. Казачьи хозяйства на всём протяжении Бийской линии были до основания разорены партизанскими отрядами и бойцами регулярных частей Красной Армии. Повсеместно процветал «красный бандитизм», шло сведение давних личных счётов.

С февраля 1920 года в Бийском и Змеиногорском уездах развернулась антиказачья кампания, главным требованием которой было расселение казачьих семей по крестьянским деревням. Выполнению крестьянских требований помешал 1-й съезд Представителей волостных ревкомов, состоявшийся в Барнауле в феврале 1920 года.

Неопределённость политики Советского правительства в отношении казачества была устранена с принятием 25 марта 1920 года декрета Совнаркома «О строительстве Советской власти в казачьих областях», на основании которого во всех казачьих областях, округах, станицах и хуторах устанавливались общие органы власти, предусмотренные Конституции РСФСР и положениями ВЦИК.

Для казачества Бийской линии, как и для Сибирского войска в целом, декрет Совнаркома решающего значения не имел, так как фактически оно было ликвидировано раньше, приказом Сибревкома от 2 декабря 1919 года.

Показать весь текст

Список литературы

  1. Опубликованные источники 1. Законодательные акты11. Декларация Сибирского революционного комитета о порядке наделения землёй. 6 марта 1920 года // Сборник постановлений и распоряжений Сибирского революционного комитета за 1920 год. Омск, 1921. С. 14.
  2. Декрет Совета Народных Комиссаров «О строительстве Советской власти в казачьих областях». 25 марта 1920 года // Декреты Советской Власти. М., 1959. Т. 4. С. 165−170.
  3. Декрет Совета Народных Комиссаров «Об организации управления казачьими областями». 1 июня 1918 года// Декреты Советской Власти. М., 1959. Т. 2. С. 375−378.
  4. АПостановление Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров о землепользовании и землеустройстве в бывших казачьих областях. 18 ноября 1920 года // Декреты Советской Власти. М., 1983. Т. 11. С. 234−236.
  5. Статистико-экономические издания
  6. Алтайско-Томская часть Сибири по данным сельскохозяйственной переписи 1916 г. Томск, 1927.
  7. Бюллетени Алтайского статистического бюро. 1920 № 1, 1921. № 7.
  8. Н.Е. Сибирское казачество: Статистический и экономический очерк. Самара, 1920. 45 с.
  9. НагнибедаВ.Я. Организация Всероссийской переписи 1917 г. в Алтай-ско-Томской части Сибири (краткий отчёт). Томск, 1920. 33 с.
  10. М.Р. Хозяйство сибирского казака по цифровым данным сельскохозяйственной переписи 1917г.// Известия Сибирского революционного комитета. Омск, 1920. № 1. С. 77−88.
  11. Н.П. Народное хозяйство Сибири. Омск, 1921. 175 с.
  12. Отчёт о состоянии Сибирского казачьего войска за 1915 год. II (часть гражданская). Омск, 1916.
  13. Статистико-экономические бюллетени. Томск, 1917. № 6.
  14. Ф.Н. Статистическое описание Сибирского казачьего войска. Спб., 1879.3. Документальные публикации
  15. Большевики Западной Сибири в борьбе за социалистическую революцию (март 1917-май 1918 гг.). Новосибирск, 1957.
  16. Борьба трудящихся за установление Советской власти на Алтае, (1917—1920 гг.): Сб. док. /Под ред. Ф. А. Иванова. Барнаул, 1957. 500 с.
  17. Декреты Советской власти. М., 1957. Т. 1.
  18. Декреты Советской власти. М., 1959. Т. 2.
  19. Дневник 4-го Чрезвычайного круга Сибирского казачьего войска. Омск.1918. 156 с.
  20. Казачество России: Историко-правовой аспект: документы, акты, коменнтарии. 1917−1940 гг. / Под ред. Н. Ф. Бугая, A.M. Гонова. М.,
  21. Партизанское движение в Западной Сибири в 1918—1919 гг. Новосибирск, 1936.
  22. Партизанское движение в Западной Сибири, (1918—1920гг.): Док. и материалы. Новосибирск, 1957. 832 с
  23. Партизанское движение в Западной Сибири (1918−1920 гг.). Новосибирск, 1959.
  24. Партизанское и повстанческое движение в Причумышье, 1918−1922 гг.: Документы и материалы / Краев.Законодат. собр., адм. Алт. края- Ред.-сост. Г. Н. Безруков. Барнаул, 1999. 320 с.
  25. Постановления 4-го Чрезвычайного войскового круга Сибирского казачьего войска. Г. Омск 4−18 июля (21 июня-5 июля) 1918 г. Омск, 1918. 39 с.
  26. Постановления 5-го Чрезвычайного войскового круга Сибирского казачьего войска. Омск, 1919. 7 с.
  27. Сборник постановлений и распоряжений Сибревкома за 1920 год. Омск, 1921.
  28. Сибирская Вандея: Документы: В 2 т. / Под общей ред. акад. А.Н. Яковлева- составитель и научный редактор В. И. Шишкин. Т. 1. 19 191 920. М., 2000. 664 е.- Т. 2. 1920−1921. М., 2001. 776 с. (Россия. XX век. Документы).
  29. Сибревком. Август 1919-декабрь 1925 гг. Новосибирск, 1959.
  30. Советы Западной Сибири 1919−1925 гг. Новосибирск, 1980.
  31. Стенографический отчет торжественного заседания 5-го Чрезвычайного войскового круга Сибирского казачьего войска, состоявшегося в г. Омске в помещении театра «Аквариум» 10 августа 1919 г. Омск, 1919. 32 с. 4. Периодическая печать
  32. Алтайские ведомости. 1919.42. Алтайский день. 1919.
  33. Алтайский коммунист. 1920.
  34. Голос Сибири. 1919. 4.5.3а Родину. 1919.46.Иртыш. 1917, 1919.47.Красный Алтай. 1920.
  35. Сибирская речь. 1917−1918.49.Сибирская газета. 1883.410. Советская Сибирь. 1920.5. Воспоминания
  36. Атаман Семенов. О себе: Воспоминания, мысли и выводы. М., 1999. 320 с.
  37. Боевые годы. Сб., Новосибирск, 1959.
  38. В.Г. Из пережитого (1917−1922 гг.). Воспоминания бывшего главковерха Уфимской Директории // Сибирские огни. Новониколаевск, 1923. № 5/6 С. 111−126- 1924. № 1. С. 161−200.
  39. В.Г. Директория, Колчак, интервенты: Воспоминания (из цикла «Шесть лет», 1917−1922). Новониколаевск, 1925. 562 с.
  40. Борьба трудящихся Горного Алтая за установление Советской власти. Сб., Горно-Алтайск, 1957.
  41. А. Дневник белогвардейца. Сб., Новосибирск, 1991.
  42. В борьбе и тревоге. Сб., Барнаул, 1977.
  43. Г. К. Сибирь, союзники и Колчак. 1918−1920 гг.: Впечатления и мысли члена Омского правительства. Пекин, 1921. Т. 1. 327 е.- Т. 2. 609 с.
  44. И.В. За власть Совескую: Воспоминания командира партизанского корпуса. Барнаул, 1966. 128 с.
  45. И.В. Алтайские партизаны // Разгром Колчака: Воспоминания. М., 1969. С. 256−265.
  46. Г. В. От Урала до Харбина: Памятка о пережитом. Шанхай, 1932.187 с.
  47. Я. Партизанские отряды занимали города. Иркутск, 1980. 176 с.
  48. За власть Советов. Сб., Новосибирск, 1947.
  49. А.В. В борьбе за Родину (Оренбургские казаки в борьбе с большевиками). 1918−1922 гг. Очерки. Харбин, 1937. 132 с.
  50. Е.Е. Сибирь при Колчаке: Воспоминания, материалы, документы. Пг., 1923. 190 с.
  51. В.О. Впереди — Иркутск // Разгром Колчака: Сб. воспоминаний. М., 1969. С. 105−114.
  52. П.Н. На рубеже Китая: Воспоминания. Париж, 1939. 125 с.
  53. К.И. Восточный поход // Разгром Колчака: Воспоминания. М., 1969. С.135−150.
  54. А.С. Из воспоминаний: Корниловское выступление и начало Добровольческой армии // Архив русской революции. Берлин, 1922. Т. V. С. 101−190.
  55. И. В грозовые годы: Воспоминания партизана. Барнаул, 1959. 140 с.
  56. Незабываемое: Воспоминания активных участников борьбы за установление Советской власти на Алтае. Барнаул, 1960. 144 с.
  57. В. Н. Дневник В.Н. Пепеляева // Сибирь. Иркутск, 1989. № 6. С. 76−88- 1990. № 1. С. 75−100.
  58. П.П. От Волги до Тихого океана в рядах белых (1918−1922 гг.): Воспоминания. Рига, 1930. 256 с.
  59. Повстанческое движение на Алтае: Сб. / Под. ред. В. Вегмана. Новосибирск, 1935. 125 с.
  60. К.В. Белая Сибирь. Мюнхен, 1923. 325 с.
  61. И.И. Великий отход: Рассеяние по Азии белых Русских Армий. 1919−1923. Харбин, 1936. 267 с.
  62. И.Я. Партизанское движение в Горном Алтае. Барнаул, 1968.
  63. М.Н. Курган Омск // Подвиг Пятой Красной: Сб. Новосибирск, 1984. С. 37−50.
  64. .Б. На путях к Уралу: Поход Степных полков летом 1918 г. Шанхай, 1934. 154 с.
  65. .Б. Белая армия адмирала Колчака. М., 1997. 155 с.
  66. В.Е. Отчет о командировке из Добровольческой армии в Сибирь в 1918 году // Архив русской революции. Берлин, 1923. Т. IX. С. 243 304.
  67. С.Г. Омское восстание // Разгром Колчака: Сб. восп. М., 1969. С. 239−255.
  68. Архивные источники Центр хранения архивного фонда Алтайского края (ЦХАФ AKV.
  69. Ф. 55. Податный инспектор 2-ого участка Бийского уезда. On. 1. Д. 335.
  70. Ф. 216 Чарышское станичное правление. On. 1. Д. 65, 100, 102, 103,115.
  71. Ф. 225. Бийская уездная земская управа. On. 1. Д. 20, 35.
  72. Ф. 229. Алтайский губернский земельный комитет. On. 1. Д. 14, 19, 60, 86, 98.
  73. Ф. 233. Алтайская губернская земская управа. Оп. 1а, Д. 52, 53, 54, 292, 619, 632, 633, 777, 778, 779, 780, 781, 782, 783, 784- On. 1б. Д. 123, 124, 125, 126,127, 128, 129, 452, 453, 454- Оп. 2. Д. 28.
  74. Ф. 235. Управляющий Алтайской губернией. On. 1. Д. 7, 11, 13, 35, 39, 49.
  75. ФР. 9. Алтайский губернский революционный комитет. On. 1. Д. 1, 16, 22, 32, 62, 78, 83, 108 143, 151, 152, 158, 162, 164, 167, 169, 182, 185, 207,219,231.
  76. ФР. 10. Исполнительный комитет Алтайского губернского Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов. On. 1 Д. 568, 586, 616, 632, 656- Оп. 2. Д. 50.
  77. ФР. 24. Алтайское губернское земельное управление. On. 1. Д. 547, 549, 76, 833, 845.
  78. ФР. 28. Алтайский губернский продовольственный комитет. On. 1. Д. 6, 106.
  79. ФР. 204. Алтайский губернский революционный трибунал. Оп. 2. Д. 4.
  80. ФР. 483. Документы по истории революционного движения и гражданской войны на Алтае. On. 1. Д. 1, 27, 56, 82, 83.
  81. ФР. 582. Революционный исполнительный комитет Горно-Степного района. Оп. 2. Д. 2.
  82. ФР. 691. Бийская чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией. On. 1 Д. 1.
  83. ФР. 768. Бийский уездный исполнительный комитет Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов. On. 1. Д. 7, 107- Оп. 3. Д. 7.
  84. ФП. 1061. Алтайский краевой истпарт. On. 1. Д. 1, 3, 6, 14, 102, 103, 106, 107, 147, 149, 163, 174, 197, 211, 222, 244, 257, 279, 291, 303, 318, 321, 385, 395, 420, 445,456, 461, 467, 471, 483,484,491, 495, 497- Оп. 2. Д. 115- Оп. 3. Д. 44
  85. ФП. 5876. Партийный архив крайкома КПСС. On. 1. Д. 80, 184- Оп. 3 д. 45.
  86. Государственный архив Омской области
  87. Ф. 67. Войсковое хозяйственное правление Сибирского казачьего войска. Оп. 2. Д. 2599.
  88. Ф. 1531. Войсковой штаб Сибирского казачьего войска. On. 1. Д. 12, 13, 14, 16.
  89. Ф. 1706. Войсковая управа Сибирского казачьего войска. On. 1. Д. 11, 85, 125,326,327,328,419.
  90. Ф. 1709. Типография Сибирского казачьего войска. On. 1. Д. 6.
  91. ФР. 683. Войсковой Совет казачьих депутатов Сибирского казачьего войска. On. 1. Д. 2, 4,5,7.
  92. Государственный архив Новосибирской области
  93. ФП. 5. Сибирская Комиссия по изучению истории коммунистической партии. On. 1. Д. 328- Оп. 3. Д. 169- Оп. 4. Д. 189, 1209, 1231, 1448.
  94. Архив Алтайского объединенного отдельского казачьего общества СВКО
  95. Документы по истории революционного движения и гражданской войны на Алтае. Воспоминания Бурыкина Н. З., Глазкова Ф. Я., Клишина Ф. А., Пасынкова Я. А., Полева В. И., Резниченко Н.В.7. Исследования
  96. В.Т. Советы Сибири (1917−1918 гг.). Новосибирск, 1978. 255 с.
  97. О.В. Казачьи войска Российской империи. М., 1995. 560 с.
  98. О.В. Казачьи войска России во втором тысячелетии. Киров, 2000. 400 с. 74. Алтайский край. М., 1987.
  99. С.М. Материальное положение офицеров в Сибирском казачьем войске (начало XIX — начало XX в.) // Катанаевские чтения — 98: Материалы докладов 2-й Всеросс. научн. конф. Омск, 1998. С. 210—214.
  100. С.М. Офицерское землевладение в Сибирском казачьем войске (середина XIX в. — 1916 г.): Автореф. диссертации на соискание ученой степени канд. ист. наук. Омск, 1997. 25 с.
  101. С.М. Численность и социальный состав владельцев офицерских земель в Сибирском казачьем войске (середина XIX — начало XX в.) // Катанаевские чтения — 98. Омск, 1998. С. 215 — 218.
  102. С.М. Землеустройство в Сибирском казачьем войске (1851 — 1917 гг.) // Сибирская деревня: история, современное состояние, перспективы развития/ Материалы Сиб. научн. конф. Омск, 1996. С. 118 —122.
  103. С.М. Агрономическая помощь населению в Сибирском казачьем войске в начале XX в. // Проблемы истории сибирской деревни (1900— 1994 гг.): Тез. докладов научн. конф. преподавателей вузов г. Омска. Омск, 1994. С. 7—10.
  104. С.М. Медицинская часть в Сибирском казачьем войске (60-е гг. XIX — начало XX в.) // Казачество: история и современность. Омск, 1996. С. 38—41.
  105. С.М. Начальные школы в Сибирском казачьем войске (конец XVIII — XIX в.): По материалам дореволюционных исследователей //
  106. Обл. научно-практическая конференция, посвященная 275-летию г. Омска. Секция: История культуры. Омск. 1991. С. 6 —10.
  107. С.М. Учительство начальных школ Сибирского войска (конец XIX — начало XX в.) // Русский вопрос: история и современность/ Материалы 3-й Всеросс. научн. конф. Омск, 1998. С. 128—133.
  108. С.М. Религия в жизни сибирского казачества // Русский вопрос: история и современность/ Материалы докладов 2-й Всеросс. научн. конф. Омск, 1994. Ч. 1. С. 200−203.
  109. С.М. Казаки-мусульмане в Сибирском казачьем войске (вторая половина XIX — начало XX в.) // Ислам, общество, культура: Материалы Международной научн. конф. «Исламская цивилизация в преддверии XXI в.». Омск, 1994. С. 5—8.
  110. С.М. Мордва в этническом составе сибирского казачества: По материалам Г. Е. Катанаева 1890—1891 гг. // Архивный вестник. Омск, 1994. № 5. С. 26—29.
  111. С.М. Приказы 1918 г. по Сибирскому казачьему войску: Историографический аспект // История Западной Сибири в советский период / Тез. докладов обл. научн. конф. «История, краеведение и музееведение Западной Сибири». Омск, 1988. С. 12—14.
  112. С.М. Настроения сибирского казачества в начальный период «демократической контрреволюции» // Казаки Урала и Сибири в XVII—XX вв. Екатеринбург, 1993. С. 147—153.
  113. С.М. Формирование частей местной самоохраны в Сибирском казачьем войске (июль 1918 — сентябрь 1919 гг.) // История Советской России: Новые идеи, суждения/ Тез. докладов Республ. научн. конф. Тюмень, 1991. Ч. 1. С 72 — 73.
  114. Антонов-Овсеенко В. А. Записки о гражданской войне. В 3-х т. М., 1924, 1928, 1932.
  115. С. Казаки. Особое сословие. М.- СПб., 2001. 447 с.
  116. К.К. Разгром банды Кайгородова. М.- Иркутск, 1932. Баканов В.
  117. А.И. Борьба большевиков за армию в Сибири (1916-фев. 1918). Новосибирск, 1978. 285 с.
  118. .В. Казаки и казачьи земли в Азиатской России // Азиатская Россия. СПб., 1914. Т. I. С. 361−387.
  119. С.М. В. Фрунзе командующий Южной группой восточного фронта// Война и революция. 1925. № 7−8.
  120. Е.П. Сибирское казачье войско // Сибирский казак. Харбин, 1934. Вып. 1. С 154−174.
  121. Е.П. Сибирское войско и Великая война // Сибирский казак. Харбин, 1941. Вып. 2. С. 9 —15.
  122. Борьба за власть Советов на Алтае: Ист. очерк. / Под ред. Т. А. Кулакова. Барнаул, 1957. 464 с.
  123. Ю.С. О роли разных групп населения России в присоединении и освоении Алтая // Алтайский сборник. Вып. XVIII. Барнаул, 1997. С.7−18.
  124. А. Зиминское восстание: Ист. очерк. Барнаул, 1960. 44 с.
  125. Е.А. Казачество в Гражданской войне на территории Тюменской (Тобольской) губернии //• Ежегодник Тюменского областного краеведческого музея: 1994 год. Тюмень, 1997. С. 104—110.
  126. В.Д. Сибирские контрреволюционные организации в 1918 г. // Сибирские огни. Новосибирск, 1928. № 1. С. 135—146.
  127. М. К вопросу о положении пригородных станиц: Атаманская станица//Иртыш. 1919. № 3. С. 7—10- № 5. С. 11 — 13.
  128. С.В. Русский офицерский корпус. М., 1993. 368 с.
  129. С.В. Трагедия русского офицерства. М., 2001. 508 с.
  130. Гай Г. Д. Первый удар по Колчаку. М., 1926.
  131. В.Б. Директория и Колчак // Вопросы истории. М., 1976. № 10. С. 16—32.
  132. Генерал-майор Александр Иванович Белов // Иртыш. Омск, 1919. № 37/38.
  133. Д. А. Крушение антисоветского подполья в СССР (1917— 1925 гг.). М., 1975. 703 с.
  134. М. Уральские партизаны. Поход отрядов Блюхера и Кашири-на в 1918 г. Екатеринбург, 1924.
  135. Н.В. Восстание казаков 4-го и 7-го Сибирских казачьих полков 31 июля 1914 года // Омская область. 1939. № 8. С. 55 — 58.
  136. П.Я. Ойротия. Горно-Алтайск. 1994. 144 с.
  137. Ю.П. Помощь Сибирских казачьих частей в годы Гражданской войны пострадавшим воинам (1918—1919 гг.) //История «белой» Сибири: Тез. 2-й научн. конф. Кемерово, 1997. С. 73 — 74.
  138. Л.М. Социально-экономические предпосылки социалистической революции в сибирской деревне. Новосибирск, 1962. 130 с.
  139. Л.М. Крестьянское движение в Сибири в 1917 году. Новосибирск, 1975. 160 с.
  140. Гражданская война на востоке России: Проблемы истории: Бахрушин-ские чтения 2001 г.- Межвуз. Сб. науч. тр. / Под ред. В. И. Шишкина. Новосибирск, 2001. 178 с.
  141. .К. О Каркаралинской трагедии: Из истории Каркаралин-ской партийной организации // Вопросы истории КПСС. Алма-Ата, 1974. Вып. 2. С. 180—190.
  142. В.Ф. Дважды убитые: К истории сталинских репрессий в Бийске. Барнаул, 1999. 280 с.
  143. В.Ф. Сыны Алтая и Отечества. Кн. 3: Ефим Мамонтов. Барнаул, 1989. 200 с.
  144. Н.Я., Ильиных В. А. Классовая борьба в Сибирской деревне в 1920-е-середине 1930 гг. Новосибирск, 1987.
  145. С.В. Белая Россия. СПб- М., 1991. 128 с.
  146. A.M. Гражданская война в России 1917 —1922: Белые армии. М., 1998.48 с.
  147. A.M. Партизанская дивизия атамана Анненкова // Станица. М., 1997. № 4 (7). С. 11.
  148. А.И. Классовое расслоение и революционные волнения в сибирском казачестве накануне февральской революции 1917 г. // Вопросы истории Сибири. Томск, 1972. Вып. 6. С.41−54.
  149. А. Алтайское казачье войско // Станица. М., 2000. № 33 (3). С. 28.
  150. .А. Методология и методика социологических исследований проблем казачества: Учебно-методическое пособие. Барнаул, 1995.91 с.
  151. Н.Ф. Разгром генерала Бакича // Красная Армия Сибири. Ново-ни-колаевск, 1923. № 5/6. С. 23—39.
  152. Н.Ф. О прошлом и настоящем оренбургских казаков. Самара, 1929.
  153. А.С. Анненковский процесс: Малоизвестные страницы // История Казахстана: Белые пятна. Алма-Ата, 1991. С. 123—155.
  154. А.С. Казачество и казачьи войска в Казахстане. Алма-Ата, 1993.
  155. А.П. Революция и казачество (1917—1920 гг.). М., 1982. 224 с.
  156. А.Н. Сибирское казачество в системе кабинетского хозяйства на Алтае // Урало-Сибирское казачество в панораме веков: Тез. докл. научн. конф. 18−21 мая 1992. Томск, 1994. С.80−86.
  157. Жертвы политических репрессий в Алтайском крае. Барнаул, 1998. Т. 1. 1919—1930. 482 с.
  158. .Б. Взаимоотношения гражданских и военных властей сибирской контрреволюции в мае—июле 1918 г. // Материалы XXXIV Международной научн. студенческой конф.: История. Новосибирск, 1996. С. 79 — 82.
  159. Ю.Б. Гражданская война в сибирской деревне. Красноярск, 1986.
  160. A.M., Бобренев Б. А. Атаман Анненков // Военно-исторический журнал. М., 1990. № 10. С. 66 — 72- 1991. № 3. С. 68—77- № 6. С. 77— 84.
  161. С.П. Войсковой атаман Сибирского казачьего войска П.П. Ива-нов-Ринов глазами современников // Катанаевские чтения — 98: Материалы докладов 2-й всероссийской конф. Омск, 1998. С. 244—247.
  162. Н.Я. Контрреволюция в России в 1917 году и ее разгром. М., 1977.
  163. А.Р. Городовое казачество Западной Сибири в XVIII-первой четверти XIX в. Барнаул, 1996. 226 с.
  164. А.Р. Казаки на Алтае в XVIII-XIX столетиях: (Ист. очерки). Барнаул, 2003. 155 с.
  165. Г. З. От контрреволюции «демократической» к буржуазно-помещичьей диктатуре (Омский переворот) // История СССР. М., 1982. № 1.
  166. Г. З. Великий Октябрь и эпилог царизма. М., 1987. 366 с.
  167. Г. З. «Белое дело». Генерал Корнилов. М., 1989. 291 с.
  168. Г. З. Колчаковская авантюра и ее крах. М., 1983. 294 с.
  169. В.В. Поселения на Бийской линии в сельскохозяйственной переписи 1917 г. // Демографическое и хозяйственное развитие алтайской деревни во второй половине XIX-начале XX вв. (на материалах массовых источников): Сб. ст. Барнаул, 2002. С. 122−140.
  170. В.В. Казачество Бийской линии в революции и Гражданской войне. Барнаул, 2004. 283 с.
  171. В.В. Бийская казачья линия по материалам Всероссийской сельскохозяйственной переписи 1917 г.: демографический аспект // Алтайская деревня во второй половине XIX-начале XX в. Сборник научных статей. Вып. 2. Барнаул, 2004. С. 34−54.
  172. Исторические портреты: Л. Г. Корнилов, А. И. Деникин, П. Н. Врангель /Сост. А. С. Кручинин. М., 2003. 541 с.
  173. В.А. Сибирь непокоренная. Кемерово, 1968.
  174. Казачество: Мысли современников о прошлом, настоящем и будущем казачества. Париж, 1928. 379 с.
  175. Казачество в Октябрьской революции и гражданской войне // Материалы Всесоюз. науч. конференции. Черкесск, 1984.
  176. Казачество в революциях и гражданской войне // Материалы Второй Всесоюз. науч. конференции. Черкесск, 1988.
  177. Казачество: История и современность. Омск, 1996.
  178. Н.Е. Как сражалась революция. В 2-х т. М., 1990. Т. 1. 272 е.- Т. 2. 431 с.
  179. Н.Е., Вацетис И. И. Гражданская война. 1918 —1921. СПб., 2002. 672 с.
  180. Ф.А. Казачество Южного Урала и Западной Сибири в первой четверти XX века. Магнитогорск, 2001. 272 с.
  181. Камский. Сибирское действо. Пг., 1922. 39 с.
  182. Камский. Белые в Китае // Сибирские огни. Новониколаевск, 1923. № ½. С. 78—112.
  183. М. По местам партизанских боёв. Барнаул, 1971. 80 с.
  184. В. казаки в Октябре // Пролетарская революция. 1923. № 6.
  185. Т.Е. Краткий исторический обзор службы Сибирского казачьего войска с 1582 по 1908 год. СПб., 1908. 67 с.
  186. В.Н. Землеустройство и земельные отношения Сибирского казачьего войска: (Колывано-Кузнецкая военная линия // Вопр. геогр. Сибири. Томск, 1993. С. 39−54.
  187. В.Н. Народное образование в Сибирском казачьем войске Л Вопр. геогр. Сибири. Томск, 1993. Вып. 20. С.54−67.
  188. Д.В., Скубневский В. А., Храмков А. А. Революционные события на Алтае. Барнаул, 1987.
  189. К. Под копытом // Станица. М., 1998. № 2 (26). С. 24—25.
  190. Энциклопедические и справочные издания
  191. Гражданская война и военная интервенция в СССР: Энциклопедия. М., 1983.704 с.
  192. История казачества Азиатской России. Екатеринбург, 1995. Т. 2. Вторая пол. XIX нач. XX в. 253 е.- Т. 3. XX век. 268 с.
  193. В.В. Кто был кто в Белой Гвардии и военной контрреволюции (1917−1923 гг.): Энциклопедический справочник. СПб., 1998.
  194. Р.А. История казачества: В 2 т. СПб., 1995. Т. 1. 559 е.- Т. 2. 716 с.
  195. Справочник административно-территориальных изменений на Алтае. 1917−1980. Барнаул, 1987. 360 с.
  196. Отечественная история: энциклопедия: В 5 т.: Т. 2. М., 1996. С. 452−454.
  197. Энциклопедия Алтайского края: В 2 т. Т. 2. Барнаул, 1997. 488 с.
Заполнить форму текущей работой