Диплом, курсовая, контрольная работа
Помощь в написании студенческих работ

Граф С.Д. Шереметьев в общественной и политической жизни России второй половины XIX — начала XX века

ДиссертацияПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

Пережив царствования последних трех императоров, С. Д. Шереметев в своих мемуарах и дневниках оставил субъективные и глубоко личные оценки их правлений. С. Д. Шереметев полностью был солидарен с политической программой Александра III. В рукописи речи «Великое значение царствования императора Александра III», которую Шереметев прочел на заседании Общества ревнителей русского исторического… Читать ещё >

Содержание

  • Глава 1. С.Д. Шереметев: вехи биографии, общественной и политической деятельности
  • Глава 2. Император Александр II и его окружение в восприятии С.Д. Шереметева
  • Глава 3. Император Александр III и его окружение в восприятии С.Д. Шереметева
  • Глава 4. Самодержавие на рубеже Х1Х-ХХ вв. и революция в восприятии С.Д. Шереметева

Граф С.Д. Шереметьев в общественной и политической жизни России второй половины XIX — начала XX века (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Русская пореформенная консервативная общественная мысль вплоть до фундаментальных изменений политического строя империи в 1905;1906 гг. в плане своей доктринальной проработки, организационной структурированности и пропагандистской эффективности значительно уступала либеральной и революционно-демократической мировоззренческим установкам. Указанная особенность консерватизма предопределила специфику его существования и как социального феномена. Трансляторами этой идеологии оказывались не структуры и даже не сообщества единомышленников, а отдельные выразители подобных взглядов. Известность и влиятельность таких лиц основывались преимущественно на положении в обществе, приближенности к Императорской фамилии или представителям высшей бюрократии. А выражение ими собственной позиции сводилось, как правило, к попыткам организации неформальных объединений лиц с целью либо поддержки начинаний верховной власти или правительственной политики, либо противодействия таковым. Способом популяризации консервативных ценностей оказывались и просветительская деятельность, а также шаги, направленные на сохранение артефактов историко-культурного наследия.

Настоящая диссертация посвящена деятельности характерного приверженца обозначенной поведенческой парадигмы — графа Сергея.

Дмитриевича Шереметева (1844−1918). Обращение автора к истории известного аристократического рода Шереметевых позволяет показать истоки обусловленных семейными традициями ценностно-идейных убеждений графа. Это в свою очередь способствует более аргументированной интерпретации биографических вех уже собственно самого С. Д. Шереметева и особенно его пребывания в числе приближенных правда, разных по степени доверительности отношений) трех последних российских императоров. Таким образом, биографическое исследование з оказывается своего рода оптической системой, нацеленной на изучении политической истории России второй половины XIX — начала XX века. Сама же деятельность С. Д. Шереметев при таком подходе становится точкой фокусировки на тех вопросах, которые определяли повестку дня для самодержавия в пореформенный период и на протяжении заключительного этапа существования императорской России (1905;1917), когда в политическую систему были привнесены отдельные конституционалистские элементы. Диапазон исследовательских возможностей биографического исследования позволяет охватить сразу несколько проблем. Во-первых, роль неформальных коммуникаций в технологиях функционирования верховной власти и принятия правительственных решений. Во-вторых, особенности восприятия запущенных Великими реформами 1860−1870-х гг. перемен в социально-экономической, политической и культурной жизни страны. В-третьих, эволюцию консерватизма (как пореформенного, так и думского периода) в его взаимодействии с либеральными и революционно-демократическими идеологиями и политическими практиками.

Подобная проблемная постановка позволяет продолжить наметившуюся в отечественной исторической науке последних лет переоценку роли консерватизма как системы взглядов и консерваторов как непосредственных практических проводников этого мировоззрения в политике самодержавия второй половины XIX — начала XX века.

Предмет, объект и задачи исследования. Свойственная части политической элиты Российской империи система консервативных общественно-политических представлений, ценностных ориентаций и употреблявшихся для их реализации практических мер стала основным предметом работы. Объектом диссертации явилась деятельность С.Д.

Шереметева как типичного представителя пореформенного политического консерватизма. Причем эта деятельность рассматривается как в собственно пореформенную эпоху, так и в 1905;1917 гг., когда сложившаяся в период с начала 1860-х и до начала 1900;х гг. политическая культура подверглась 4 дальнейшим радикальным трансформациям в результате преобразований 1905;1906 гг. Недостаточное внимание в историографии к предмету и объекту исследования обусловило следующие исследовательские задачи:

Во-первых, целостным образом рассмотреть биографию С. Д. Шереметева в привязке к совпавшим с ней событиям в истории Российской империи и через его участие в этих событиях или отношение к ним показать консервативный характер взглядов графа.

Во-вторых, изучить деятельность С. Д. Шереметева в эпоху Великих реформ и сквозь призму восприятия им происходивших в это время в Российской империи кардинальных перемен продемонстрировать эволюцию его консервативных представлений.

В-третьих, проанализировать пришедшийся на эпоху контрреформ период максимальной политической влиятельности С. Д. Шереметева, рассмотрев выработанную им в годы правления Александра III практику выстраивания неформальных политических коммуникаций.

В-четвертых, на примере обострившихся внутри политической элиты империи при Николае II противостояний, в которые был вовлечен С. Д. Шереметев, оценить степень кризиса идеологии пореформенного политического консерватизма в конце XIX — начале XX века.

Методологической основой работы стали основные обязательные принципы создания исторического исследования — историзма, научной объективности и системности. На эти методологические основы опирались конкретные методы данного исследования — историко-сравнительный и проблемно-хронологический. Оба метода обеспечили широкие познавательные возможности для всестороннего изучения деятельности С. Д. Шереметева как представителя пореформенного консерватизма в политической жизни Российской империи второй половины XIX — начала XX века.

Хронологические рамки работы определяются в соответствии с предметом и объектом исследования деятельностью С. Д. Шереметева. 5.

Поставленные исследовательские задачи были рассмотрены на временном отрезке с 1844 г. по 1918 г. То есть хронологические рамки диссертации обусловлены датами жизни С. Д. Шереметева. Так как граф стремился к максимально плотному встраиванию в происходившие в стране политические процессы и обретению в них собственной влиятельной роли, его деятельность уместно рассмотреть по периодам правления трех императоров — Александра II, Александра III и Николая II. При этом исследование, будучи биографическим, охватывает и другие непродолжительные промежутки времени — детские годы графа, выпавшие на эпоху Николая I, и последние месяцы его жизни после революций 1917 г. Так как в диссертации рассматривается конкретная биография, названные этапы должны быть охарактеризованы сообразно с их политическим содержанием и влиянием этого содержания на деятельность С. Д. Шереметева.

Эпоха Александра II стала определяющей как для окончательного оформления и оттачивания политических взглядов С. Д Шереметева, так и для его статусного роста. Указанные перемены в жизни отдельно взятого представителя аристократической династии совпали с вызреванием острого противостояния внутри политической элиты империи по вопросу о направлениях и скорости продолжения Великих реформ. Формирование подобной повестки дня, в свою очередь, способствовало стремительному возвышению С. Д. Шереметева как одной из ключевых фигур пореформенного политического консерватизма.

Наступление при Александре III эпохи контрреформ и возникший в связи с этим запрос верховной власти на лиц, придерживавшихся последовательных консервативных убеждений и способных отстаивать эти убеждения при отправлении должностных обязанностей, привели к превращению близкого к наследнику цесаревичу Александру.

Александровичу С. Д. Шереметева в фактическое доверительное лицо новых императора и императрицы. Вместе с тем обретенное графом положение б способствовало выработке им своеобразного поведенческого стиля, сводившегося к выстраиванию неформальных коммуникаций внутри политической элиты.

Совпавшее по времени с восшествием на престол Николая II вызревание нового обострения кризиса самодержавия стало приводить к тому, что верховная власть оказалась вынужденной все чаще прибегать к лавированию, обращаясь в том числе и к элементам модернизационной политической культуры. Это в свою очередь привело к тому, что власть перестала опираться исключительно на последовательных консерваторов типа С. Д. Шереметева. В результате влиятельность графа начала резко падать. Еще стремительнее он стал утрачивать прежние политические позиции после реформ 1905;1906 гг.

Структура исследования подчинена решению поставленных задач. Помимо введения, включающего постановку проблемы, обзора источников и историографии, работа состоит из четырех глав. В первой главе рассматриваются жизненный путь, творческая биография и разносторонняя деятельность С. Д. Шереметева. Вторая глава посвящена царствованию Александра II в восприятии С. Д. Шереметева. В третьей главе внимание сфокусировано на эпохе Александра III в изображении графа. В последнейчетвертой — главе разбирается трактовка С. Д. Шереметевым политического развития страны в конце XIX — начале XX века, анализируется участие графа в политической и придворной жизни, прослеживается трансформация его роли при императорском дворе и изучается его восприятие революционных событий 1917 года.

Источннковая база исследования. Диссертация написана на обширной источниковой базе, включающей в себя законодательные акты, делопроизводственную документацию, материалы личного происхождения, сочинения С. Д. Шереметева и периодическую печать.

К законодательным актам относятся нормативные издания, связанные с фамилией Шереметевых: императорские указы об учреждении 7.

Странноприимного дома, Московского дворянского женского института, так называемых заповедных имений Кусково и Остафьево.

Значителен объем использованной в диссертации делопроизводственной документации. Среди источников этой группы журналы заседаний Особого совещания по делам дворянского сословия1 и Особого совещания о нуждах сельскохозяйственной промышленности", в которых засвидетельствована позиция С. Д. Шереметева по обсуждавшимся в этих структурах вопросам. К этой же группе источников относятся материалы, характеризующие разностороннюю общественную деятельность графа. Например, извещения об избрании С. Д. Шереметева попечителем, почетным и действительным членом разных обществ и учреждений. Или свидетельства о его избрании почетным мировым судьей4. Для уточнения вопросов, связанных с участием С. Д. Шереметева в работе Государственного совета, важны полученные им из канцелярии этого института уведомления. В них содержится информация о датах предстоящих заседаний общего собрания и их повестке5. В отдельный комплекс документов указанной группы источников входят материалы, появившиеся в результате деятельности С. Д. Шереметева на должности московского губернского предводителя дворянства. Это подборка документов, касающихся руководства губернской дворянской корпорацией, черновики докладов6, записки по дворянскому вопросу7, записка об учреждении в Москве института благородных девиц .

Самая объемная группа использованных в диссертации источниковэто материалы личного происхождения — воспоминания, дневники и переписка как самого С. Д. Шереметева, так и его современников.

1 РГАДА. Ф. 1287. Оп. 1. Д. 3865.

2 Там же. Д. 4000.

3 Там же. Д. 3730.

4 Там же. Д. 3764.

5 Там же. Д. 3807а.

6 Там же. Д. 3763.

7 Там же. Д. 3772.

8 Там же. Д. 3982.

Граф оставил большое мемуарное наследие. Освободившись от административных обязанностей (в 1890 году кончился его срок предводительства дворянства в Московской губернии) и переехав из шумной столицы в спокойное Михайловское, Шереметев стал посвящать больше времени историческим занятиям и написанию мемуаров. Отсутствие стесненности в средствах позволило ему опубликовать за свой счет часть собственных трудов. Правда, не все фрагменты воспоминаний Шереметева были изданы при его жизни. Часть из них были попросту не завершена, а часть по личным соображениям Шереметева, связанным с цензурой, так и остались в его личном архиве. Поэтому преимущественная часть воспоминаний была издана только в последние годы. Первый опыт создания С. Д. Шереметевым мемуарных сочинений относится к концу эпохи Александра III — в 1894 г. вышли его «Воспоминания о службах в нашей домовой церкви» (СПб., 1894), содержавшие сведения о детских годах жизни графа. Их своеобразным продолжением стали изданные спустя два года «Воспоминания детства» (СПб., 1896), в которых автобиографическое жизнеописание доводилось С. Д. Шереметевым до его первых шагов на военной службе и женитьбы. Дальнейшие события (а также некоторые фрагменты из уже описанного графом в первых двух изданиях) его жизни изложены в трех других книгах. Это «Воспоминания 1853−1861 гг.» (СПб., 1898), «Воспоминания 1863−1868 гг.» (СПб., 1899) и «Воспоминания 18 701 873 гг.» (СПб., 1899). В названных мемуарных публикациях факты частной жизни графа перемежаются изложением его восприятия событий государственного масштаба, таких как Крымская война, отмена крепостного права. Значительное внимание в них уделено и насыщенной политической жизни империи 1860-х — начала 1870-х гг. Воспоминания о русско-турецкой войне оформлены в виде писем без адресата. Поэтому они называются «Из писем 1877 года с Рущукского отряда» (СПб., 1899).

К не опубликованным при жизни С. Д. Шереметева воспоминаниям относится сочинение «Петербургское общество 60-х гг. (1863−1868)"9. Над этой рукописью Шереметев работал почти двадцать лет, но она так и осталась незавершенной. Замысел работы возник в конце 1880-х годов, во время его службы в Москве. Но реализован он был лишь после событий Первой русской революции, как бы подводившей итог пореформенного периода. В мемуарах содержатся характеристики государственных и общественных деятелей, членов Императорской фамилии и придворных, императора Александра II и императрицы Марии Александровны. Эти наблюдения чрезвычайно субъективны и отражают мировоззренческие установки С. Д. Шереметева.

Вероятно, к 1892 г., когда граф занимался «петербургскими» воспоминаниями, относится замысел аналогичных мемуаров о периоде его пребывания в должности московского губернского предводителя дворянства — «Московское общество конца 80-х годов». В этих мемуарах вновь возникают образы, в большинстве своем знакомые по воспоминаниям о Петербурге. О некоторых из них говорится подробнее. «Чтобы яснее понять, в какой обстановке пришлось мне действовать и в каком очутился я обществе, — писал граф, — необходимо уяснить себе это общество Москвы конца 80-х годов. Это были обломки старого дворянского общества Москвы, уже опутанные и со всех сторон обойденные новыми, недавно народившимися, но уже крепко засевшими в Москве с элементами пореформенного времени"10. Начав таким образом «московские» мемуары, Шереметев не довел их до конца, отказавшись от первоначального намерения описать московское общество 1880-х гг. Граф также собирался написать брошюру «Современная Москва», но и этот замысел не был доведен им до конца. В итоге Шереметев объединяет материалы двух незаконченных работ.

9 Мемуары графа С. Д. Шереметева. Т. 1. М., 2004. С. 37−300.

10 Там же. С. 9. в единую рукопись — «Недавняя и современная Москва"11. В ней С. Д. Шереметев вывел образы чиновников-бюрократов, честолюбивых политиканов, декадентсвующих интеллигентов и их покровителеймеценатов. Несомненной ценностью мемуаров графа являются яркие характеристики многих выдающихся деятелей — его современников. Богатейший фактический материал данного источника привлекался при написании биографической части диссертации.

Важным мемуарным источником являются воспоминания графа об императоре Александре III12. С. Д. Шереметев не принимая политики Николая II: «Царствие Александра III отошло далеко. Все сделано, чтобы его.

13 свести на нет" , — писал он. Граф с ностальгией вспоминал то времястабильности, спокойствия, крепкого и незыблемого самодержавия. Но не только реалии нового царствования заставили С. Д. Шереметева написать воспоминания о покойном императоре. В 1904 г., к 10-летней годовщине со дня кончины царя-миротворца и вступления на престол Николая II, С. С. Татищевым была подготовлена рукопись «Жизнеописание Александра III». Первый том рукописи охватывал первые 20 лет жизни вел. кн. Александра Александровича14. На присланный экземпляр монографии С. Д. Шереметев подготовил рецензию, повлиявшую на дальнейший ход работы над текстом. В разговоре с Николаем II граф «стал говорить о неудобстве печатать, об ошибках, о неправильности освещения и Марии Александровне, о том, что Татищеву нужна осторожность"15. Неудовлетворенный работой С. С. Татищева, С. Д. Шереметев приступил к работе над собственными воспоминаниями16. Граф продолжал работу над ними даже после Февральской революции. Автор предупреждал читателя и одновременно следующим образом обозначал цель своих воспоминаний: «Не мне касаться.

11 Там же. С. 300−400.

12 Император Александр III // Там же. С. 414−621.

13 Там же. С. 82.

14 Великий князь Александр Александрович. М., 2002. С. 19.

15 РГАДА. Ф. 1287. Он. 1. Д. 5049. Л. 132.

16 Император Александр III. здесь исторических сторон царствования, нам прежде всего нужен человек. Каким он был с непоказательной стороны и каким он остался до самого конца". Характеризуя свои воспоминания, С. Д. Шереметев признавался, что они «отрывочны, неполны, беспорядочны и мелочны», однако вместе с тем «они правдивы». Граф подчеркивал: «Чего не знаю, о том я молчу и стараюсь передать только то, чему я был лично свидетелем. Беспорядочность изложения вне хронологического порядка объясняется тем, что записки писались по мере того, как приходило на память то или другое.

1 7 воспоминание, связанное с именем Александра III". С поставленной перед собой задачей Шереметев справился превосходно, получился прекрасный портрет Александра III — причем прежде всего как частного человека. В воспоминаниях даны также содержательные характеристики императрицы Марии Федоровны и императора Александра II.

В диссертации также использованы многочисленные записки С.Д.

Шереметева о родственниках. Свою цель как мемуариста С. Д. Шереметев определил весьма недвусмысленно. «Иные критически относятся вообще к запискам и недоумевают о цели их, — писал он. — А я скажу этим досужим критикам: неужели им не доставляет удовольствия сохранить черты лиц близких или таких, с которыми в жизни приходилось сходиться на том или другом поприще, или же просто в дружной семье в молодости, столь от нас далекой, о которой воспоминание не может заглохнуть в нашем сердце? Неужели им не приятно сохранить фотографические снимки с этих дорогих или просто приятных лиц, переносящих вас в хорошее прошлое, от которого вы никак не можете отвернуться, которое вам дорого и близко?"19.

Наиболее ценный и в то же время самый трудоемкий для использования источник личного происхождения, привлеченный к.

17 Там же. С. 617.

18 Шереметев С. Д. Граф Дмитрий Николаевич Шереметев. СПб., 1889- Он же. Графиня Анна Сергеевна Шереметева. СПб., 1889- Он же. Старший брат мой (Воспоминания). СПб., 1893.

19 РГАДА. Ф. 1287. Оп. 1. Д. 5234. Л. 58−59. написанию диссертации, — это дневник С. Д. Шереметева. Он хранится в фамильном фонде Шереметевых (№ 1287) в Российском государственном архиве древних актов20. Граф начал вести дневник в последние месяцы царствования Александра III. Он делал ежедневные записи вплоть до конца 1917 г. Дневник охватывает всё царствование Николая II, но в архиве хранятся двадцать два тома из-за отсутствия одного тома за 1901 год. Этот том находится в Российском государственном историческом архиве. На каждый год приходилось по одному тому, записи обязательно начинались с 1 января. Довольно внушительно выглядят сами фолианты — большого формата в кожаном переплете с металлической застежкой. Записи в дневник вносились на русском языке, исключениями являлись личная переписка с членами Императорской фамилии (великая княгиня Елизавета Федоровна, императрицей Мария Федоровна), вклеенная в дневник, и пересказы встреч с Марией Федоровной. Эта информация записывалась на французском языке. Ежедневно С. Д. Шереметев, вовлеченный в водоворот придворной и политической жизни, вносил в дневник впечатления от прожитого дня. На страницах дневника упоминаются близкие родственники С. Д. Шереметева, политические и общественные деятели, министры (С.Ю. Витте, П.Д. Святополк-Мирский, П. А. Столыпин, А. Г. Булыгин, Д. С. Сипягин, К. П. Победоносцев и т. д.), великие князья (Сергей Александрович, Владимир Александрович, Михаил Александрович). Много внимания в дневнике уделено последнему российском императору. Благодаря дневнику воссоздается хроника жизни Шереметева: его встречи, темы разговоров, чаще на злободневные политические темы. Особенно подробно в деталях Шереметев излагал встречи с императором (например, как был одет император, где проходил прием), с которым у него были сложные отношения, со стенографической точностью передавая разговор. Дневник С. Д. Шереметева представляет большую ценность, содержит важные сведения для характеристики внутренней политики самодержавия в годы.

20 РГАДА. Ф. 1287. Оп. 1. Д. 5041, 5047, 5048, 5049, 5050, 5051, 5052. царствования Николая II. Дневник до сих пор слабо представлен в исследовательской литературе из-за плохого почерка графа. Некоторые фрагменты из дневниковых записей С. Д. Шереметева были опубликованы Л.И. Шохиным21. В работе использованы несколько томов дневника Шереметева, которые охватывают начало царствования Николая II (конец 1894 — 1896 годы), затем тома, годы которых приходились на русско-японскую войну и Первую российскую революцию (соответственно с 1904 -по 1907 годы). Выборочно просматривались тома за 1902, 1903 и 1912 годы. Шереметев считал, что Николай II отверг путь своего отца. И из-за этого, считал С. Д. Шереметев, страна покатилась в пропасть. После Манифеста 17 октября 1905 года, по мнению Шереметева, наступила смута, которая привела к февралю 1917 года.

В дневник вклеены многие важные источники. Например, все телеграммы от Николая II, вдовствующей императрицы Марии Федоровны. Встречаются черновики писем графа к Николаю И, вел. кн. Владимиру Александровичу, вел. кн. Михаилу Александровичу. Нередко на страницах дневника вклеены фотографии с видами имения Михайловское, визитки, трогательные поздравления внуков, театральные программы. Дневник С. Д. Шереметева является безусловно субъективным источником. Субъективность его усиливается тем, что С. Д. Шереметев был очень эмоциональным человеком и сам говорил о себе, что более жил чувствами, а не разумом. Дневник не предназначался для печати, что повышает его достоверность и информационную ценность.

Генетически близким к дневнику источником являются записные книжки графа — опубликованный в Петербурге в 1901 г. первый выпуск и.

21 Из дневника С. Д. Шереметева 1917 г.// Российский архив. Вып. 6. М., 1995. С. 487−492- С.Д. Шереметев-историк в своих дневниковых записях // Археографический ежегодник за 1994 год. М., 1995. С. 191−222- Дневниковые записи С. Д. Шереметева о С. Ю. Витте // Отечественная история. 1998. № 2. С. 149−163- Из дневника С. Д. Шереметева 1897−1917 гг. // Шереметевы в судьбе России: Воспоминания. Дневники. Письма. М., 2001. С. 216— 220- Дневниковые записи С. Д. Шереметева о П. А. Столыпине // Археографический ежегодник за 2001 год. М., 2002. С. 360−371- С. Д. Шереметев о С. Ю. Витте (по страницам дневника) // Археографический ежегодник за 2005 год. М., 2005. С. 400−409. остающийся неопубликованным второй выпуск". В первом выпуске содержались собранные Шереметевым исторические анекдоты и воспоминания о своих многочисленных родственниках и старых дворянских семьях, обосновавшихся в Москве в дореформенную эпоху. «Отрадно вспомнить это прошлое, — писал он, — сочувственный круг лиц, ныне давно отошедших. Откровенные разговоры, разнообразные интересы, множество живых и далеко не бесцветных лиц, представителей старой Москвы»". По своему характеру воспоминания из этой записной книжки повторяют «московские» мемуары графа. Во втором выпуске собраны небольшие статьи, мало связанные между собой: очерк о нравственном кризисе русского общества в конце XIX века, очерк о дворянском и еврейском вопросах, воспоминания об Александре III и вел. кн. Георгии Александровиче. Там же предпринята попытка анализа причин и сущности назревшего политического кризиса со свойственными С. Д. Шереметеву эмоциональностью и яркостью: «Господство фальши и лжи, спрос на эти свойства — явление настолько же определившиеся и настолько смутительпое, что становишься в тупик от ожидаемых неминуемых последствий, современной бессистемности и временного отсутствия всякой последовательности и ясности того, чего хотим"24. Этот источник можно считать своеобразным подготовительным материалом для последующего написания мемуаров.

С.Д. Шереметев вел обширную переписку. Среди его корреспондентов были члены Императорской фамилии, государственные деятели, ученые, художники, литераторы, сотрудники научных организаций, служащие и многочисленные родственники. Часть этих эпистолярных источников опубликована25.

22 РГАДА. Ф. 1287. On. 1. Д. 5234.

23 Шереметев С. Д. Записная книжка. Вып. 1. СПб., 1901. С. 57.

24 РГАДА. Ф. 1287. On. 1. Д. 5234. Л. 188.

25 Письма К. Н. Бестужева-Рюмина о Смутном времени (1892−1896). СПб., 1898- Архивисты об архивах и историках (Из писем И. С. Беляева графу С. Д. Шереметеву 18 921 917 гг.) // Архив русской истории. Вып. 5. М., 1994. С. 152−175- Письма Б. Д. Грекова С.Д. Шереметеву // Отечественные архивы. 1994. № 3. С. 81−83- Неизвестное письмо В.О.

В диссертации использованы мемуары и дневники современников С. Д. Шереметева, в которых содержатся не слишком пространные и очень субъективные оценки самого графа и его разносторонней деятельности. Так, С. Ю. Витте, искавший дружбы с С. Д. Шереметевым, дал ему крайне пристрастную характеристику26. Более сдержанные мнения о графе оставили A.A. Половцов" и В.П. Мещерский". Ю. А. Бахрушин, Н. П. Кондаков и C.B. Смоленский31 высоко ценили общественную, благотворительную и просветительскую деятельность С. Д. Шереметева. Из воспоминаний родственников графа несомненный интерес представляют мемуары О. Г. Шереметевой по которым можно судить о последних годах жизни С. Д. Шереметева. Атмосфера Фонтанного дома, дома на Воздвиженке переданы в.

33 34 воспоминаниях К. Д. Бендер, JT.JT. Васильчиковой, Т.А. Аксаковой-Сиверс35.

При написании работы использованы исторические и краеведческие сочинения С. Д. Шереметева, в которых содержатся описания родовых.

Ключевского С. Д. Шереметеву // В. О. Ключевский: Сборник материалов. Вып. 1. Пенза, 1995. С. 342−343- Письма С. Ю. Витте к С. Д. Шереметеву // Источник. 1995. № 2. С. 16−20- «Пошлая сказка об убийстве Годуновым царевича Димитрия»: Письма ILM. Павлова С. Д. Шереметеву, 1898−1901 гг. // Источник. 1996. № 1. С. 4−15- «Мать мою, родимую Россию, уродуют»: Письма К. П. Победоносцева С.Д. Шереметеву // Источник. 1996. № 1. С. 4−32- Письма Н. П. Лихачева С.Д. Шереметеву // Вспомогательные исторические дисциплины. Вып. XXVI. СПб., 1998. С. 48−54- Академик С. Ф. Платонов: переписка с историками. Т. 1. Письма С. Ф. Платонова. 1883−1930. М., 2003; «Раннее итальянское искусство близко с нашим благодаря общему византийскому источнику»: Письма архитектора II.В. Султанова С. Д. Шереметеву // Исторический архив. 2003. № 4. С. 202−221- Русская духовная музыка в документах и материалах. T. VI. C.B. Смоленский и его корреспонденты: Переписка с С. Д. Шереметевым и К. П. Победоносцевым. Кн. 1. М., 2008.

26 Витте С. Ю. Воспоминания. Т. 1−3. М., 1960. Т. 2. С. 203, 532, 536- Т. 3. С. 93, 314, 490.

27 Дневник государственного секретаря A.A. Половцова. Т. 1−2. М., 2005. Т. 1. С. 161, 287, 319. л Мещерский В. П. Воспоминания. М., 2001. С. 587.

29 Бахрушин Ю. А. Из мрака времен. М., 1994. С. 247−248.

30 Кондаков ПП. Воспоминания и думы. М., 2002. С. 176−178, 180−190.

31 Смоленский C.B. Воспоминания // Русская духовная музыка в документах и материалах. С. 379, 475−476.

32 Шереметева О. Г. Дневник и воспоминания. М., 2005. С. 30−32, 54−60.

33 Бендер КД Из прошлого // Новик. Вып. 1. Ныо-Йорк, 1939. С. 13−19.

3'1 Васильчикова JI.JI. Исчезнувшая Россия. СПб., 1995. С. 261−263.

35 Аксакова-Сиверс Т. А. Семейная хроника. Кн. I-II. М., 2005. С. 63−91. имений, очерки о поездках по историческим и почитаемым в религиозном смысле местам36.

Автором привлечены многочисленные материалы периодической печати. Наибольшее количество информации об общественно-политической и хозяйственной деятельности С. Д. Шереметева содержится в газетах «Новое время», «Русское слово», «Русь», «Копейка» и издававшемся в эмиграции П. Б. Струве журнале «Освобождение».

Обзор литературы. Жизнь и деятельность С. Д. Шереметевапредставителя старинного аристократического рода, мецената, археографа, исследователя, издателя, мемуариста и, наконец, влиятельного приближенного трех императоров — до сих пор не подвергались в историографии специальному комплексному изучению. В советское время подобное невнимание к личности графа объяснялось его политическими взглядами. При этом не уделялось внимание не только сочинениям С. Д. Шереметева, но и его воспоминаниям, дневникам, переписке. Между тем, как отмечает С. О. Шмидт, в этих материалах «немало критических наблюдений, касающихся последнего императора и окружавших его великих князей». И эти наблюдения, по мнению историка, являются «весьма любопытными для интересующихся историей падения династии Романовых"37. Действительно, мемуарное, литературное и историческое наследие С. Д. Шереметева долгое время пребывало в состоянии безвестности. Его небольшие и малотиражные работы, изданные при жизни, стали библиографической редкостью. Тем не менее и в советское время деятельность графа фрагментарно отражалась в работах отечественных исследователей. Например, в 1927 г. была издана.

36 Шереметев С. Д. Остафьево. СПб., 1889- Он же. Старая Воздвиженка. СПб., 1892- Он же. Останкино. СПб., 1897- Он же. Михайловское. М., 1906; Он же. Ближняя дума царя Федора Ивановича. М., 1910; Он же. Заметка по поводу семибоярщины. СПб., 1906; Он же. По поводу родословия Нагих // Известия Русского генеалогического общества. Вып. 1. СПб., 1900; Он э/се. Царевна Феодосия Федоровна // Старина и новизна. Кн. 5. СПб., 1902; Он же. В дороге. Вып. I—VI. М., 1902;1907; Он же. От Углича к морю Студеному. СПб., 1904; Он же. Романов двор на Воздвиженке. СПб., 1911.

37 Шмидт С. О. Записка С.Ф. Платонова об учено-литературной деятельности С.Д. Шереметева//Археографический ежегодник за 1994 год. М., 1995. С. 179. небольшая брошюра В. К. Станюковича — хранителя музея быта, расположенного в 1920;х гг. в Фонтанном доме — бывшем дворце Шереметевых. Автор рассматривал финансовые дела семейства с конца XVIII до начала XX века. На основании годовых отчетов Главной конторы, управлявшей огромных хозяйством Шереметевых, автор проанализировал динамику поступления и расходования средств, вследствие чего пришел к выводу, что в частности последний владелец Фонтанного дома был нерачительным хозяином, чьи расходы превышали годовые поступлении, а многомиллионные долговые займы свидетельствовали об эфемерности богатства С.Д. Шереметева38.

Некоторое внимание фигуре графа уделил научный сотрудник музея в Останкине К. Н. Щепетов в книге, посвященной кризису помещичьего землевладения. Исследователь систематизировал материал о крестьянских выступлениях — их причинах, участниках, последствиях, в целом о положении крестьян в пореформенный период. Отдельная глава его работы посвящена «крестьянской интеллигенции» — талантливым крепостным,.

39 принадлежавшим Шереметевым. В то же время приводимые в книге сведения о самом С. Д. Шереметеве выглядят чрезвычайно разрозненными и представляют собой, скорее, общие политизированные оценки.

В фундаментальном исследовании А. Н. Анфимова, представляющем собой систематизированный комплексный анализ помещичьего хозяйства в России на рубеже Х1Х-ХХ вв., пристальное внимание уделено экономической состоятельности имений С. Д. Шереметева их приспособленности к новым формам хозяйствования40.

Политическая деятельность графа затрагивалась в обобщающих работах Ю.Б. Соловьева41, А.П. Корелина42, М.С. Симоновой43. Касаясь.

38 Станюкович В. К. Бюджет Шереметевых (1798−1910). М., 1927. С. 16−18.

39 Щепетов К. Н. Крепостное право в вотчинах Шереметевых. М., 1947. С. 43−57.

10 Анфимов А. Н. Крупное помещичье хозяйство Европейской России (конец XIX — начало XX века). М&bdquo- 1969. С. 300−302.

41 Соловьев Ю. Б. Самодержавие и дворянство в конце XIX века. JL, 1973. С. 275, 277. различных аспектов кризиса самодержавия и рассматривая политику правительства в дворянском и крестьянской вопросах, указанные авторы анализировали деятельность соответствующих Особых совещаний. И именно в этом контексте разбирали деятельность С. Д. Шереметева как их постоянного участника.

С середины 1980;х гг. наблюдается усиление исследовательского внимания к фигуре С. Д. Шереметева. Это было связано не столько с начавшимся изучением обширного творческого наследия графа, сколько с развернувшейся музеефикацией принадлежавших ему усадеб. В первую очередь речь зашла о судьбе Остафьева — знаменитого имения князей Вяземских, которое называли Русским Парнасом и история которого была неразрывно связана с именами Н. М. Карамзина, A.C. Пушкина, В. А. Жуковского. Музей Остафьева, созданный трудами С. Д. Шереметева и его жены и с величайшим трудом сохраненный в 1920;х гг. их сыном П. С. Шереметевым, был закрыт в 1930 г. С началом перестройки идея восстановления музея нашла широкую поддержку среди работников культурно-просветительских учреждений и научной общественности. Тогда же появились работы, в которых характеризовалась деятельность С. Д. Шереметева по спасению Остафьевского архива и созданию общедоступного литературного музея44.

С начала 1990;х гг. в литературно-художественных и общественно-политических журналах начали появляться публикации А. И. Алексеевой о семье Шереметевых43. В серии очерков вышли портреты представителей этого рода и в частности С. Д. Шереметева, охарактеризованного автором как.

12 Карелии А. П. Дворянство в пореформенной России 1861−1904: состав, численность, корпоративная организация. М., 1979. С. 261,274.

43 Симонова М. С. Кризис аграрной политики царизма накануне Первой российской революции. М., 1987. С. 15−16, 127−128, 179.

4 Спытко Н. В. Остафьево // Наше наследие. 1988. № 6. С. 138−146- Квятковская Н. К. Остафьево. М., 1990. С. 215- Свалова ОМ. Последний владелец Остафьева // Остафьсвский сборник. Вып. 1. М., 1993. С. 7−13.

41 Алексеева А. И. «Ыа достоинствах нравственных, а не насилии.» // Человек. 1991. № 6. С. 136−150- Она лее. Московские родословные: из рода Шереметевых // Москва. 1992. № 1. С. 134−158. незаурядного человека. Безусловной заслугой А. И. Алексеевой можно назвать первое в историографии доскональное использование как опубликованных свидетельств потомков графа, так и основательное привлечение источников личного происхождения из фондов Шереметевых в РГАДА и РГАЛИ.

Из первых послесоветских работ о С. Д. Шереметеве особого внимания заслуживает статья Е. И. Македонской об издательской деятельности графа46. Написанная в форме библиографического обзора, она впервые дает представление о реальных масштабах опубликованного С. Д. Шереметевым на протяжении его жизни — как его собственных сочинений, так и археографических исследований. На сегодняшний день названная статья Е. И. Македонской остается единственной публикацией справочного характера с точными ссылками на издания С. Д. Шереметева.

В серии статей A.B. Краско разбирается роль С. Д. Шереметева в деле организации дореволюционной исторической науки47. Благодаря усилиям историка в Санкт-Петербурге была разработана целая программа по изучению рода Шереметевых. В рамках этой исследовательской программы вышло и обобщающее исследование A.B. Краско о владельцах Фонтанного дома, в том числе и о С.Д. Шереметеве48. Несмотря на научно-популярный характер издания, работа основана на богатом фактическом материале.

Важной вехой в изучении деятельности С. Д. Шереметева как историка, издателя и археографа стала подборка материалов о графе, посвященная 150.

46 Македонская Е. И. Сергей Дмитриевич Шереметев как издатель // Книга. Исследования и материалы. Вып. 62. М., 1991. С. 165−171.

47 Краско A.B. С. Д. Шереметев — русский историк и генеалог // Генеалогические исследования. М., 1993. С. 35−41- Она эюе. Жизненный путь и творческое наследие графа С. Д. Шереметева (к 150-летию со дня рождения) // Известия русского генеалогического общества. Вып. 2. СПб., 1995. С. 13−19.

48 Она же. Три века городской усадьбы графов Шереметевых. Люди и события. М., 2009. С.187−264. летшо со дня его рождения, на страницах «Археографического ежегодника за 1994 год"49.

Для настоящей диссертации особое значение имеют работы Л. И. Шохина, в которых было положено начало фундаментальному изучению дневников С. Д. Шереметева, отложившихся в его личном фонде в РГАДА. Автор предпринял попытку выявить среди разнообразных записей сведения о судьбе некоторых историков, научных обществ и учреждений, к деятельности которых граф имел отношение. В сфере научных интересов Л. И. Шохина оказались и взаимоотношения С. Д. Шереметева с императором Николаем II по вопросу о дальнейшем развитии исторической науки. В еще одной публикации Л. И. Шохина, помещенной в «Археографическом ежегоднике за 2001 год», анализируются представления графа о преобразованиях, предпринятых правительством П. А. Столыпина, деятельность которого С. Д. Шереметев подвергал резкой критике. Даже гибель премьер-министра не смягчила пристрастного к нему отношения со стороны графа50.

В работах М. Д. Ковалевой освещается деятельность С. Д. Шереметева как попечителя Странноприимного дома, московского губернского предводителя дворянства, а так же историка собственного рода, краеведа и знатока старой Москвы51.

По-прежнему привлекает внимание исследователей история многочисленных усадеб Шереметевых. Сравнительный анализ городской и.

1,9 К 150-леппо со дня рождения председателя Императорской Археографической комиссии графа С. Д. Шереметева // Археографический ежегодник за 1994 год. М., 1995. С.178−228.

50 Шохин Л. И. С.Д. Шереметев-историк в своих дневниковых записях [вступительная статья] // Там же. С. 185−222- Он о/се. Дневниковые записи С. Д. Шереметева о П. А. Столыпине [вступительная статья] // Археографический ежегодник за 2001 год. М., 2002. С. 359−371.

51 Ковалева МД Граф С. Д. Шереметев как историк рода // Культурное наследие российской эмиграции. 1917;1940. Кн. 1. М., 1994. С. 455−458- Она же. Очерки и заметки С. Д. Шереметева о русских городах и усадьбах // Остафьево: страницы истории усадьбы и ее владельцев. М., 1999. С. 63−69- Она же. Старая Москва графа Сергея Шереметева. М., 2003. загородной усадебной жизни на примере Воздвиженского дома и Михайловского проведен О. И. Шевелевой, причем автором рассмотрен именно тот период, когда владельцем усадеб был С.Д. Шереметев52. Не остался без внимания исследователей и уклад жизни знаменитого Фонтанного дома53.

Особое значение для изучения просветительской и научной деятельности С. Д. Шереметева имеет кандидатская диссертация A.A. Мещениной54. Автор, основываясь на обширном архивном материале, делает вывод о значительном вкладе графа в дело организации русской исторической науки в конце XIX века. Впервые исследователем была затронута проблематика, связанная с созданием и функционированием научных исторических общественных организаций, таких как Общество ревнителей русского исторического просвещения и Общество любителей древней письменности. Роль С. Д. Шереметева в создании Общества ревнителей русского исторического просвещения, а также оценка графом причин неудачной практической деятельности этой организации рассматривается в статье Д.А. Андреева55.

Таким образом, за два последних десятилетия в отечественной историографии была проведена значительная работа по изучению биографии и творческого наследия С. Д. Шереметева. Однако, несмотря на имеющиеся на сегодняшний день публикации, до сих пор нет обобщающей работы, в которой бы рассматривались взгляды графа и его общественно-политическая деятельность. Исследователями намечены лишь общие направления дальнейшего изучения темы. Поэтому настоящая диссертация, учитывающая.

32 Шевелева О. И. Жизнь городской л загородной усадьбы во второй половине XIXначале XX вв. (на примере Воздвиженского дома и усадьбы Михайловское Шереметевых) // Русская усадьба. Вып. 5. М., 1999. С. 203−210.

53 Матвеев Е. М., Краско A.B. Фонтанный дом. М., 1996.

34 Мещешша A.A. С. Д. Шереметев: деятельность в области организации русской исторической науки конца XIX — начала XX вв. Автореферат дисс. канд. ист. наук. СПб., 2004.

33 Андреев Д А. Борьба ревнителей: просветительские альтернативы в начале царствования Николая II // Весгник Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Серия: история. 2012. № 1 (44). С. 58−74. итоги реконструкции биографии С. Д. Шереметева и предполагающая встраивание основных направлений его деятельности в общий контекст истории пореформенного политического консерватизма, является следующим шагом в историографии данной проблемы.

Заключение

.

413 Шереметева О. Г. Дневник и воспоминания. М., 2005. С. 79.

По словам известного театроведа Ю. А. Бахрушина, сына основателя Театрального музея в Москве A.A. Бахрушина, Сергей Дмитриевич Шереметев «был одним из последних носителей русской барской культуры. Несметно богатый, независимый, высокообразованный, он казался прямым наследником благороднейших навыков лучших екатерининских вельмож"414. Воспитанный на твердых убеждениях преданности Богу, царю и Отечеству, С. Д. Шереметев до конца жизни следовал эти заветам. Он был глубоко религиозным человеком, получившим в детстве строго церковное воспитание. Потомку древнейшего боярского рода с младенчества закладывалась преданность монарху, к тому же его связывало духовное родство с императорской фамилией, его духовными восприемниками были императрица Александра Федоровна и цесаревич Александр Николаевич. Служба в привилегированном Кавалергардском полку, а затем назначение личным адъютантом цесаревича Александра Александровича укрепила его положение при дворе.

Впоследствии С. Д. Шереметев занимал видные, однако отнюдь не ключевые должности. Он последовательно был начальником Придворной певческой капеллы, московским губернским предводителем дворянства, егермейстером императорского двора, членом Государственного совета, обер-егермейстером. Следует отметить, что некоторые из перечисленных постов предоставляли Шереметеву право непосредственно обращаться к императору и просить аудиенции. По утверждению В. И. Гурко, дослужившегося до товарища министра внутренних дел, а впоследствии ставшего членом Государственного совета, граф был человеком «очень.

414 Цит. rio:. Македонская E.H. С. Д. Шереметев как издатель // Книга. Исследования и материалы. Вып. 62. М., 1991. С. 165. близким ко двору"415. С. Д. Шереметева связывали теплые дружеские отношения с императором Александром III.

После воцарения Николая II положение Шереметева при дворе несколько изменилось. Близкий к графу известный историк-византинист Н. П. Кондаков так объяснил в своих воспоминаниях эту перемену: «Император Николай II по вступлении на престол тотчас же попросил Шереметева продолжать близкие отношения к нему самому и к его семье, но, видимо, опасался или даже прямо не хотел предложить ему какой бы то ни было руководящий пост. Понимая, однако, по-своему роль приближенных к нему людей, он искал последовательно сам связь с Шереметевым, приглашал его к себе бывать без вызова, спрашивал его мнения о ходе дел, а может быть, и о роли государственных лиц. Но всему этому царскому вниманию помехой была императрица Александра Федоровна, как известно, невзлюбившая сначала, а потом не терпевшая своей свекрови, которая между тем оставалась всегда в дружеских отношениях с графом. По своему обычаю, для всех других особ очень неприятному, но для него самого наиболее подходящему, Николай II желал сохранить и жену, и мать при себе, а равно приятелей покойного отца и друзей жены"416.

Внешне Николай II хотел подчеркнуть преемственность близких отношений между их семьями, духовное родство и всячески поддерживал статус Шереметева как соратника и ближайшего друга отца. Не исключено, что в начале царствования граф намеревался занять место негласного советника при молодом императоре, но вскоре Николай II дал ясно понять, что ему неприятно вмешательство Шереметева в политические дела. Шереметев сохранял доверительные отношения с вдовствующей императрицей Марией Федоровной, с которой вел постоянную переписку. Графа причисляли к «старому двору» Аничкова дворца — резиденции.

4Ь Гурко В. И. Черты и силуэты прошлого: Правительство и общественность в царствование Николая II в изображении современника. М., 2000. С. 350.

416 Кондаков Н. П. Воспоминания и думы. М., 2003. С. 177−178. вдовствующей императрицы. В 1899 г. Мария Федоровна крестила внука Шереметева — Сергея.

В великосветских кругах граф был известной и значимой персоной. Он считался лицом, хорошо осведомленным обо всем, что происходило в высших эшелонах власти. И действительно, ни одно кадровое решение не оставалось не замеченным им. Хотя высокий неформальный статус графа и не нашел продолжения в его назначениях на какие-либо исключительно значимые посты, он тем не менее пребывал в обойме потенциальных кандидатов на таковые места. Например, в 1915 г. после смерти великого князя Константина Константиновича Шереметеву предложили возглавить Академию наук. Но граф ответил категорическим отказом, из-за чего ему пришлось объясняться с Николаем II.

Пережив царствования последних трех императоров, С. Д. Шереметев в своих мемуарах и дневниках оставил субъективные и глубоко личные оценки их правлений. С. Д. Шереметев полностью был солидарен с политической программой Александра III. В рукописи речи «Великое значение царствования императора Александра III», которую Шереметев прочел на заседании Общества ревнителей русского исторического просвещения в память императора Александра III в 1897 г., предельно четко выражена его позиция. «Подобно Ивану III и Петру I Александр III открывает своим царствованием новый исторический период в жизни русского народапериод расцвета народного самосознания, осуществления русского идеала», — писал граф. По его словам, именно благодаря царственной миссии покойного государя «русский народ вступает отныне на поприще всемирной истории, в семью других народов как равноправный его сочлен». Такая перемена, как отмечал Шереметев, стала возможна в том числе и потому, что с Европой Александр III «заговорил твердым языком владыки многомиллионного, никому не угрожающего, но никого не страшащегося, ничего не требующего, но ничего не уступающего народа». Великие реформы, проведенные благодаря императору Александру II, С. Д. Шереметев считал поспешными, непродуманными и «бесшабашными».

Царствование последнего императора С. Д. Шереметев рассматривал как отступление от пути Александра III в связи с уступками конституционным требованиям. Истоки революции 1917 года, по его мнению, происходили из Манифеста 17 октября 1905 года, после которого в России началась «смута». Ограничение самодержавия, невнимание к дворянскому сословию, разрушение крестьянской общины — вот те главные причины, как считал С. Д. Шереметев, которые привели к крушению монархии Романовых в 1917 году. С. Д. Шереметев был сторонником самодержавной формы правления и сохранения первенствующего положения дворянского сословия. Идеи буржуазных реформ всячески отрицались им.

Главным делом своей жизни С. Д. Шереметев считал восстановление дворянских усадеб и старых господских домов как культурных центров. Его можно назвать идеологом культурно-исторической миссии русского дворянства, которую он не только проповедовал, но и осуществлял на деле. «Нужно поддержать и вызвать сочувствие к сохранению памятников нашего прошлого и изучению их. Разрушители наши ни перед чем не останавливаются, а равнодушие и невежество им помогают. Разрушение памятников нашей старины и нашей славы, нашего древнего искусства, письменности, зодчества, иконографии, музыки и пения, всего родного и самобытного должно быть остановлено «во единонадесятый час», нами ныне переживаемый. Пробуждение сознания противоположного разрушениюесть признак зрелости и здравого развития, являющегося могучею союзною силой. Нашим лозунгом должно быть известное изречение 1863 года, когда воспрянуло с такой силой народное самосознание. Изречение это незабвенно, как пожелание, чтобы «в новизнах твоего царствования, нам старина наша.

17 Цит. по: Краско A.B. Три века городской усадьбы графов Шереметевых. М., 2009. С. 199.

А 1 Я слышалась" «, — писал С. Д. Шереметев. Он привел в образцовый порядок усадьбу Михайловское, создал в ней превосходно организованное хозяйство и превратил ее в научно-культурный центр. Владения С. Д. Шереметева расширились благодаря купле знаменитой усадьбы Вяземских Остафьево, где был открыт общедоступный музей.

Затем Сергей Дмитриевич постоянно и профессионально работал как историк и одновременно собиратель разного рода материалов, связанных с историей России. Его перу принадлежат, по примерным подсчетам, около полутора сотен отдельно изданных книг и брошюр и публикаций в периодике, во многих изданиях он участвовал как их инициатор и меценат. В сфере его научных исторических интересов была эпоха Смутного времени, его нестандартные исследования легли в основу оригинальной гипотезы о спасении царевича Дмитрии в Угличе в 1591 г.

С.Д. Шереметев внес весомый вклад в становление российских исторических обществ и пробуждение общественного интереса к историческим знаниям. В этом отношении показателен пример двух общественных объединений, возглавляемых графом, — Общества любителей древней письменности и Общества ревнителей русского исторического просвещения, которые оставили заметный след в истории становления отечественной археографии и историографии. Для государственного исторического учреждения, каким являлась Археографическая комиссия, период руководства С. Д. Шереметевым был успешным и результативнымувеличилось финансирование, к работе были привлечены лучшие историки, и, как следствие, расширилась ее научная и издательская деятельность. С. Д. Шереметеву принадлежит заслуга в возрождении традиций древнерусского икопописания в начале XX века, под его председательствовал в течение 17 лет, с 1901 по 1918 годы, действовал Комитет попечительства о русской иконописи.

ШРГАДА. Ф. 1287. Оп. 1.Д. 3771. Л. 1.

Просветительская деятельность С. Д. Шереметева проявилась и в деле укрепления институтского женского образования в России. По его проекту и благодаря его настойчивым стараниям был открыт Институт московского дворянства для девиц благородного звания имени императора Александра III, в память императрицы Екатерины II.

Шереметев вплоть до самой кончины оставался последовательным консерватором, в любых переменах усматривавшим угрозу для освященной вековым опытом традиции. Крайне правым считали С. Д. Шереметева многие его современники. Один из последних российских министров иностранных дел А. П. Извольский назвал С. Д. Шереметева «одним из виднейших представителей реакционной партии"419. С. Д. Шереметев являлся членом Правой группы по назначению в Государственном совете. Сам С. Д. Шереметев любил относить себя к «старой русской партии». Термин был бы непонятен, если бы граф не ссылался при этом на стихи своего родственника, поэта Бориса Алмазова. У него есть длинное стихотворение с названием «Старая русская партия», датированное августом 1864 г. Оттуда можно привести такие строки:

Да, на Руси и был и есть.

Стяг старой партии народной:

В нем наша сила, наша честь;

Вокруг него толпой свободной,.

В дни распрей, плена и войны.

В отпоре измене дерзновенной.

Отчизны лучшие сыны.

Всегда стекалися, полны.

Ai9 Извольский А. П. Воспоминания. М., 2003. С. 202.

Любви к согражданам священной.

Биография С. Д. Шереметева, вся его общественная и политическая деятельность являются наглядным примером поступательной эволюции системы взглядов, которую можно идентифицировать как пореформенный консерватизм. Такой консерватизм явился естественной реакцией значительной части дворянства на Великие реформы и в первую очередь на отмену крепостного права и сводился к стремлению, воспринимая произошедшие перемены как необратимую данность, максимально амортизировать их последствия как для традиционных устоев существования этой привилегированной сословной корпорации, так и для ее ценностных, мировоззренческих и политических идеалов. Подобного рода консерватизм предполагал наличие у его сторонников активной жизненной позиции, их деятельное участие во всевозможных общественных и государственных начинаниях, ставших возможными в результате либерализации политической жизни империи в эпоху Великих реформ.

Именно при Александре II взгляды С. Д. Шереметева из прежде латентных и не подвергавшихся публичной артикуляции превратились в целостную систему убеждений — систему, определяемую автором как пореформенный консерватизм. На протяжении 1860−1870-х гг. у графа выработались и специфические приемы трансляции своих взглядов, способы определения сторонников и противников, принципы следования активной в политическом отношении жизненной позиции. Замкнутость сообщества либеральных бюрократов, закрытость выработки правительственных решений относительно направления и скорости проводимых Великих реформ, очевидная ставка верховной власти на чиновничью вертикаль как на главный инструмент реализации внутриполитического курса явно диссонировали с восприятием общественностью преобразований как либеральных. Подобное противоречие сути и общественного восприятия преобразований технологии их осуществления способствовало консолидации сил консервативных оппонентов Великих реформ, но вместе с тем не привело к структурированию (во всяком случае, на первых порах) — хотя бы на уровне неформальных сообществ — их лагеря. Влиятельность лагеря пореформенного консерватизма основывалась на деятельности одиночек наподобие С. Д. Шереметева.

В годы непродолжительного царствования Александра III у С. Д. Шереметева — и как у одного из идейных лидеров пореформенного консерватизма, и как у чрезвычайно близкого к новому императору лицапоявилась возможность более фундаментального осмысления собственной позиции. В частности того, почему эпоха Великих реформ и ее деятели воспринимались им и его единомышленниками негативно. Однако ни граф, ни те из представителей дворянской аристократии, которые придерживались сходных мировоззренческих установок, при обосновании собственных политических симпатий и антипатий не шли дальше обычных морально-этических обоснований. Вместе с тем подобное восприятие действительности и противостояния с идейными оппонентами не мешало представителям пореформенного консерватизма, как это видно на примере С. Д. Шереметева, выстраивать эффективные ситуационные коалиции и добиваться нужных им результатов в борьбе группировок внутри политической элиты России.

При Николае II, с началом вхождения самодержавной России в полосу нового политического кризиса, отмеченная выше доктринальная уязвимость пореформенного консерватизма сделала его неконкурентоспособным в противостоянии с либеральными и революционно-демократическими течениями. Такая неконкурентоспособность особенно проявилась после реформ 1905;1906 гг. В результате этих преобразований модернизационная политическая культура была институализирована в новом государственном устройстве империи и обрела элементы публичности. У старых представителей пореформенного консерватизма не было опыта действовать в таких условиях, и они, как это видно на примере С. Д. Шереметева, оказались на обочине политического процесса.

Показать весь текст

Список литературы

  1. Делопроизводственная документация
  2. РГАДА Ф. 1287 (Шереметевы) Оп. 1. Д. 3720. Извещения об избрании С. Д. Шереметева попечителем, почетным и действительным членом разных обществ и учреждений.
  3. Там же. Д. 3748. Копия указа из Правительствующего Сената о разделе имений Шереметевых и выписка из полного собрания законов о порядке наследования движимого и недвижимого имущества.
  4. Там же. Д. 3763. Материалы, касающиеся деятельности С. Д. Шереметева как предводителя дворянства Московской губернии.
  5. Там же. Д. 3807-а. Извещения, полученные С. Д. Шереметевым из канцелярии Государственного совета о днях заседаний общего собрания. 1902−1917.
  6. Там же. Д. 3865. Журналы заседаний Особого совещания по делам дворянского сословия. 1897−1900.
  7. Там же. Д. 3878. Материалы к заседаниям Особого совещания по делам дворянского сословия, касавшихся вопросов воспитания и образования детей потомственных дворян.
  8. Там же. Д. 4000. Журналы Особого совещания о нуждах сельскохозяйственной промышленности.
  9. Источники личного происхождения
  10. РГАДА Ф. 1287 (Шереметевы) Оп. 1. Д. 3726. Руководство при воспитании гр. С. Д. Шереметева, исправленное и подписанное Дмитрием Николаевичем.
  11. Там же. Д. 3745. Копии переписи С. Д. Шереметева и А. Г. Шереметевой о возникновении между ними неудовлетворения в связи с разделом имений.
  12. Там же. Д. 3920. Прощальное письмо Шереметева, написанное в связи с уходом из Придворной певческой капеллы.
  13. Там же. Д. 5234. Записная книжка № 2 Отрывки. Воспоминания 1894−1904 гг.
  14. С.Д. Шереметев о коронации Александра III в Москве // Археографический ежегодник за 1997. М. 1997.
  15. Дневниковые записи С. Д. Шереметева о П. А. Столыпине // Археографический ежегодник за 2001 год. М., 2002.
  16. Дневниковые записи С. Д. Шереметева о С. Ю. Витте // Отечественная история. 1998. № 2.
  17. Из дневника С. Д. Шереметева 1917 г.// Российский архив. Вып. 6. М., 1995.
  18. Картина была потрясающая!" (Из дневника С. Д. Шереметева о коронации Николая II) // Отечественные архивы. 1996. № 1.
  19. С.Д. Шереметев о С. Ю. Витте (по страницам дневника) // Археографический ежегодник за 2005 год. М., 2005.
  20. Записки, сочинения и мемуары С.Д. Шереметева
  21. РГАДА Ф. 1287 (Шереметевы) Оп. 1. Д. 3772. «Заметка о дворянстве» 1885 г.
  22. Там же. Д. 3978. Записка С. Д. Шереметева по вопросу женского воспитания в среде женского сословия.
  23. Там же. Д. 3982. Записка С. Д. Шереметева об учреждении института благородных девиц.
  24. Там же. Д. 3989. Доклад С. Д. Шереметева в Комиссию о помощи женскому воспитанию среди дворянского сословия по вопросу о положении женского воспитания среди дворянского сословия.
  25. Там же. Д. 3992. Проекты устава и устав Московского дворянского института для благородных девиц.
  26. Записки графа С. Д. Шереметева по дворянскому вопросу // Вестник архивиста. 2002. № 3 (69).
  27. С.Д. Ближняя дума царя Федора Ивановича. М., 1910.
  28. Он лее. Бобрики и Оленьково. (Воспоминания). СПб., 1889.
  29. Он же. Борисовка (Воспоминание о поездках летом 1873 г.) СПб., 1892.
  30. Он же. Бородино. СПб., 1891.
  31. Он же. В дороге. Вып. 1−6. М., 1902−1907.
  32. Он же. Введенское. М., 1900.
  33. Он же. Воздвиженский наугольный дом сто лет назад. Вып. 1−2. М., 18 991 904.
  34. Он же. Воспоминания детства. СПб., 1896.
  35. Он же. Воспоминания о службах в нашей домовой церкви. СПб., 1894.
  36. Он же. Воспоминания о поездке цесаревича Александра Александровича в Варшаву и Вену 1875 года // Старина и новизна. Кн. 4. СПб., 1901.
  37. Он же. Воспоминания 1853−1861 гг. семейные. СПб., 1898.
  38. Он же. Воспоминания 1863−1868 гг. семейные. СПб., 1899.
  39. Он же. Воспоминания 1870−1873 гг. семейные. СПб., 1899.
  40. Он же. Гавронцы. М., 1902.
  41. Он же. Граф Дмитрий Николаевич Шереметев. (Мой отец. Посвящаю моим детям). СПб., 1889.
  42. Он же. Графиня Анна Сергеевна Шереметева. (Моя мать. Посвящаю моим детям). СПб., 1889.
  43. Он же. Домашняя старина. Вып. I. М., 1900.
  44. Он же. Записная книжка. Вып. 1. М., 1903.
  45. Он же. Заметка по поводу семибоярщины. СПб., 1906.
  46. Он же. Заметка о второй жене князя Ивана Федоровича Мстиславского. М., 1908.
  47. Он же. Зарайск. СПб., 1891.
  48. Он же. Кавказ. Вып. 1−2. М., 1899−1900.1. Он же. Киев. СПб., 1893.
  49. Он же. Константинополь. М., 1900.1. Он же. Кусково. М., 1898.
  50. Он же. Мемуары графа С. Д. Шереметева. Т. 1−3. М., 2004−2005. Он же. Михайловское. М., 1906. Он же. На Днепре. СПб., 1893.
  51. Он же. Основание Общества любителей древней письменности 1877. СПб., 1891.
  52. Он же. Останкино. (Очерк и воспоминание). СПб., 1897. Он же. Остафьево. (Воспоминания). СПб., 1889.
  53. Он же. От Углича к морю студеному // Старина и новизна. Кн. 7. СПб., 1904.
  54. Он же. Полковые воспоминания. СПб., 1898.
  55. Он же. Покровское. СПб., 1891.
  56. Он Dice. Поминки. Вып. 1−2. М., 1914.
  57. Он же. Псково-Печерский монастырь. СПб., 1895.
  58. Он же. Проселки. Вып. 1−2. М., 1897−1901.
  59. Он же. Саввин Сторожевский монастырь. СПб., 1891.
  60. Он же. Старая Воздвиженка. СПб., 1892.
  61. Он же. Старший брат мой (Воспоминание). СПб., 1893.
  62. Он же. Схимонахиня Нектария. Княгиня Наталья Борисовна Долгорукова, дочь фельдмаршала Шереметева. М., 1909.
  63. Он же. Суздаль. СПб., 1891.
  64. Он же. Романов двор на Воздвиженке. СПб., 1911. Он же. Ульянка (Воспоминание). СПб., 1893. Он же. Фельдмаршал Шереметев. М., 1899.
  65. П. А. Дневник П.А. Валуева, министра внутренних дел (1861−1864). Т. 1−2. М., 1961.
  66. JI.JI. Исчезнувшая Россия. СПб., 1995. Витте С. Ю. Воспоминания. Т. 1−3. М., 1960. Голицын С. М. Записки уцелевшего. М., 1990.
  67. В.И. Черты и силуэты прошлого: Правительство и общественность в царствование Николая II в изображении современника. М., 2000.
  68. Дневники императора Николая II (1894−1918). Т. 1: 1894−1904. М., 2011.
  69. Н.П. Воспоминания и думы. М., 2003.
  70. И.И. Великий распад: Воспоминания. СПб., 2009.
  71. В.П. Воспоминания. М., 2001.
  72. A.A. Дневник государственного секретаря A.A. Половцова. Т. 1−2. М., 1966.
  73. C.B. Воспоминания // Русская духовная музыка в документах и материалах. T. IV. М., 2002.
  74. О.Г. Дневник и воспоминания. М., 2005.
  75. Шереметевы в судьбе России: Воспоминания. Дневники. Письма. М., 2001.1. Письма
  76. С.Ф. Платонов: переписка с историками. Т. 1. Письма С. Ф. Платонова. 1883−1930. Сост. В. Г. Бухерт. М., 2003.
  77. Архивисты об архивах и историках (Из писем И. С. Беляева графу С. Д. Шереметеву 1892−1917 гг.). Публ. Л. И. Шохина // Архив русской истории. М&bdquo- 1994. Вып. 5.
  78. Загадки истории: «Пошлая сказка об убийстве Годуновым царевича Дмитрия»: (Письма Н. М. Павлова С.Д. Шереметеву, 1898−1901 гг.). Публ. Л. И. Шохина // Источник. 1996. № 1.
  79. Мать мою, родимую Россию, уродуют": Письма К. П. Победоносцева С.Д. Шереметеву // Источник. 1996. № 1.
  80. Неизвестное письмо В. О. Ключевского С.Д. Шереметеву. Публ. Л.И. Шохина
  81. Ключевский: Сборник материалов. Вып. 1. Пенза, 1995.
  82. Н.В. Султанова и С.Д. Шереметева. Публ. Ю. Р. Савельева // Мир
  83. Кондакова: Публикации. Статьи. Каталог выставки. М., 2004.
  84. Б. Д. Грекова С.Д. Шереметеву. Публ. В. Г. Бухерта // Отечественныеархивы. 1994. № 3.
  85. К.Н. Бестужева-Рюмина о Смутном времени (1892−1896). СПб., 1898. Письма Н. П. Лихачева С.Д. Шереметеву // Вспомогательные исторические дисциплины. XXVI. СПб., 1998.
  86. С.Ю. Витте к С.Д. Шереметеву // Источник. 1995. № 2. «Раннее итальянское искусство близко с нашим благодаря общему византийскому источнику»: Письма архитектора Н. В. Султанова С.Д. Шереметеву // Исторический архив. 2003. № 4.
  87. Русская духовная музыка в документах и материалах. T. VI. C.B. Смоленский и его корреспонденты: Переписка с С. Д. Шереметевым и К. П. Победоносцевым. Кн. 1. М., 2008.1.
Заполнить форму текущей работой