Диплом, курсовая, контрольная работа
Помощь в написании студенческих работ

Политические репрессии в Казахстане в 30-годы XX века

КурсоваяПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

В обращение, переданном музею от Президента говорится: «Вот уже полтора десятилетия в Казахстане отмечается день памяти жертв политических репрессий ХХ века, учрежденным моим Указом в 1997 году. Память о миллионах людей, разной этнической и религиозной принадлежности, попавших в жернова тоталитарной системы и невинно осуждённых, погибших в гулаговских застенках и безжалостно изгнанных с родной… Читать ещё >

Политические репрессии в Казахстане в 30-годы XX века (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Костанайский социально-технический университет имени академика З. Алдамжар Педагогический факультет Кафедра гуманитарных наук Курсовая работа по дисциплине Новейшая история казахстана ТЕМА: политические репрессии в казахстане в 30-годы xx века Выполнил:

Кучер Анастасия Сергеевна Костанай

Содержание Введение

1. Массовые политические репрессии в Казахстане в 30-ые годы ХХ века

1.1 Карлаг

1.2 А.Л.Ж.И. Р. Акмолинский лагерь жен изменников родины

2. Судьба казахской интеллигенции в период массовых политических репрессий в 30 годы

2.1 Алихан Нурмухамедович Букейханов

2.2 Жакып Акбаев

2.3 Алимхан Абеуович Ермеков

3. День памяти жертв политических репрессий в Республике Казахстан Заключение Список использованной литературы

Введение

Начало 30-х годов XX столетия характеризуются резким ужесточением карательной политики, обусловленным обострением внутренней политической обстановки, утверждением личной власти И. В. Сталина, формированием командно-бюрократического стиля руководства, непременным элементом которого признавалось и насаждалось насилие.

Много суровых испытаний жертв, и лишений выпало в 20 веке на долю нашей страны. Две Мировые и Гражданская Война, голод и разруха, политическая нестабильность унесли десятки миллионов жизней, заставляя вновь и вновь восстанавливать разрушенную страну.

Но и на этом фоне страшными страницами нашей истории стали политические репрессии.

Политическими репрессиями признаются различные меры принуждений, применяемые государствам по политическим негативом, в виде лишения жизни или свободы, выдворения из страны, и лишения гражданства, выселения групп населения из мест проживания, направления в ссылку, высылку и на спецпоселения, привлечения к принудительному труду в условиях ограничения свободы, помещения на принудительное лечение в психиатрические учреждения, а также другие ограничения прав и свобод лиц по классовым, социальным, национальным, религиозным или иным признакам, осуществляющиеся госорганами или должностными лицами государства Ныне известны невероятные по своим масштабам цифры расстрелянных, репрессированных, заключенных в тюрьмы, разбросанных по детским домам.

В орбиту массовых репрессий втягивались огромные массы населения, причем основным видом наказания являлось лишение свободы, преимущественно в исправительно-трудовых лагерях, правовой основой реформирования которых, создания принципиально новой по содержанию системы исполнения уголовных наказаний в условиях изоляции заключенных стало постановление СНК СССР 7 апреля 1930 г. об утверждении «Положения об исправительно-трудовых лагерях», открывшее трагическую страницу в истории.

Последняя треть 30-х годов ознаменовалась новой волной политических репрессий, принявших массовый характер. Укрепление культа личности Сталина и нетерпение всяческого инакомыслия, попытки все трудности развития страны объявить результатом деятельности «врагов народа» привели к физическому устранению почти всех сколько-нибудь влиятельных лидеров, т. е. всех руководящих партийных и советских работников. В 1937;1938 г. г. в «национал — фашизме «и шпионаже были обвинены Т. Рыскулов, Н. Нурмаков, С. Ходжанов, У. Кулумбетов, О. Исаев, У Джандосов, Ж. Садвакасов, С. Сафарбеков, Т. Жургенов и мн. др. Репрессированы были и виднейшие деятели культуры и науки — А. Букейханов, А. Байтурсынов, М. Дулатов, Дж. и Х. Досмухамедовы, М. Тынышпаев, М. Жумабаев, С. Сейфулин, И. Джансугуров, Б. Майлин, С. Асфендияров, Ж. Шанин, К. Кеменгеров, и мн. др. Их объявляли виновными в кризисе сельского хозяйства, восстаниях 20−30-х годов, связях с японской разведкой, политике отделения Казахстана и т. п. В Караганде и ряде районов прошли показательные открытые процессы над «врагами», однако большая часть их была осуждена внесудебными органами. Число арестованных в 1937 году по Казахстану достигло 105 тысяч человек, из них 22 тысячи были расстреляны.

Суровым наказаниям подвергались не только сами репрессированные, но и их семьи, дети. Таким образом, к трагедии крестьянства прибавилась трагедия интеллигенции, став тем самым трагедией и несчастьем всего казахского народа.

В настоящее время в республике реабилитировано около 40 тысяч жертв сталинского террора. Возвращены народу добрые имена А. Байтурсынова, М. Жумабаева, Ж. Аймауытова, А. Букейханова, М. Дулатова, М. Тынышпаева, С. Асфендиярова и многих других деятелей Казахстана.

В 30-е годы тоталитарный режим утвердился во всех сферах общественно-политической жизни. Его сущность в Казахстане проявилась в особо уродливой форме.

Территория Казахстана превратилась в огромный лагерь, в республике были созданы лагеря: Дальный, Степной, Песчаный, Камышлаг, Актюбинский, Жезказганлаг, Петропавловский, спец-лагерь Кингир, Усть — Каменогорский. Крупнейшим из них был Карлаг — Карагандинский лагерь особого режима. Он был создан 13 мая 1930 года постановлением СНК СССР. В 1937 -1938 годах здесь содержалось 43 тысяч заключенных. В системе Карлага были 292 производительные лагерные точки, 26 самостоятельных отделений. С 1931 года по 1960 год в Карлаге побывало около 1 млн. человек. Специально для жен «изменников родины» образовали Акмолинский лагерь «АЛЖИР». В 1929 году было образовано Главное управление трудовых лагерей и трудовых поселений — ГУЛАГ. В 1940 году системе ГУЛАГа имелось 53 лагеря, а в 1954 году — 64. В 1930 году в лагерях содержалось заключенных 179 тыс., в 1940 году уже 1 344 408, а в 1953 году 1 727 970 человек.

Народы Казахстана, как и страны в целом, серьезно пострадали от политических репрессий.

31 мая в казахстанском календаре отмечен День памяти жертв политических репрессий, начавшихся в 1937 году.

1. Массовые политические репрессии в Казахстане в 30-ые годы ХХ века

1.1 КАРЛАГ казахстан репрессия лагерь тюремный Культура Центрального Казахстана формировалась в 30-е годы в условиях обширной зоны концлагерей: Карлаг, Степлаг, Песчанлаг, АЛЖИР и др. — филиалов ГУЛАГА. Это был период ускоренной индустриализации края, когда здесь широко использовался труд тысяч заключенных, депортированных и раскулаченных. [1, стр.16]

В 30-е годы Карагандинский исправительно-трудовой лагерь начал формироваться из представителей бывших политических партий, кулаков и баев, с одной стороны, и из проштрафившихся рабочих и крестьян — с другой.

Карлаг сложился как маленькое государство, ставшее одним из крупных филиалов ГУЛАГ (Государственное Управление Лагерями) и являлся почти самостоятельным ведомством на огромной территории Казахстана. Основным направлением исправительно-трудовых лагерей стало массовое применение бесплатного труда заключенных и осуществление сталинской программы строительства социализма.

Карагандинский исправительно-трудовой лагерь был организован 19 декабря 1931 года, центр лагеря расположен в селе Долинка, в 45 км от г. Караганды. «Карлагу» было отведено 120 000 га пахотно-пригодных земель, 41 000 га сенокосных площадей. Протяженность территории Карлага с севера на юг — 300 км и с востока на запад — 200 км. Кроме того, вне этой территории имелись два отделения: Акмолинское, расположенное в 350 км от центра лагеря, и Балхашское отделение, расположенное в 650 км от центра лагеря.

Одной из главных целей организации Карлага было создание крупной продовольственной базы для бурно развивающейся угольно-металлургической промышленности Центрального Казахстана: Карагандинский угольный бассейн, Джезказганский и Балхашский медеплавильные комбинаты. Кроме того, для создания и развития этих отраслей промышленности необходима была рабочая сила.

Неверны представления о том, что Карлаг был организован на пустом месте, то есть в необжитой голодной степи Центрального Казахстана.

На всей отведенной лагерю огромной территории находилось 4000 казахских юрт с населением 80 тыс. человек, 1200 дворов немецкого, русского, украинского населения. После принудительного выселения местного населения, пустующие земли заняли многочисленные колонны заключенных.

Они растекались по всей территории лагеря: строили железную дорогу, бараки для заключенных, скотопомещения, казармы для военизированной охраны, жилье для начальствующего состава. Управление Карлага подчинялось только ГУЛАГу ОГПУ (НКВД) в Москве. Республиканские и областные партийные и советские органы влияния на деятельность лагеря практически не имели. По существу, это было государство в государстве. Оно располагало реальной властью, орудием, транспортными средствами, содержало почту и телеграф. [2, стр.83]

Структура Карлага была довольно громоздкой и имела многочисленные отделы. Высокая рентабельность (дешевая рабочая сила, минимальная стоимость фондов, низкие амортизационные затраты) способствовала расширению производства.

Вся Долинка была опоясана колючей проволокой. Вход на территорию осуществлялся по специальным пропускам. Внутри разделение шло еще на две зоны. По углам каждой — сторожевые вышки.

Заключенные размещались по всей территории Карлага. За весь период существования Карлага в нем побывали более 1 миллиона заключенных.

Режим лагерей ГУЛАГа был рассчитан на полное подавление и уничтожение человека. Нужно было сделать безвольного, раздавленного, беспомощного раба, который механически ел баланду, спал на нарах и работал.

О невыносимых трагических условиях жизни заключенных свидетельствуют воспоминания бывших заключенных, опубликованные на страницах периодических изданий, а также документы архивных фондов.

Для перековки сознания заключенных в Карлаге проводилась политико-воспитательная работа. Здесь участвовал целый комплекс воспитательных мер — от улучшенного питания до «высшей меры социальной защиты» — расстрела, социалистическое соревнование, была хорошо поставлена агитационная работа и др.

Огромный вклад внесли заключенные Карлага в военную экономику страны в годы Великой Отечественной войны. В Карлаге отбывали срок крупнейшие ученые, которые в дальнейшем заложили основы научно-исследовательской работы в учреждениях и учебных заведениях Караганды.

Парадоксом ХХ века называют тот факт, что именно Карлаг, где томились сотни деятелей науки и искусства советской страны и зарубежья, стал первоначальным очагом культуры Караганды. Ими было оставлено уникальное культурное наследие, созданное в экстремальных, трагических обстоятельствах жизни. [3, стр.56]

К началу 50-х годов Карлаг насчитывал более двухсот лагерных отделений и пунктов в основном сельскохозяйственного назначения. Постепенно Карлаг становится обычным лагерем для уголовных преступников. До его ликвидации в 1959 году там из «политических» никого не осталось и нарицательное имя «карлаговец» стало синонимом закоренелого преступника.

1.2 А.Л.Ж.И. Р. Акмолинский лагерь жен изменников родины Когда открылся Акмолинский лагерь жен изменников родины, в его названии не было кавычек. Именно так слово «изменники» теперь написано на вывеске у Аллеи Жертв Репрессий в поселке Акмол близ Астаны.

Вначале здесь была так называемая «26-я точка». На ее базе в январе 1938 года появился Акмолинский лагерь жен «изменников» родины. Он относился к Акмолинскому спецотделению Карлага НКВД (Карагандинского лагеря НКВД). Узницы лагеря назвали его коротко: АЛЖИР.

В этом лагере волей Сталина оказались около восьми тысяч женщин, вся вина которых состояла только в том, что они не предали своих мужей, первыми брошенных в жернова репрессий 1930;х годов. По всему Советскому Союзу были раскиданы сотни лагерей ГУЛАГа, АЛЖИР был одним из этих эпицентров ада на Земле.

Приказ НКВД СССР № 486 от 15 августа 1937 года положил начало массовым репрессиям против ЧСИР — членов семей изменников Родины. Этот документ дал право без доказательств вины арестовывать и направлять в лагеря в первую очередь жен преследуемых по политическим мотивам. В короткие сроки в течение нескольких месяцев были арестованы и осуждены на 5−8 лет ИТЛ практически все жены «изменников Родины». [4, стр.18]

Именно для них на основании данного приказа НКВД от 3 декабря 1937 года на базе так называемой «26- ой точки», поселка трудпоселений было образовано Акмолинское спецотделение Карлага НКВД. Первая партия женщин с детьми от одного до трех лет прибыла в Акмолинск 6 января 1938 года. Этот лагерь был особенным. «АЛЖИР» — «Акмолинский лагерь жен изменников Родины» — так, шутя, назвали его узницы.

Свыше 20 тысяч женщин прошли этапом, а около 8 тысяч женщин отбывали срок от звонка до звонка в «АЛЖИРе». В основном это были жены известных государственных, политических и общественных деятелей, имена которых широко известны на всем постсоветском пространстве: Азиза Рыскулова и ее мать Арифа Есенгулова, Дамеш Жургенева, Рабига Асфендиярова; певица Лидия Русланова, писательница Галина Серебрякова; женщины из семьи расстрелянного маршала Тухачевского, жены писателей Бориса Пильняка Кира Андронникошвили, Юрия Трифонова Евгения Лурье, матери Булата Окуджавы и Майи Плисецкой и т. д.

Лагерь состоял из нескольких саманных бараков, четырех вышек и колючей проволоки. В течение января и февраля заключенные начали поступать непрерывным этапом. Только из Бутырской тюрьмы прибыло 1600 женщин. Женщин привозили в АЛЖИР со всех концов страны: из Москвы, Ленинграда, Украины, Грузии, Армении, Средней Азии.

Мест для женщин заключенных не хватало. И вновь прибывшие сами строили себе бараки в пургу и метель, жару и дождь, устанавливали в них нары. Вместо матрацев бросали на деревянный настил солому. Для отопления бараков женщины косили камыш, который в течение двух зим являлся основным видом топлива. Дневальные сутками подкладывали камыш в печь, но он давал так мало тепла, что температура в бараках не превышала 6−8 градусов.

Попав в лагерь, человек лишался фамилии, национальности, чаще всего и гражданской профессии. Звание на всех одно — враг народа, изменник Родины. Различали и отличали людей по личным лагерным номерам на спецнашивках — на спине, рукавах, коленях — мишеням в случае побега. Но, несмотря на всю трагичность и абсурдность ситуации, узницами лагеря были молодые, красивые женщины, многие с детьми, даже с грудными. За колючей проволокой они должны были отречься от своих любимых и дорогих, покориться воле «вождя всех народов». Но они остались непокоренными и донесли до нас свет чистоты, святость любви и верности.

Первые полтора года существования лагеря были самыми трудными для заключенных. Теснота, тяжелый непривычный быт, неналаженное производство, все это вместе с определенным для «спецкотингента» режимом строгой изоляции делало их жизнь особенно мучительной. И весь этот период АЛЖИР рассматривался не просто как лагерь для ЧСИР, а как место содержания «особо опасных» из них. Лишь в мае 1939 г. закончилась операция против жен «изменников родины», был издан приказ ГУЛАГа, где были сконцентрированы ЧСИР, были переведены со «спецрежима» на общелагерный. Это означало несколько принципиальных изменений в жизни узниц АЛЖИРа. Главное из них — женщинам была разрешена ранее запрещенная переписка с волей. Многие смогли узнать о судьбе своих мужей, о том, что произошло с их детьми. [5, стр.94]

Вся жизнь узниц АЛЖИРа сливалась в беспросветный серый день. Утром перед бараком общая перекличка, потом в столовой половник жидкой каши. Жуткое ощущение постоянного голода. Пайка черного хлеба, черпак баланды, чайная чашка каши — размазни — вот неизменное питание узниц из месяца в месяц. Независимо от времени года. Организм изнывал, просил белков, жиров, витаминов. Разговоры о еде были строго запрещены.

Благодаря каторжному труду узниц, 26 точка Карлага за достаточно короткий срок, стала прибыльным многопрофильным хозяйством, а по производственным показателям среди всех отделении Карлага вышла на первое место. В глухой степи, вдали от населенных пунктов, женщины сумели создать производственный комплекс, который не только обеспечивал их одеждой и питанием, но и в годы войны обеспечивал фронт спецобмундированием. В лагере функционировала швейная фабрика, где позднее был организован цех строчевышивальных изделий. Художники Степанова, Покровская, Исаева, Ситрина создавали различные рисунки. Узницы, в условиях лагерной жизни, выполняли заказы для таких городов, как Москва, Ленинград, Харьков, Киев, Новосибирск.

Значительное место занимало и многоотраслевое сельское хозяйство, т.к., будучи одним из отделения Карлага, оно обязано было произвести огромный объем сельскохозяйственной продукции. В лагере велась работа по отбору семян, по селекции. Развернув огородничество, начались работы по мелиорации. Бригадиром полеводческих работ была назначена Г. Руденко — агроном по образованию. На всех полях были прорыты канавы, по которым шла вода. Была построена малая электростанция.

Наряду с полеводством и огородничеством отводились земли и под бахчевые культуры, где выращивались арбузы и дыни. Весь урожай уходил за пределы зоны, все это предназначалось не для заключенных и не отражалось на их рационе питания. Женщины занимались также садоводством: выращивали яблони, груши, сливы, вишни. В теплицах росли цветы, вдоль бараков, женщины посадили тополя.

Из воспоминаний К. Мальцевой «Для начала на 18 гектарах перепахали землю для посадки овощей, причем все делалось вручную с помощью лопат. Я была бригадиром по поливу, вставала в 4 утра, когда все еще спали, а возвращалась поздно вечером. Работали на огороде по 14−15 часов без выходных. Когда поспевали овощи, тайно носили в барак морковь, помидоры, раздавали их детям, больным женщинам».

Одновременно с обработкой земли шла работа по животноводству, строились фермы для коров, молодняка, инкубаторы для кур, ветеринарная лечебница. Главным зоотехником была назначена П. Усыченко, коневодством руководила Е. Савельева. Известные или неизвестные — они все заслуживают того, чтобы о них помнили.

В лагерях была высокая смертность. С 1940 по 1950 годы в Карлаге умерло 10 000 заключенных. Чрезвычайно высокая смертность падает на 1943 год, когда ежемесячно умирало по сотни человек. О масштабах гибели людей можно судить по числу кладбищ разбросанных на территории Карагандинской и Акмолинской областей, в местах массовых заключений и ссылок.

История помнит об Акмолинском лагере, расположенном в селе Малиновка, переименованного ныне в с. Акмол Акмолинской области. Это место и поныне является немым свидетелем человеческой трагедии XX века.

Сейчас на месте бывших островов ГУЛАГа стоят стелы и обелиски, посвященные жертвам и мученикам массового террора. От бывших лагерей практически ничего не осталось, за которыми навеки погребены изломанные судьбы, несбывшиеся надежды и мечтания наших сограждан, унесенные жестоким ветром сталинского террора в небытие.

2. Судьба казахской интеллигенции в период массовых политических репрессий в 30 годы

2.1 Алихан Нурмухамедович Букейханов Алихан Нурмухамедович Букейханов являлся лидером наиболее передовой части казахской интеллигенции начала ХХ века. Его знали как ученого-энциклопедиста, основоположника казахского краеведения, автора многочисленных исследований по истории, экономике, этнографии, литературе, хозяйству Казахстана, организатора самой популярной в Степном крае газеты «Казах» (1913;1918) и талантливого публициста.

Алихан Нурмухамедович Букейханов выходец из зажиточного казахского семейства, потомок чингизидов, родился 5 марта 1870 году в ауле № 7 Токраунской волости Каркаралинского уезда (ныне Актогайский район Карагандинской области).

В 1879 году отец Нурмухан отвез сына на учебу в Каркаралинское медресе. Затем юноша переходит в трехклассную городскую русско-казахскую школу. В 1886 году Алихан Нурмухамедович Букейханов с рекомендательным письмом Каркаралинского уездного начальника выехал в Омск, где был зачислен в местное техническое училище, где готовили кадры для строящейся Сибирской железной дороги. Четырехгодичную учебу двадцатилетний Алихан закончил на «отлично» и «хорошо».

В 1890 году, имея рекомендательное письмо Степного генерал-губернатора, султан Алихан Букейханов отправляется в Санкт-Петербург с желанием поступить в Императорский лесной институт. Успешно окончив Лесной институт, Алихан Букейханов получил специальность лесовода-экономиста, в 1894 году возвращается в город Омск.

В Омский период у Алихана всесторонне раскрывается талант как общественного, политического деятеля, так и педагога, ученого, публициста. Здесь он работает учителем местной лесной школы.

Активно участвует в общественной жизни, ведет исследовательскую работу по различным отраслям наук. Тогда же появляются первые публицистические статьи. [7, стр.87]

Он исследовал историю коренного населения Казахского края, его социальноэкономическую и культурную жизнь. Был активным участником не одной научноисследовательской экспедиции.

В Омске Алихан Букейханов, тщательно собрав образцы устного творчества, фольклорного наследия, пишет научные труды по истории, этнографии, литературе.

Исследуя проблемы землеустройства в казахской степи, особенно проблему переселения, разоблачает колонизаторскую политику Российской Империи, печатает на эту тему весомые научные статьи, некоторые из которых опубликованы на страницах журнала «Сибирские вопросы», выходившего в Санкт-Петербурге.

Занимаясь переводческой деятельностью, переводит на русский язык произведения русских классиков, «Краткую историю земли» Т. Тутковского, «Букварь астрономии» К. Фламариона, «Строение мира» Л. Гравена и др.

Вместе с известным сибирским ученым-этнографом А. Н. Сидельниковым Букейханов издает в Петербурге в 1903 году фундаментальный труд под названием «Киргизский край», в котором дается описание археологических памятников, история, экономика, культура, быт казахского народа.

Безусловно, значительны и другие научные труды Алихана Букейханова: «Киргизы», четырехтомник «Материалов по киргизскому землепользованию, собранных и разработанных экспедицией по исследованию степных областей», «Овцеводство в степном крае», «Женщина по киргизской былине „Кобланды“».

Конец XIX и начало XX века стали наиболее яркими периодами консолидации казахской нации. На основе пробуждения национального самосознания происходило объединение тюркских народов.

Летом 1905 года на Кояндинской ярмарке собрались А. Букейханов, А. Байтурсынов, М. Дулатов, Ж. Акбаев и другие казахские интеллигенты, написавшие от имени народа петицию царскому правительству, в которой были изложены чаяния казахского народа и выставлены требования к империи о равноправии, свободе совести, печати, судопроизводства и об обуздании колонизаторства. Составление петиции повлекло за собой гонение на ее авторов.

В ноябре 1905 года Букейханов от имени более чем четырехмиллионного казахского народа участвовал в работе очередного съезда земских городских деятелей России в Москве.

В 1906 году Букейханов избирался в первую Государственную Думу. За свои прогрессивные взгляды, за критику местных чиновных правителей, он неоднократно подвергался преследованиям и гонениям властей.

Между 1908;1915 годами, проживал в Самаре. Значительным достижением его политической борьбы можно считать появление в Степном крае в феврале 1913 года газеты на казахском языке «Казах» — первого в истории казахского народа общенационального периодического издания. Газета переходила из рук в руки, зачитывалась до дыр. Ее издатели стремились к сохранению казахского народа, как единой нации, мечтали о восстановлении национальной государственности.

После Февральской революции Алихан Букейханов был назначен Временным правительством чрезвычайным степным комиссаром по Тургайской области. В это же время встает вопрос об организации национальной политической партии «Алаш», лидерами которой становятся А. Букейханов и его соратники, впоследствии неоднократно подвергавшиеся нападкам и преследованиям. В декабре 1917 года в связи с провозглашением Казахской автономии ее первым председателем по праву был избран Алихан Букейханов.

В 1919 году А. Байтурсынов, А. Букейханов и другие обратились с заявлением в Советское правительство об амнистии всех членов Алаш-Ординской партии. В октябре 1920 года он принял участие в работе съезда Учредительного собрания, провозгласившего образование Казахской Автономной Советской Социалистической Республики. По окончании съезда А. Букейханова арестовывают и держат в Каркаралинской тюрьме.

Через некоторое время его освобождают и отзывают напостоянное место жительство в Москву, где он провел последние 15 лет жизни (19 221 937гг.). В этот период он отходит от активной общественной и политической деятельности, продолжает заниматься литературой и научно-исследовательской работой.

Летом 1937 года Букейханова арестовывают и заключают в Бутырскую тюрьму. Ему было предъявлено обвинение: «возглавлял контрреволюционную борьбу против советской власти, установил связи с руководителями террористического центра в Казахстане и Москве». 27 сентября 1937 года он был приговорен к высшей мере наказания. Приговор был приведен в исполнение в тот же день. Так перестало биться сердце незаурядного человека, выдающегося политического деятеля, «главного руководителя, оказавшего огромное влияние на киргизскую степь».

Более 70 лет имя А. Н. Букейханова было под запретом, а если упоминалось, то обязательно с клеймом националиста. Сегодня его признают как видного общественного и государственного деятеля, под чьим руководством казахский народ объединился в единую нацию под знаменем «Алаша» и восстановил в 1917 году свою национальную государственность. В настоящее время активно собирается богатейшее (по мнению академика М. Козыбаева, свыше 400 работ) наследие Букейханова. [9, стр.98]

В 1998 году в Актогае, на родине героя открыт памятник землякам — активным руководителям «Алаш-Орды»: Алихану Букейханову, Алимхану Ермекову, Жакыпу Акбаеву. В Караганде имя А. Букейханова носит СШ № 76.

2.2 Жакып Акбаев Жакып Акбаев родился в 7 ноября 1876 года в урочище Тонректас, в ауле № 3 Беркаринского района Каркаралинского уезда.

В 1886 году в возрасте десяти лет поступил в Каркаралинский казахский интернат. Затем продолжил образование в Омской и Томской гимназиях. В 1898 году молодой Жакып окончил Томскую гимназию и в тот же год поступил на юридический факультет Санкт-Петербургского университета. У него была неистребимая жажда к знаниям. Обучаясь на юридическом факультете СанктПетербургского университета, Акбаев, будучи третьекурсником, поступает параллельно в СанктПетербургский археологический институт. Уже студентом он не скрывал своих критических взглядов на колонизаторскую политику царских властей.

В годы учебы Акбаев тесно общался с представителями казахской интеллигенции: Б. Кулмановым, Р. Марсековым, Ж. Сейдалиным, М. Тынышбаевым и другими, оказавшими значительное влияние на формирование его взглядов, отношение к процессам, происходящим в обществе.

Окончив с золотой медалью в 1903 году университет, Жакып Акбаев получает назначение в Омское судебное ведомство, а затем становится секретарем этого ведомства, а в 1905 году назначается на должность мирового судьи.

В годы первой русской революции Акбаев активно выступал с обличающими царя речами на митингах, участвовал в демонстрациях, проходивших в Омске, Петропавловске, Семипалатинске, Павлодаре, Баян-Ауле и Каркаралинске.

В Омской газете «Степной край» Акбаев разоблачал самодержавие, полицейский произвол, взяточничество, продажность чиновников, призывал народ к активной борьбе против колонизаторской политики царя. Действия судьи не могли остаться без внимания тех, кому по роду деятельности приходилось присматривать за порядком, надзирать за свободомыслящими людьми.

В 1906 году Ж. Акбаев был арестован по обвинению в государственных преступлениях: оскорбление императора, агитация и пропаганда против существующего строя. В 1908 году Акбаев был выслан в Омск с последующей ссылкой в Якутию. В 1910 году за продолжение агитации против самодержавия его высылают вновь, но уже в Тобольск.

В феврале 1912 года возвращается в родной Каркаралинск. Осенью 1915 года Жакыпа Акбаева арестовывают и по этапу доставляют в Семипалатинскую тюрьму. Февральскую революцию в 1917 году он встречает в Якутии.

В июле 1917 года он участвует во Всеказахском съезде, проходившем в Оренбурге. В декабре того же года на втором Всеказахском съезде Акбаев стал членом правительства «Алаш-Орды». На съезде он предложил идею о создании регулярной армии из 26 500 воинов. После прекращения работы в правительстве Алаш-Орды Акбаев возглавляет Каркаралинский казахский комитет.

В 1919 году Колчаковский военно-полевой суд приговаривает Ж. Акбаева к расстрелу как врага военно-казачьей диктатуры адмирала Колчака и активного участника подготовки вооруженного восстания и восстановления советской власти. Акбаеву чудом удалось избежать гибели.

Впоследствии до конца двадцатых годов он принимал участие в организации судебных органов Семипалатинской области, возглавлял юридический отдел Семипалатинского губревкома, был членом Семипалатинского губсовета народных судей и окружной коллегии адвокатов. В 1921;1924 годах он являлся инспектором отдела народного образования Каркаралинского уезда и секретарем комиссии по сбору народного фольклора.

14 сентября 1930 года палачи ОГПУ по обвинению в «контрреволюционной деятельности» заключают Акбаева в тюрьму. Это было началом массового террора против бывших членов партии «Алаш», вся вина которых заключалась в том, что они желали счастья и свободы своему народу. Больной и слабый здоровьем Ж. Акбаев пережил в застенках пытки и издевательства большевистских следователей.

После полуторагодичного пребывания в тюремном аду, Ж. Акбаева в апреле 1932 года отправляют в ссылку в Воронежскую область сроком на 5 лет. В 1934 году по состоянию здоровья был досрочно освобожден и прибывает в Алматы для лечения. Но медицина не смогла ему помочь. Он скончался 4 июля 1934 года в возрасте 58 лет. [8, стр.78]

Сегодня в Караганде в память о выдающемся земляке названа Площадь Правосудия имени Жакыпа Акбаева. Именем Ж. Акбаева названа улица в селе Актогай. Там же, на родине героя в 1998 г. установлен памятник землякам — активным руководителям «Алаш-Орды»: Алихану Букейханову, Алимхану Ермекову, Жакыпу Акбаеву.

2.3 Алимхан Абеуович Ермеков Мы можем по праву могут гордиться именем своего выдающегося земляка — ученого и государственного деятеля, много внесшего в становление республики Казахстан, терпевшего на своем жизненном пути неисчислимые бедствия.

Родился Алимхан Абеуович Ермеков в 1891 году в местечке Бориктас Актогайского района. После успешного окончания трехклассного Каркаралинского городского училища в 1905 году он поступил в Семипалатинскую мужскую гимназию, которую окончил в 1912 году с золотой медалью.

Затем по конкурсу аттестатов был принят в Томский технологический институт, где произошла его встреча с Г. Н. Потаниным, которая оставила в душе молодого человека след на всю жизнь.

В дни Октябрьских событий 1917 года Алимхан Ермеков учился на пятом курсе. Смутное время заставило его прервать учебу.

5−13 декабря 1917 года в Оренбурге проходил Всеказахстанский съезд партии «Алаш». На съезде было избрано правительство «Алаш-Орды» во главе с Алиханом Букейхановым.

В состав правительства, наряду с другими представителями передовой национальной интеллигенции входил и Алихан Ермеков. Со свойственной ему целеустремленностью он делал все для того, чтобы его народ обрел свободу и независимость.

Движение «Алаш-Орда» долгие годы оценивалось как контрреволюционное, а его руководители подвергались гонениям и репрессиям как враги народа.

В 1920 году А. Ермеков в должности члена Центрисполкома Каз. ССР командируется в Москву, где на заседании под председательством В. И. Ленина делает доклад о положении Казахстана.

В процессе острой дискуссии о границах республик ему удалось добиться возвращения Казахстану ряда очень важных территорий, которые ранее принадлежали России.

Среди них Коростылевская степь, Семипалатинская, Акмолинская области и северное побережье Каспийского моря.

В наши дни эти территории имеют огромное значение: в Акмолинской области теперь находится столица Республики — Астана, а на Каспийском побережье сосредоточены основные запасы нефти и газа.

В том же 1920 году Алимхан Ермеков становится председателем Коллегии по управлению краем при ВЦИК. После окончания Томского технологического института получает диплом горного инженера и специальность геологоразведчика.

В 1921 году Алимхан Ермеков открывает в Каркаралинске двухступенчатую школу и педагогический техникум. Эти средние учебные заведения окончили будущие академик АН РК О. Жаутыков, член-корреспондент А. Сенбаев, генералмайор К. Бошаев и многие другие.

В 1925 году Ермеков приглашается в город Семипалатинск и утверждается заместителем председателя Госплана Казахстана в Оренбурге и одновременно руководит секцией промышленности.

С 1926 года, как один из немногих высококвалифицированных специалистов он привлекался к работе в вузах Ташкента (высший педагогический институт), затем в вузах Алматы.

Он работал в Казахском Педагогическом Университете, Алматинском зооветинституте и др. в должностях зав. кафедрой математики, имел ученое звание — доцент.

В 1935 году ВАК СССР присваивает ему звание профессора математики и теоретической механики. В Алматинском горно-металлургическом институте он являлся деканом общетехнического факультета.

В это время Ермеков занимался разработкой научной математической терминологии и созданием учебников и учебных пособий по математике на казахском языке.

Осенью 1937 года волна репрессий докатилась и до Алматы. Были арестованы друзья Ермекова — профессор Асфендияров, композитор Жубанов, нарком просвещения Жургенев. Высоко эрудированный специалист, знаток многих европейских языков, прекрасный преподаватель математики Ермеков уезжает в Москву и получает направление на должность зав. кафедрой математики Куйбышевского планового института. Там он работал до марта 1938 года.

По навету в том же году был арестован по статье 58 и осужден на десять лет, но наказание снизили до шести лет.

В связи с Великой Отечественной войной продержали в лагере девять лет до 1947 года.

В 1948 году снова арест на десять лет. Это была третья волна арестов. Арестовывали врачей, художников, писателей, учителей. Их освободили спустя два года после смерти Сталина в 1955 году. В справке № 3671 от 20 октября 1955 года сказано, что А. Ермеков освобожден и следует к месту жительства в г. Караганду. С 1955 года работает в Карагандинском Политехническом институте. В 1958 году вышел на пенсию. [9, стр.64]

Первый казахский профессор математики, внесший большой вклад в становление Казахстана, был полностью реабилитирован и восстановлен в своих правах.

В городе Караганда имя А. Ермекова носит улица, специализированный Дом Книги, СШ № 131 в Агадыре.

В 1998 году в Актогае, на родине А. Ермекова открыт памятник землякам — активным руководителям «Алаш-Орды»: Алихану Букейханову, Алимхану Ермекову, Жакыпу Акбаеву.

3. День памяти жертв политических репрессий в Республике Казахстан

Одним из первых законов, принятых в суверенном Казахстане, стал Закон РК от 14 апреля 1993 г. «О реабилитации жертв массовых политических репрессий». На сегодняшний день в республике реабилитировано порядка 350 тысяч незаконно репрессированных, включая депортированных в Казахстан, и работа по изучению архивных материалов в настоящее время ещё продолжается.

История беспощадна, её события порой заставляют склонить голову от стыда. Но правда о преступлениях прошлого — одна из гарантий, что подобное не повторится в настоящем и будущем. Правда нужна для того, чтобы живущие сегодня, ужаснувшись, сказали решительное «Нет!» любому насилию.

Есть трагедии, как результат природных и других сил, не зависящих от воли человека и государства, а есть трагедии рукотворные. Политические репрессии относятся к рукотворным трагедиям организованным и проводимым людьми, оказавшимися у власти которые преследует разные цели. Но закономерно и другое — массовые репрессии рано или поздно кончаются. После чего наступает другое время — время оценок. И человеческий, и гражданский долг живущих — осуществить его подобающим, достойным образом. Для Казахстана таким Рубиконом стало объявление независимости.

Объявив независимость в 1991 году, в апреле 1993 года был принят Закон «О реабилитации жертв политических репрессий», а Указом Президента РК в 1997 году день 31 мая был объявлен Днём памяти жертв политических репрессий.

Казахстан — единственное государство, которое на официальном уровне отмечает День памяти жертв политических репрессий.

31 мая 2011 года в поселке Долинка, бывшем здании управления Карлага в рамках мероприятий, посвящённых 20-летию Независимости, и международного проекта Ассамблеи народа Казахстана «Память во имя будущего: АЛЖИР — Карлаг» был открыт музей. «Истории не нужны ни прокуроры, ни адвокаты — ей нужны исследователи. Бережное отношение к истории — лучший гарант того, что сегодня и завтра не повторим новых трагических ошибок» — написал в книге «Без левых и правых» Нурсултан Назарбаев. Эти слова стали эпиграфом к важному событию. До этого музей располагался в здании медсанчасти. И создан он был по поручению Президента в 2001 году. В 14 залах разместилась история тоталитарного правления, растянувшегося на 25 лет.

В обращение, переданном музею от Президента говорится: «Вот уже полтора десятилетия в Казахстане отмечается день памяти жертв политических репрессий ХХ века, учрежденным моим Указом в 1997 году. Память о миллионах людей, разной этнической и религиозной принадлежности, попавших в жернова тоталитарной системы и невинно осуждённых, погибших в гулаговских застенках и безжалостно изгнанных с родной земли, для нас, граждан свободного и независимого Казахстана, всегда была и будет священна. Во имя торжества справедливости мы в Казахстане проводит масштабную работу. За годы независимости издано 14 „Книг скорби“, в которые занесены светлые имена почти 146 тысяч безвинно пострадавших наших соотечественников. В соответствии с законодательством более 340 тысяч незаконно репрессированных граждан реабилитированных, десятки памятных знаков возведены в местах захоронения жертв тоталитаризма. На территории бывших гулаговских лагерей действуют мемориальные комплексы… Все это помогает нам осознать жестокие уроки прошлого, обязывает сделать все, чтобы не допустить повторения подобных трагедий в современной и будущей истории человечества».

31 мая 2011 года Ассамблея народа Казахстана совместно с акиматом Карагандинской области в Карагандинском государственном университете имени Е. И. Букетова провела международную научно-практическую конференцию «Память во имя будущего». Участники совещания обратились к Президенту с предложением «выйти с инициативой в ООН и объявить 31 мая Всемирным днём памяти и истории» «Опыт Казахстана, его инициативы по сохранению истории должны стать всемирным достоянием», — подчеркивается в обращении. [10, стр.11]

Историческая память должна стать основой патриотического воспитания. И здесь есть очень важная точка соприкосновения межпартийного и общественного взаимодействия. Потому как сохранение памяти о безвинно погибших героев — наше общее дело вне зависимости от различий в идеологических воззрениях.

Подрастающее поколение в свободном независимом государстве должно помнить и чтить историю своей страны, с уважением относится к старшему поколению, которое прошло через трудные испытания, пережило трагическое время политических репрессий.

Нам следует направить свою энергию и знания на укрепление независимости и конкурентоспособности нашего государства, межэтнического согласия, защиту исторических и духовных ценностей единого народа Казахстана. Мы должны делать все для того, чтобы никогда не стерлась память будущих поколений о трагических годах нашего исторического прошлого.

Заключение

Одна из самых мрачных страниц в истории Казахстана — массовые политические репрессии. Советская власть практически превратила республику в тюремно-лагерный застенок, разместив на ее территории самые крупные лагеря — Карлаг, Степлаг, АЛЖИР, а также другие структуры ГУЛАГа — Главного управления лагерей.

Ученые Института истории продолжают изучать трагическую эпоху. В Казахстане с 1921 по 1954 годы по политическим мотивам было осуждено 100 000 человек, 25 000 из них расстреляны… «АЛЖИР» Акмолинский лагерь жён изменников Родины (А. Л.Ж. И.Р.) — полушуточное народное название 17-го женского лагерного специального отделения Карагандинского ИТЛ (1938—1953), крупнейший советский женский лагерь, один из 3 островов «Архипелага ГУЛАГ».

Существовало и второе народное название лагерного отделения — «26 точка». Название связано с составом заключенных, значительная часть которых была репрессирована в соответствии с оперативным приказом НКВД СССР № 486 как ЧСИРы — члены семей изменников Родины.

Лагерь располагался в 26-ом поселке трудопоселений (сейчас село Малиновка Акмолинской области Казахстана). В 1938 году в лагере находилось около 8 тыс. заключенных женщин, в том числе 4500 ЧСИР. Еще около 1500 ЧСИР находилось в других отделениях Карлага.

Именно казахская интеллигенция, в частности те, кто получил европейское образование, формировали своеобразный политический климат в годы гражданских междоусобиц.

Основные усилия ее представители направляли на достижение независимости и просвещение казахского народа, создание литературного казахского языка, развитие культурных очагов. Большая роль в этом принадлежит членам национальной политической партии «Алаш», из-за которой впоследствии уничтожили весь цвет казахской интеллигенции, независимо от того, состоял ли человек в партии или просто упоминал о ней.

Письмо Сталина в Алматы от 25 мая 1925 года стало прямым указанием для начала карательных мер против казахской национальной интеллигенции. Руководители государства, объявив казахскую национальную интеллигенцию враждебной, делали все, чтобы сформировать мнение об ее представителях как о реакционных политических и государственных деятелях, сыновьях баев и помещиков, нажившихся якобы на эксплуатации трудового народа. Среди них наши земляки:

— лидер партии «Алаш» А. Букейханов,

— магистр права Ж. Акбаев,

— профессор математики А. Ермеков.

В Казахстане количество жертв политических репрессий за годы советской власти по оценке ученых составило 3,5 млн. человек. Между тем в республике на сегодняшний день реабилитировано более 305 тысяч незаконно репрессированных. Работа по изучению архивных материалов продолжается. Потребовалось более 70 лет, чтобы вернуть честное имя безвинным жертвам чудовищных репрессий.

О массовых репрессиях тех лет написано немало книг, изданы воспоминания людей, прошедших через ад лагерей. Но до сих пор исследователи называют все новые и новые имена… Значит, эта страница истории еще не закрыта.

1. Абдакимов А. История Казахстана (с древнейших времен). — Алматы: РИК, 1994. 235 с.

2. Абдакимов А. Летопись народной трагедии: [Книги о Карлаге] // Индустр. Караганда. — 1998. — 16 мая.

3. Айтмамбетова С. Время спешить и помнить: Беседа с директором Казахстан. историко-просветител. о-ва «Адилет» С.Р. Айтмамбетовой/ Вела Е. Кузнецова // Индустр. Караганда. — 2000.-16 сент.

4. Ардатова Л. Шаги в темноту [Долинка. Карлаг] // Индустр. Караганда. — 1999. — 1 сент.

5. Архипелаг Карлаг: [Подборка статей] // Сарыарка. — 1998. — № 19. — С.6−7.

6. Берг А. Остров в степи // Индустр. Караганда. — 1998. — 27 апр., 28 апр., 4 мая.

7. Берденников В. Газеты за шкафом: Повести. — Алматы: Жазушы, 1994. — 336 с.

8. Болдин В. Карлаг в годы войны // Караганда. — 1994. — 19 нояб.

9. Большевик А. Дорога в Карлаг: [Воспоминания С. Никишовой] // Авитрэк регион. 2001.-14 июня (Ю).-С.10.

10. Вайсберг Б. С. Пред именем твоим…- Алма-Ата: Казахстан, 1991. — 200 с. — (История в судьбах людей).

11. Герт Ю. Раскрепощение. — Алма-Ата: Жазушы, 1990. — 256 с.

12. Горбенко А. Мертвая зона: [Долинка] // Индустр. Караганда. — 1990. — 13 нояб.

13. Гордиенко Л. Карлаг // Нура. — 1997. — 20 дек.

14. Горецкий В. Думы о Карлаге // Простор. — 2001. — N9.^.10−15.

15. Горецкий В. Печальная годовщина: [70 лет назад был образован Карлаг] //Индустр. Караганда. — 2001.-6 окт.

16. Горячев А. Я ничего не забыл.: [Об узниках Карлага] // Ленин. смена. — 1988. — 16 авг.

17. Григорьева Т. Баллада о черном солнце: [Балхашлаг] // Индустр. Караганда. — 1998. — 29 янв.

18. Григорьева Т. Тайны спецхрана: [Медицина Карлага]// Индустр. Караганда. — 2001.-15 сент.

19. Дик В. Карлаг // Индустр. Караганда. — 1988. — 30 июля.

20. Дик В. Карлаг // Казахст. правда. — 1988. — 24 июля.

21. Дик В. Карлаг // О чем не говорили: Докум. рассказы и очерки / Сост. Л. П. Лукина, Е. А. Сатыбалдиев. — Алма-Ата, 1990. — С.84−97.

22. Дильманов С. Производственные достижения Карлага в годы Великой Отечественной войны// Поиск. — 2000.-Ы2. С. 69.

23. Жаманбеков Е. Карлаг — зона вечной памяти: [О создании в Долинке музеяпамятника жертвам политич. репрессий]// Индустр. Караганда. — 2000.-18 окт.

24. Жуковский П. Цветы — к мемориалу: [День памяти жертв политич. репрессий]// Индустр. Караганда. — 2000.-3 июня.

25. Иконников А. «Оглашению не подлежит»: Заметки в читальном зале архива: [Страницы истории Карлага] // Ленин. смена. — 1988. — 12 авг.

26. Йонкер А. Правда необорима: [Карлаг] // Индустр. Караганда. — 1989. — 8 янв.

27. Кадошников Г. В. Карлаг: // Казахст. правда. — 1988. — 27 дек.

28. Карлаг: Читатели предлагают: напишем коллективную повесть о жертвах сталинских репрессий, а заодно о времени и о себе // Казахст. правда. — 1988. — 25 окт., 27 окт.

29. Карпенчук А. Узники «Совхоза НКВД» // Веч. Караганда. — 1991. — 20 марта, 3 апр., 17 апр.

30. Карпенчук А. Цена цены.: [Карлаг] // Индустр. Караганда. — 1989. — 12 февр.

Показать весь текст
Заполнить форму текущей работой