Диплом, курсовая, контрольная работа
Помощь в написании студенческих работ

Комплектование, численность и потери Российской Армии в Отечественной войне 1812 года

ДиссертацияПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

Донесения е.и. в. о движении армий, отрядов корпусов // РГВИА, Ф. 29, Оп. 1/ 153а, Св. 12, Ч. 16,19- Списки расформированных полков в 1812 — 1813 // РГВИА, Ф. 395, Оп. 306 /137, Св. 78, Д. 136. 4.1- Ведомости 2-й Западной армии и ее соединений, июнь-август // РГВИА, Ф. 846 (ВУА), Д. 3465, Ч. 4, Л. 109- Д. 3574- Об состоянии резервных бригад июнь-август 1812 г. // РГВИА, Ф.29,Оп. 1/ 153а, Св. 12… Читать ещё >

Содержание

  • Глава 1. Численность русской армии накануне и в ходе
  • Отечественной войны 1812 года (1811−1812 гг.)
    • 1. 1. Сухопутные силы Российской империи накануне
  • Отечественной войны 1812 гг
    • 1. 2. Изменение численности 1 и 2 Западных армий
    • 1. 3. Численность и потери 1 и 2 Западных армий в основных 81 сражениях войны (июнь — август 1812 г)
    • 1. 4. Численность и потери русской армии в Бородинской 85 операции
  • Глава 2. Численность и потери русских войск на флангах театра 128 войны 1812 г
    • 2. 1. Численность и потери русских войск на северо-западном 128 направлениях
    • 2. 2. Численность и потери русских войск на юго-западном 139 направлениях, июнь — ноябрь1812 г
  • Глава 3. Пополнение и потери сухопутных сил в 1812 г
    • 3. 1. Пополнение действующих русских войск в кампании 1812 153 г. резервами на основе рекрутской системы
    • 3. 2. Использование личного состава ополчений Московского и 183 Петербургского округов
    • 3. 3. Возвращение в строй выздоровевших и отставших чинов 200 чинов
    • 3. 4. Боевые и небоевые потери действующей российской 209 армии
    • 3. 5. Численность и потери 1 Западной армии в период 214 изгнания армии Наполеона из России
    • 3. 6. Численность русских сухопутных войск на момент 221 перехода границы

Комплектование, численность и потери Российской Армии в Отечественной войне 1812 года (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Отечественная война 1812 года — одна из первых национальных войн, глубоко потрясшая устои российского общества. Победам 1812−1814 гг. предшествовал целый ряд войн, в которых русские войска, при всех их высоких качествах, не могли остановить продвижение наполеоновской армии по Европе. Войны стали национальными, в них включились широкие народные массы. Армии стали гораздо более многочисленными за счет фактического введения всеобщей воинской повинности. Одним из проявлений сил народа стало создание многочисленных регулярных резервных формирований и ополчений. Актуальность исследовательской проблемы можно объяснить следующими обстоятельствами:

Во-первых, важностью для современной России опыта решения труднейшей задачи достижения победы в войне 1812 г. В ходе Отечественной войны 1812 года русское командование сумело изменить соотношение силодин из важнейших факторов, определяющий ход и исход войн в свою пользу.

Соотношение сил армий всегда имело в ходе военных действий преобладающее значение. Авторитетнейший знаток военного искусства К. Клаузевиц показал в труде «О войне» решающее значение фактора численного превосходства в войнах начала XIX в.: «В современной Европе даже самому талантливому полководцу крайне трудно одержать победу над вдвое сильнейшим противником. значительный перевес сил, которому не нужно быть и двойным, будет достаточным, чтобы обеспечить победу, как бы прочие условия ни были при этом невыгодны"1.

Создание в России больших людских резервов, необходимых для победы, было трудноразрешимой проблемой. Еще Ф. Энгельс, большой знаток наполеоновских войн, высказал, на наш взгляд, верное положение о том, что предпосылкой для создания массовой армии, основанной на мобилизации больших людских резервов является «социальная и политическая эмансипация буржуазии и крестьянства, уровень богатства и культуры, обеспечивающих современную армию оружием, боеприпасами, продовольствием и т. п. для л создания кадров образованных офицеров, для умственного развития солдат». В свете данного положения актуальным представляется вопрос, насколько успешными были мероприятия России по созданию вооруженных сил, победивших в конечном итоге наполеоновскую армию. Научное рассмотрение вопросов комплектования, численности и потери обеих сторон в Отечественной войне 1812 г. позволяет выработать новые оценки социально-экономического и морально-политического состояния общества того времени.

Еще в период первой войны с Наполеоном в 1805 г. перед военным руководством России встал вопрос о быстром и реальном наращивании действующих сил. Численность постоянной армии обуславливалась возможностями экономики. Альтернативой солдатам-профессионалам стали прошедшие короткую военную подготовку гражданские люди. Правительство России имело несколько путей решения поставленных историей задач. Самый простой путь — через формирование новых полков, увеличение рекрутских наборов — имел ограничения, при выходе за рамки которых, резко усиливалась бессмысленная трата людей, происходил подрыв своей экономики.

Во-вторых, рациональное использование имеющегося личного состава. В конкретных социально-экономических условиях России сбережение людей предполагало отделение крепких и знавших тонкости службы бойцов от слабых и неспособных к походной жизни, замену малопригодных к полевой службе людей в линейных войсках на хороших солдат из гарнизонов и крепостей внутри страны. Все эти мероприятия позволяли, не изменяя социально — политических основ государства, максимально эффективно использовать имеющиеся ресурсы. Это направление мобилизации мощи использовалось на протяжении 1808−1811 гг. Третий путь — организация.

1 Клаузевиц К О войне. -М., 1936. Ч. 3. Гл. УШ. С. 212. народной войны при вторжении неприятеля в Россиюпредполагал создание территориальных инфраструктур, способных послужить основой для быстрой подготовки милиции, отрядов самообороны и т. д. Первая проба сил в этом направлении была совершена в 1807 г. при создании земской милиции. В более масштабном виде возможности народной войны были продемонстрированы в 1812 г.

В итоге, можно сделать вывод, что военно-политическое руководство России, не страшась внутренних потрясений в случае глубокого вторжения неприятеля в страну, твердо вступило на путь противостояния агрессивным планам Наполеона. Выбор направления движения оказался верным. Наряду с вариантами превентивных ударов в Европе, главное место в подготовке к войне в наихудшем для России варианте заняло создание инфраструктуры сопротивления на местах в виде трех линий резервных войск и сети войск внутренней стражи, игравших по отношению к населению роль корсета, поддерживающего функционирование механизмов управления.

Степень изученности проблемы: вопрос о комплектовании, численности, потерях и пополнении армии и создании многочисленных резервных формирований в историографии рассматривается только в самом общем виде. Отечественные историки пока не дали развернутую оценку социально-экономических условий формирования вооруженных сил вообще и стратегических резервов в частности. Так, по мнению Л. Г. Бескровного и В. И. Бабкина, пороки рекрутскойсистемы России удалось преодолеть с помощью ополчения3.

Документальной базой трудов Д. П. Бутурлина, А.И. Михайловского-Данилевского, М. И. Богдановича служили документы, собранные К. Ф. Толем в архивах военного министерства, позднее поступившие в архив Военно-Топографического депо, затем Военно-Ученый архив (ВУА). Один из первых.

2 Энгельс Ф. Избранные военные произведения, -М., 1957. С. 632 историков темы Отечественной войны 1812 г. Д. П. Бутурлин опубликовал в приложении к своему труду 21 ведомость по составу и численности армий на театре военных действий. По-видимому, они были подготовлены сотрудниками К. Ф. Толя по заданию Александра 1-го для истории 1812 г. 4. Данные документы позже не публиковались. Поэтому они имеют особое значение для настоящего диссертационного исследования. В обобщающих трудах Д. П. Бутурлина, А.И. Михайловского-Данилевского, М. И. Богдановича рассматривались вопросы комплектования, наращивания численности русской армии накануне войны 1812 г. Наиболее подробно они были рассмотрены в конце XIX в А. К. Байовым, а также в многотомном издании «Столетие Военного министерства 1802- 1902"5.

Среди известных специалистов только М. И Богданович отмечал при анализе предвоенных мероприятий военного руководства России их строгую направленность и последовательность. Он высоко оценивал деятельность императора Александра по поиску адекватного ответа на вызов военной машины Наполеона. По мнению историка: «Пять лет, истекших со времени заключения Тильзитского мира употреблены были императором Александром с большой пользой. После борьбы с Наполеоном в 1805—1807 гг. армия наша была весьма расстроена и ослаблена, но, несмотря на это, Александр нашел средства вести одновременно войну против персиян и турок, принудить Швецию к уступке Финляндии, значительно увеличить число войск, усовершенствовать их тактическое образование, укрепить в военном отношении пункты, приготовить в изобилии запасы"6. Богданович, не найдя в.

3 См. Бескровный Л. Г. Отечественная война 1812 года, -М., 1962. С. 396- Бабкин В. И. Народное ополчение в Отечественной войне 1812 года, -М., 1962. С. 27.

4 См. Бутурлин Д. П. Нашествие императора Наполеона на Россию в 1812 году, -СПБ., 1823−1824. 4.2, Приложения № IXXI.

5 См. Бутурлин Д. П. Указ. соч., -СПБ., 1823−1824,4.1−2- МихайловскийДанилевский А. И. Описание Отечественной войны 1812 года. Т.1, -СПб., 1839- Богданович М. И. История Отечественной войны 1812 года по достоверным источникам. Т. 1. -СПБ., 1860. Бескровный Л. Г. Отечественная война 1812 года. -М., 1962; Богданов Л. П. Русская армия в 1812 году. -М., 1979; Столетие Военного министерства, 1802- 1902.

6 См. Богданович М. И. Указ. соч. Т. 1. С. 54 военных архивах обобщающих ведомостей, характеризующих состояние сухопутных сил в канун войны, был вынужден прибегнуть к расчетам. Опираясь на известное число батальонов и эскадронов и их предполагаемую среднюю численность частей пехоты, кавалерии и артиллерии, он определял их примерные силы.

М.И. Богданович опубликовал в приложении к своему труду большое количество документов из Военно-ученого архива Главного штаба (ныне фонд 846 или Коллекция ВУА РГВИА). Ход пополнения русских армий на протяжении кампании проследил, пожалуй, только М. И. Богданович. Он составил перечень всех отрядов, прибывших на усиление 1-й и 2-й Западных армий в 1812 г. и показал размер тех сил, которые реально участвовали в борьбе с наполеоновским нашествием. Оценку общих потерь русской армии о в войне в 216 тыс. чел. сделал только М. И. Богданович .

Вопрос об эффективности системы комплектования российской армии был поставлен в конце XIX — нач. XX века историками А. П. Скугаревским, А. К. Байовым, В. В. Щепетильниковым, которые получили доступ к материалам Московского Отдела Архива Главного штаба, более известного как Лефортовский архив, а ныне как Российский государственный военно-исторический архив9. Значительный объем цифровых показателей по вооруженным силам был дан в юбилейном многотомном издании «Столетие военного Министерства, 1802−1902."10. Здесь впервые была дана оценка общей численности чинов, состоящих на службе в сухопутных силах — 975 тыс. чел. К сожалению, авторы данного труда, осветив предвоенный период комплектования войск, не смогли охватить запутанную, во многом неясную деятельность военно-сухопутного ведомства в ходе самой войны.

7 См. приложение № 5.

8 См. Богданович М. И Указ. соч. Т. Ш. С. 396.

9 См. Байов А. К. Курс русского военного искусства. Вып. УП. -СПб., 1913; Столетие Военного министерства 1802−1902.: — СПб.: 1903, — Т.4. Ч. 1. Кн. 2. Отд.2.

10 См. Столетие Военного Министерства. 1802−1902. -СПБ., 1898. — 1903.

Историки середины XX века: Е. В. Тарле П.А. Жилин, Л. Г. Бескровный, В. И. Бабкин и Л. П. Богданов — также опирались на материалы ЦГВИА СССР (ныне РГВИА). Они давали противоречивые ответы эффективности системы комплектования. С одной стороны, произошли определенные преобразования, создана система подготовки резервов, позволившая увеличить вооруженные силы в 1,5 раза, «народная сила (ополчение — С. Ш.) компенсировала пагубные недуги рекрутской системы"11. С другой стороны, как писал Л. П. Богданов: «Проводимые правительством Александра I некоторые преобразования не затрагивали основ социально-экономического и политического строя и в существе своем были реакционны, так как цель их была одна — удержать власть в руках господствующего класса, сохранить феодально-крепостническую монархию. Проведение таких реформ сталкивалось с серьезными противоречиями в социально-экономической и политической жизни.

1 9 общества". Слабость данного социологического тезиса заключалось в том, что.

1Я он не был обоснован фактами .

В 1947 г. П. Г. Рындзюнский указал на планы включения всех слоев населения в борьбу с врагом. Участие выражалось в создании единого антинаполеоновского общественного мнения, в пожертвованиях на военные нужды, в зачислении в ополчение и отряды самообороны. Последующая историография обошла молчанием его оригинальные наблюдения о подготовке инфраструктуры вооруженных сил к быстрому развертыванию народной войны в глубине собственной территории14.

При изложении своих взглядов П. Г. Рындзюнский оттолкнулся от редко замечаемой историками беседы императора Александра с мэром г. Гельсингфорс И. Эренстремом 22 августа 1812 г. (здесь и далее все даты по.

11 См. Бабкин В. И. Народное опошение в Отечественной войне 1812 года.-М., 1962. С. 27.

12 См. Богданов Л. П. Указ. соч. -М., 1979. С. 4- Он же, О комплектовании русской армии в 1812 году// Материалы научной конференции «Отечественная война 1812 года. Источники. Памятники. Проблемы»" Бородино, 1997. С. 184−189.

13 См. Бескровный Л. Г. Отечественная война 1812 года. -М., 1962. С. 193. старому стилю). В ней император изложил давно вынашиваемый им план: «Надобно было сильно заинтересовать народ в войне, показав её русским по прошествии ста лет впервые вблизи, у них на Родине. Это было единственным средством сделать её народной и сплотить общество вокруг правительства для общей защиты, по его собственному убеждению и по собственной его воле"15.

Конкретные планы обороны были построены в двух вариантах. С одной стороны, признавалось возможным решительными действиями русских армий пресечь вторжение Наполеона. С другой стороны, в них чувствуется решимость, в случае необходимости, перейти к рискованной системе действий, в глубинных областях России, основанной на народно-патриотическом движении против агрессии Наполеона. Факт расположения резервов в период формирования в три линии от Днепра до Волги подразумевает, что быстрое их прибытие в действующие войска могло происходить после значительного отхода армии.

В историографии П. Г. Рындзюнский выше всех оценил значение рекрутских депо, созданных в 1809 г.: «Намерение организовать обучающееся войско являлось несомненным, большим достижением в деле комплектования армии. Существование запасного войска не должно было прекращаться и в военное время, а служить резервом, откуда действующие части получали бы пополнение. Так, между армией и питающей ее народной массой было установлено посредствующее звено, находящееся в тесном контакте и под непосредственным воздействием строевых частей"16. По мнению П. Г. Рындзюнского, характерной чертой, отличавшей военную стражу от армии, роднившей ее с ополчением, был территориальный принцип ее организации, снабжение на основах самодеятельности местного населения, комплектование.

14 См. Рындзюнский П. Г. Кутузов и русская армия в 1812 году:// Военноисторический сборник ГИМ (Труды ГИМ. Вып. 20).: — М., 1948. С. 115−120.

15 Шильдер Н. К. Император Александр I, его жизнь и царствование. -СПб., 1905. Т.Ш. С. 101. Здесь и далее все даты по старому стилю.

16 Труды ГИМ, Выпуск XX. -М., 1948. С. 114. командного состава из местных отставников, идеологическое оформление основных документов17.

В трудах Л. Г. Бескровного и Л. П. Богданова имелись разделы, посвященные комплектованию и организации войск в 1801—1812 гг. В целом ими были привлечены законодательные актыуказы императора Александра, документы, опубликованные в «Материалах Военно-Ученого Архива» Российского государственного исторического архива (РГВИА). Основные аргументы названных авторов по недостаткам рекрутской системы (некомплект, убыль рядового состава) относились к 1801−1807 г. Здесь сказался недостаток в общеармейских табелях на 1810−1812 год. Л. П. Богданов — единственный из историков отдал предпочтение опубликованному А.И. Михайловским-Данилевским обширному табелю состояния русской армии за март 1812 г. П. А. Жилин в работе 1980 г. не был столь категоричен. Он признал, что создание резервов во всем их многообразии в феодально-крепостническом государстве было невозможно18.

В отечественной историографии затруднительно найти обобщающие данные о российских сухопутных войсках вне театра военных действий. Наиболее разработанными в историографии оказались данные о численности сухопутных сил России на начало войны 1812 г. в целом, находившихся на западной границе, а также в Финляндии и на Дунае 19. Д. П. Бутурлин, А.И. Михайловский-Данилевский, М. И. Богданович имели в своем распоряжении только расписания войск 1-й, 2-й и 3-й Западных армий. В их распоряжении были отдельные строевые рапорты только 1-й Западной армии.

Говоря о сухопутных войсках, AJI Михайловский-Данилевский включает в них гарнизонные войска, а Л. Г. Бескровный добавляет к ним иррегулярные часта (см. Табл. 1).

17 Труды ГИМ, Вып. XX, -М., 1948. С. 118.

18 См. Жилин П. А. Михаил Илларионович Кутузов. -М., 1980. С. 329−330.

19 См. Михайловский-ДанилевскийА.И.Описание. Т. 1, -СПб., 1839. С. 125- Богданович М. И. Указ. соч. Т.1, -СПб., 1860. С. 85- Байов А. К. Указ. соч. Вып. 7. -СПБ., 1913. С. 388- Бескровный Л. Г. Указ. соч. С.184- 193- Жилин П. А. Отечественная война.

Таблица I20.

Сведения о численности сухопутных сил России в 1812 г.

Авторы /тыс. чел. Пехота Кавалерия Полевая артиллерия Казаки Инженерные войска Гарнизоны, внутр. стража Всего.

А. И. МихайловскийДанилевский 361 71 40 — 15 105 591.

М. И. Богданович 380 62 34 — 4,5 — 480.

Л. Г. Бескровный 405 76 — 117 — - 597.

А. И. Байов >400 70 >100 — - 480.

П.А. Жилин — - - - - - 480.

Л.П. Богданов 406 70 — 100 — - 590.

Н. А. Троицкий — - - - - - 975.

Как видно из таблицы, авторы учитывают совершенно разные составляющие вооруженных сил, трех основных родов войск (М. И. Богданович), включая гарнизоны, понтонные части и инженерные войска (А. И. Михайловский-Данилевский), казаков (А. И. Байов, Л. Г Бескровный, Л.П. Богданов) гарнизонные войска, внутреннюю стражу, служащих инвалидов (105 тыс. чел.). А. И. Байов, Л. Г. Бескровный, Л. П. Богданов не стали считать артиллеристов. (В 1-й половине XX века было принято измерять силу войск числом штыков, сабель и орудий). Если бы авторы дали более подробную информацию о методике подсчета общей численности вооруженных сил, то у читательской аудитории сразу возникли бы недоуменные вопросы.

Двусмысленное положение возникло потому, что из научного оборота выпал табель состояния сухопутных сил, опубликованный в 1839 г. А.И. Михайловским-Данилевским. Он не значится в описях основных фондов центральных архивов, отсутствует в фундаментальных изданиях документов.

Общее число пехотных частей у разных авторов также колеблется. Так А. К. Байов и Г. С. Габаев указывали на наличие в сухопутных войсках.

1812 года. -М., 1988. С.96- Богданов Л. П. Указ. соч. С. 46, 48, 71- Троицкий Н. А. 1812 год: Великий год России. -М., 1987. С. 63.

20 См. МихайловскийДанилевский А. И. Описание Отечественной войны 1812 года. Т.1, -СПб., 1839. С. 125- Богданович М. И. Указ. соч.Т.1, -СПБ., 1860. С. 85- Байов А. К. Указ. соч. Вып. УП. -СПБ., 1913. С. 388- Бескровный Л. Г. Указ. соч. С.184- 193- Жилин П. А. Отечественная война 1812 года. -М., 1988. С.96- Богданов Л. П. Указ. Соч. С. 46,48, 71- Троицкий Н. А. Указ. соч. -М., 1987. С. 63. соответственно) 184 и 172 полков. Разница в 12 полков, по-видимому, объясняется тем, что А. К. Байов учел 12 рекрутских полков, формировавшихся генералом Д. И. ЛобановымРостовским.

Первым, кто предпринял попытку дать подробный анализ организации и состояния русской армии накануне войны на основе документов был один из авторов гигантского коллективного труда «Столетие Военного министерства 1802−1902» В. В Шепетильников. Имея широкий доступ к военным архивам, он собрал огромную информацию и часть ее опубликовал. Однако, он не смог или ему не дали разработать период 1810—1814 гг. В томах, посвященных комплектованию войск, существует лакуна до начала царствования Николая I. Н. А. Троицкий обратил внимание на то, что на страницы этого труда все же проникла цифра суммарной численности сухопутных сил на 1812 год — 975.

23 тыс. чел.

В годы советской власти речь о продолжении долговременных архивных разработок идти не могла. Источниковой базой большинства работ служили законодательные акты и опубликованные документы. В зависимости от полноты помещенных там цифровых сведений, структура и численность армии показаны в них с разной степенью подробности. Изменениям в структуре и численности сухопутных сил в 1810 — 1812 гг. отводилось, как правило, не более 3−5 страниц24. Основными источниками работ Л. Г. Бескровного и Л. П. Богданова были публикации источников в Полном собрании законов Российской империи" и в труде «Столетие Военного министерства». В своей работе он вернулся к данным о составе сухопутных сил, введенным в оборот А.И. Михайловским-Данилевским, но с дополнениями, взятыми у А. К. Байова. К сожалению, они противоречат друг другу.

21 См. Байов АХ Указ. соч. Вып. 7. С. 14- ГабаевГ.С. Роспись русскимпоякам 1812 года, Киев. 1912.С.14.

22 См. Шепетильников В. В. Комплектование войск в царствование императора Александра I // Столетие Военного министерства 1802−1902. СПб., 1903. Т.1У. -4.1. -Кн.1. -Огд.2.-364 с.

23 См. Троицкий НА. Указ. соч.-М, 1988. С. 38- Сгсшеше Военного министерства Т.1, -СПБ., 1901 С. 203.

24 См. Бескровный Л. Г. Русская армия в XIX веке. -М., 1974. С.14−18.

Мероприятия по подготовке армии к войне большинство авторов оценивали двояко: 1) с точки зрения наращивания общей численности войск- 2) исходя из того, что реальная численность войск на западной границе уменьшилась. С одной стороны, Военному министерству ставилось в заслугу увеличение числа полков и дивизий в 1,5−2 раза, с другой — указывалось на неукомплектованность частей по причине 9-тимесячного пребывания новобранцев в рекрутских депо, на уменьшение числа действующих батальонов и эскадронов за счет отделения запасных подразделений26. Позиция М. И. Богдановича и П. Г. Рындзюнского, считавших деятельность императора Александра нацеленной на длительную схватку в глубине своей территории, не получила поддержки. На наш взгляд, такой подход более логично объясняет наращивание сил не на границе, а на достаточном удалении от нее.

В отношении 1−3-й Западных армий точки зрения историков расходились в пределах 15%. По наблюдению Н. А. Троицкого, разнобой цифр по 1-й Западной армии достигал 20 тыс. чел. (от 110 до 132 тыс. чел. наиболее часто приводилась цифра 127 тыс. чел.) — по 2-й армии — 9 тыс. чел. (от 39 до 45- 48 тыс. чел.) — и по 3-й армии — 40- 48 тыс. чел. 27 Так, М. И. Богданович, говоря о численности сухопутных сил накануне войны 1812 г., произвел подсчет численности полевой армии, взяв за основу их штатную численность батальонов и эскадронов, соответственно 738 чел. и 140 чел, минус 10%.

ЛО постоянного некомплекта, что весьма приблизительно. А. П. Скугаревский, А. Н. Витмер также указали, что делали свои расчеты на основе расписаний армий, отталкиваясь от штатной численности частей. Точность подсчетов в таких случаях зависит от степени точности информации о составе каждой армии. Большинство историков (см. приложение № Введ — 2) имели в своем распоряжении только строевые рапорты 1-й Западной армии, как правило,.

25 См. Богданов Л. П. Указ. соч. -М., 1979. С. 17−22- Столетие Военного министерства 1802−1902. -СПб., 1903, — Т.4. Ч. 1. Кн. 2. Отд.2. -СПб., С. 102.

26 См. Бескровный Л. Г. Указ. соч. С. 197, 202.

27 См. Троицкий Н. А. О численности русских армий в начале Отечественной войны 1812 года// Вопросы истории 1987. № И, С. 172−173.

28 См. Богданович М. И Указ. соч, Т.1. С. 55. неполные, и расписания войск 2-й и 3-й Западных армий, относившиеся к разным датам, от конца апреля до конца июня 1812 г. Современные авторы, Н. А. Троицкий и Б. С. Абалихин, также были вынуждены прибегать к расчетам численности неучтенных в рапортах частей, исходя из их средней численности.

При оценке численности русских войск на западных границах укажем на большое различие в методах подсчета и колебание в количестве частей. Одни учитывали категорию нестроевых, другие (Д. П. Бутурлин и М.И. Богданович) исходили из штатного расписания войск. Г. С. Габаев и А. К. Байов добавляли к трем западным армиям еще запасные и резервные войска, находившиеся в крепостях и во втором эшелоне (30 тыс. чел.). А. А. Кожевников к ним добавлял 12 полков пехоты, формировавшихся Д. И. ЛобановымРостовским, и 4 украинских регулярных полкавсего 27,4 тыс., хотя они закончили формирование только в начале сентября. Но он, как и другие историки, при обзоре войск не берет в расчет силы, находившиеся в Валахии и в Финляндии.

Н. А. Троицкий, пожалуй, впервые открыто включил в соотношение сил, войска на флангах театра военных действий — Финляндский корпус (19 тыс. О чел.) и Дунайскую армию (52 — 57,5 тыс. чел.). Он справедливо отметил, что большинство авторов, приводя данные о состоянии армий накануне войны, не подкрепили их ссылками на источники. В связи с отсутствием документальных данных по казачьим полкам, современные исследователи, так же как и их предшественники, вынуждены повторять уже введенные в оборот данные.

Сведения о потерях в работах названных историков также значительно расходятся. Главные причины кроятся в недостатках делопроизводства, научно-справочного аппарата архивов, в мозаичном характере информации Поиск нужной информации требовал просмотра десятков и сотен дел. Как правило, историки вынуждены ссылаться на результаты поисков архивистов. По меткому наблюдению профессора Николаевской академии генерального штаба.

29 См. Троицкий Н. А. Указ. соч. С. 40,63.

Б. М. Колюбакина, в литературе «не освещен надлежащим образом ни один сюжет войны. материалы даже не собраны» (видимо, имеется в виду, что не ол описаны на уровне документов — С. Ш.) .

Кроме того, в зависимости от назначения и типа рапортов, в них включались или не включались такие категории: офицеры, музыканты, артиллеристы, прикомандированные ополченцы и т. д. Поэтому, имеющиеся в рапортах данные необходимо уточнять путем сопоставления с другими источниками.

На наш взгляд, труд Н. П. Поликарпова «Боевой календарь-ежедневник Отечественной войны 1812 года» опирается на достоверные, поддающиеся проверке, архивные данные. Он представляет собой хронологическое изложение содержания рапортов войсковых частей о боевых действиях. К сожалению, свой труд Н. П. Поликарпов довел только до 31 августа 1812 г. Автор указывал, что данные о потерях в больших сражениях не могут быть полными. Например, говоря о таблице потерь при Смоленске 5−7 августа, он писал: «Приведенные в таблице цифры далеко не соответствуют истинной убыли нижних чинов, так как до нас не дошли сведения о потерях многих войсковых частей, действовавших в этих сражениях"32. В каждом случае исследователю необходимо проверить все ли части и соединения, участвовавшие в битве, показаны в таблице. Та же ремарка содержится в примечаниях о потерях в других битвах, например, при Шевардине 24 августа.

Таким образом, становится очевидной необходимость введения в научный оборот максимально подробных сведений о составе, состоянии и численности соединений и частей сухопутных сил, способных принять участие в военных действиях. Только так можно проверить итоговые оценки и сделать их репрезентативными, обнаружить причину расхождения точек зрения разных авторов и прийти к установлению истинных показателей численности.

30 См. Труды Императорского военно-исторического общества (ИРВИО). Т. 5, кн. 1. -СПб., 1912. С УШXтакже см. ссылку 3.

31 См. Труды Московского отделения Императорского Русского военно-исторического общества (далее — Труды МО ИРВИО). Т.4, Ч. 1. -М., 1912.

32 См. Труды МО ИРВИО, Т.4, Ч. 1. -М., 1912. С. 365.

Только большой массив рапортов, связанных между собой по времени и месту образования, позволит выявить в ведомостях ошибки, восстановить недостающие данные. В случае, когда автор показывает своим читателям, как раскладываются общие данные по соединениям, читатель получает возможность разобраться в их обоснованности и проанализировать причины расхождений оценок у разных авторов. Данные о составе корпусов 1-й и 2-й армий к началу войны привели Бутурлин и Богданович, по численности корпусов 1-й и 2-й армий к началу войны в историографии — только А. П. Скугаревский. Ниже приводятся его данные в сравнении со строевым рапортом 1-й Армии от 26 апреля .

В отношении численности и потерь русских войск при Бородине в российской и иностранной историографии возникли разногласия. Около 140 лет эти различия показал назад И. П. Липранди34.

Такой авторитетный свидетель, как Е. Вюртембергский также считал вероятной цифру 146 тыс. чел.35 Ниже мы приводим лишь некоторые из них (см. табл. 2).

Начало научного изучения темы положил кропотливый сбор документов, который по заданию императора Александра 1-го, был проведен в военных архивах в течение 1815 — 1840-х гг. Выявленные документы вошли в коллекцию Военнотопографического депо, позже преобразованного в Военно-ученый архив. Возглавил работу по написанию истории К. Ф. Толь. В 1816 г. изложение подошло к концу кампании. Сам К. Ф. Толь составил подробное историческое описание сражения при Бородине. Созданное им расписание русской армии было опубликовано в труде Д. П. Бутурлина. К сожалению, теперь трудно определить документы и методику, по которой делались подсчеты сил. Однако, можно предполагать, что в его распоряжении имелись отдельные строевые рапорты и расписания армий. К 1833 г. офицеры Военнотопографического депо произвели уточнение числовых данных о.

33 См. Приложение № 4.

Липранди И. П. Война 1812 года. Замечания на книгу История Отечественной войны 1812 года по достоверным источникам", сочинение г-м Богдановича, — СПб., 1869.

35 См. Военный журнал. 1848. № 3. С. 57. частях войск, об отличившихся, убитых и раненых офицерах и нижних чинах во всех сражениях 1812−1814 гг. По видимому, именно эти данные были нанесены на плитах монументов, воздвигнутых на полях больших сражений (Бородино, Смоленск, Малоярославец, Полоцк, Клястицы). Сведения о потерях 1 и 2 Западных (затем Главной) армий были подготовлены в ноябре 1812 г. в штабе М. И. Кутузова. Они опубликованы и охватывают период от начала войны до сражения при Малоярославце37. Данный документ составлялся по данным соединений и полков, подготовительные материалы которых в основном сохранились. Однако, в связи с тем, что в армии были расформированы 9 егерских полков и 23 сводноегерских батальона, нет уверенности, что их потери были включены в сводную ведомость потерь Главной армии. М. И. Богданович первым использовал важнейшие сведения о битвах и систематизировал всю коллекцию Военно — топографического депо Главного штаба, переименованное в Военно — ученый архив (ВУА).

До столетия Отечественной войны историки были вынуждены пользоваться отрывочными сведениями о численности войск при Бородине. Ввиду ограниченных возможностей доступа к документам, основную роль в получении данных играли расчеты. Несмотря на публикацию в период 19 031 913 гг. документов ВУА по истории войны 1812 г., они использовались совершенно недостаточно. Отчасти, это связано с определенной бессистемностью в публикации документов и отсутствием развитого научно — справочного аппарата. Наиболее значительным препятствием была необходимость больших трудозатрат для проведения исследования армейской строевой отчетности, при условии, достижения положительного результата. Большим тормозом служили идеологические установки, что также не способствовало ускорению изучения проблем истории 1812 г. Публикации в сборниках документов в 50−60-е годы XX века ряда рапортов за период Бородина не разрешили споров историков. Сыграла негативную роль неполнота статистических данных рапортов, позволявшая по-разному их трактовать.

36 РГВИА, Ф. 474, Оп. Д. 96.

Основная полемика о численности русской армии накануне сражения развернулась вокруг двух крайних значений. Д. П. Бутурлин, а также А.И. Михайловский-Данилевский, на основании рапорта М. И. Кутузова царю от 19 августа, оценивали русскую регулярную армию в 113 тыс. чел.

Вслед за императором Александром 1-м авторы делали простой расчет. К численности обеих армий на 17 августа — 95 тыс. чел. они добавляли войска, приведенные М. А. Милорадовичем — 15,6 тыс. чел. и 2 тыс. чел., возвращенных в строй из армейского тыла.

Табл. 238.

Численность и потери русских войск при Бородино в отечественной историографии.

Авторы Численность войск в строю в тыс. чел.

Регуляр. войска ополчение казаки Всего Потери (Всего).

Бутурлин Д. П 115 10 7 32 47−50.

Толь К. Ф 103,8 120,8.

Михайловский-Данилевский А. И 113 — — — 55−58.

Богданович М. И 103,8 10,0 7 120,8 44.

Колюбакин Б.М. 113 — 7 120 38,5.

Бескровный Л.Г. 109 10 7 126 38,5.

Жилин П.А. 103 10 7 120 44.

Ларионов, А П. Кудряшова А. 103 30,0 8,2 141 36.

Троицкий H. А 115,3 28,5 11 154 45,6.

Львов C.B. — - - 39,3.

В итоге, в регулярных войсках насчитывалось 113 — 115 ты. строевых чинов. Вместе с 10 000-м ополчением — 126 тыс. чел.39 К. Ф. Толь, а вслед за ним М. И. Богданович, считали, что регулярные войска насчитывали около 103 тыс. чел. в строю, а вместе с казаками (7 тыс. чел.) и 10 тыс. ратниками — 120.

37 См. М. И. Кутузов. Сборник документов. Т.4. Ч.2. М., 1955. С. 710—714.

38 Бутурлин Д. П. Указ. соч. Ч. 1. С. 270- МихайловскийДанилевский А. И. Указ соч. 4.2, -СПб., 1839. С. 275, Ч. 3. С. 309- Богданович М. И. Указ. соч. Т. 2, С. 153, 538- Бородинская операция и Бородинское сражение. Кн. 3: Труды МО ИРВИО. Т VII./ Составитель Колюбакин Б. М. -М., 1912. С. 113- Бескровный Л. Г. Указ соч. С. 317- Жилин П. А. Ярославцев А. Бородинское сражение, -М., 1952, Прил.1- Ларионов А. П. Кудряшова А. А. Бородино. Путеводитель, -М., 1975, С. 17−29-. Троицкий Н. А Указ. соч. С. 141−142- Львов С. В. О потерях российской армии в сражении при Бородино 24−26 августа 1812 года //Эпоха наполеоновских войн: люди, события, идеи. Материалы VI-й Всероссийской научной конференции Москва,. 2003. С. 65.

39 См. МихайловскийДанилевский А. И. Указ. соч. Ч. 2. -СПб., 1839. С. 204- Бескровный Л. Г. Отечественная война 1812 года. -М., 1962. С. 396- Бабкин В. И. Народное ополчение в Отечественной войне 1812 года. -М., 1962. С. 371. тыс. чел. А. II Скугаревский оценил силы русских, с учетом почти 8 тысяч казаков и 10 000 вооруженных ратников, в 126 тыс. чел. 40 Сделав обратный отсчет, мы обнару-жим, что по данным Скугаревского регулярные войска насчитывали 108 тыс. чел.

Точки зрения А. П. Скугаревского (126 тыс. чел.) придерживался Л. Г. Бескровный, ссылавшийся на опубликованный итог армейского рапорта от 17 августа. В отсутствии полностью опубликованного текста рапорта исследователю трудно установить включены ли в эту оценку казаки41.

Табл 3.

Численность и состав корпусов 1-й 2-й Армий на Бородинское сражение.

Численность в тыс. строевых чинов /число чел во 2 армии.

2 пех. корп Зпех. корп 4пех. корп 5пех. корп бпех. корп 1 кав. корп с, а о «» <й * С-4 с о о и «СЗ И СП 1 кио див. 2 кир див. 7пех. корп 8пех. корп 4 кав. корп Каз Уг армий Ополчен/ Всего Уг регул.

Д. П. Бутурлин, К. Ф. Толь, М.И. Богданович42 10,3 8,0 9,5 13 9,9 2,5 3,5 3,7 2,4 2,3 10,8 13,3 3,8 5,5 /1,5 10/ 100.

Жилин П. А4″ *. 10,3 8,0 9,5 14,0 9,9 2,5 3,5 3,7 5 10,8 13,3 3,8 5,5 10/6,8 103.

Скугаревский А. П. 44 10,3 8,0 9,5 14,0 9,9 2,5 3,5/ 3,7 5,0 10,8 13,3 3,8 5,5/ 10 108.

Ларионов А. П. Кудряшова А. А.45. 11,45 12,2 9,95 17,26 8,54 2,44 2,5 2,5 2,04 11,85 14,5 2,26 5,5/2,7 30 102,7.

П.А. Жилин придерживался оценки К. Ф. Толя и М. И. Богдановича: 103 тыс. чел в регулярных войсках, 7 тыс. казаков и 10 тыс. ратников. А. П. Ларионов и А. А. Кудряшова на основе ряда документов сделали свой подсчет численности войск: 103 тыс. чел. в регулярных войсках, 8,2 тысячи казаков и 30 тыс. ратников в двух ополчениях. Но при этом они совершили несколько ошибок, которые, по-видимому, делал и К. Ф. Толь (у них.

40 См. Скугаревский А. П. БородиноСПб., б/г. С. 16.

41 См. Бескровный Л. Г. Указ. соч. С. 371.

42 См. БогдановичМ. И. Указ. соч. Т. П. С. 153.

43 См. Жилин П. А. Ярославцев А. Бородинское сражение. -М., 1952. Расписание войск.

См. Скугаревский А. П Бородино, -СПБ., б/г С. 16. В составе 2,3.4,6,7,8 пех. корпусов учтены по две легкие артиллерийские роты одинаковый результат). Анализируя опубликованные рапорты 1-й армии от 23−25 августа, авторы посчитали, что в армейских рапортах численность корпусов указаны полностью. Между тем, многие полки корпусов находились в арьергарде и не могли подать свои рапорты по команде. Отсюда численность соединений получалась заниженной. Так, приводимая ими цифра по 1-му кавалерийскому корпусу характеризует состояние не 28 эскадронов, а 20-ти. По 6-му пехотному корпусу — не 24-х батальонов, а 16-ти. В отношении 4-го кавалерийского корпуса приведена цифра наличия (2286), характеризующая состояние соединения скорее после сражения, чем в начале. Сопоставим оценки авторов и сравним их, для большей наглядности, с данными строевых рапортов. Данные о численности корпусов при Бородино К. Ф. Толь передал Д. П. Бутурлину, позже их приняли на вооружение М. И. Богданович, А. П. Скугаревский и П. А. Жилин.

Сравнение цифр К Ф. Толя с опубликованными данными рапортов за 17−25 августа показывает, что Толь ими не пользовался. Неполные данные рапорта 1- армии за 25 августа без поправок были приняты, А П Ларионовым и, А А Кудряшовой. В результате кавалерийские корпуса стали в полтора — два раза слабее. В то же время, они считали все корпусные артиллерийские роты состоящими не в армейском резерве, а при корпусах. Поскольку, их данные практически не совпали с данными К Ф. Толя, то совпадение итоговых цифр произошло скорее случайно. Если верить К Ф. Толю, то казачьи полки 2-й армии насчитывали всего по 250 чел, в то время как у Платова — почти по 400. Такой большой разницы просто не могло быть. А. П. Ларионов и А. А. Кудряшова выступили против преуменьшения сил казаков. К сожалению, данных указанных армейских ведомостей недостаточно для того, чтобы делать однозначные выводы о численности войск при Бородино. А. П. Скугаревский, приведя свою оценку в 126 тыс. чел., и предпринял попытку пересмотреть оценку всех сил в большую сторону. Но анализ показывает, что все его частные данные совпадают с данными К. Ф. Толя, т. е. для пересмотра у него не оказалось достаточных оснований. Наша оценка численности корпусов основана на данных строевых рапортов, с учетом поправок.

45 См. Кудряшова А. А, Ларионов А. П Бородино. Путеводитель. — М., 1975. С. 17 — 29. на неучтенные части (это видно из таблицы). Она частично совпадает или близка с данными, А П. Ларионова и А. А Кудряшовой (2, 3,5,7 пех. корп. и ополчения). Более подробно вопрос будет рассмотрен в главе II. Ряд современных историков (Л. Л. Ивченко, А. В. Горбунов, Д. Г. Целорунго, С. В. Львов) высказали сомнения в достоверности нашей оценки потерь в Бородинской операции (50 тыс. чел.)46.

С. В. Львов выступил против пересмотра потерь русских войск при Бородино и показал, что данные корпусных рапортов о потерях и большинства сохранившихся месячных рапортов частей даже меньше данных, опубликованных армейских ведомостей о потере на 3−4 тыс. чел. (39.5 тыс чел). Судить о том, насколько удалось ему обосновать свою оценку потерь по небольшой статье, невозможно. Сильной стороной работы является статистическая обработка большого массива архивных документов, главным образом, полковых и корпусных рапортов.

Для того, чтобы быть уверенным в положительном результате, надо выяснить, существует ли достаточно полный комплект документов, способный восполнить недостатки опубликованных армейских и корпусных ведомостей потерь. В противном случае, Львову придется восполнять пробелы расчетами. Если пробелы составят более трети состава армии, погрешность вычислений итоговой цифры серьезно превысит допустимую в статистике норму в 3%. Между тем, крупнейший знаток месячных рапортов и формулярных списков Н. П. Поликарпов, говоря о трудностях подготовки публикации данных о потерях при Бородино, утверждал: «В Московском отделении архива [Главного штаба] имеются сведения о потерях далеко не всех частей"47. По нашим данным, в архиве (РГВИА) отсутствуют месячные рапорты или за 1812 год, или.

46 См. Ивченко Л. Л. Актуальные вопросы изучения Бородинского сражения в современной историографии // Бородино и наполеоновские войны. Материалы международной научной конференции посвященной 190-летию Бородинского сражения (Бородино, 9−11 сентября 2002 г), -М., 2003. С. 20- Целорунго Д. Г. К вопросу о потерях русской армии в Бородинском сражении //Бородино и наполеоновские войны, битвы поля сражений, мемориалы Материалы научной конференции Отечественная война 1812 года. Источники. Памятники. Проблемы. Бородино, 2003. С. 33.

47 Поликарпов Н. П. Боевой календарь — ежедневник Отечественной войны 1812 года // Труды Московского отделения Императорского Русского военно-исторического общества (далее — МО ИРВИО), Т.4, Ч. 1. -М., 1912. С. 523. за август 1812 г. более чем у трети пожов — участников сражения. В имеющихся списках больные и раненые, как при Бородине, так и в других боях, произошедших в августе, перечислены вперемежку. Кроме того, численность пожов искажена из-за отсутствия данных о времени зачисления в строй молодых солдат из корпуса М. А. Милорадовича и прикомандированных ратников. Понятно, что потери этих категорий бойцов в подсчет не могли войти. В месячных рапортах часто практиковалась задержка с исключением погибших из списков на несколько недель. В этом случае в вышестоящих штабах накапливалась информация, включающая «мертвые души», что искажало потери и численность пожов после боя. Перечень недостатков пожовых рапортов делает хорошую идею Львова неисполнимой. ,.

Д. Г. Целорунго предложил вернуться к методу расчета потерь, отталкиваясь от полученных эмпирическим путем на основании опыта предыдущих войн несколько внутренних соотношений. В нашей стране этот метод военной статистики использовал Б. Ц. Урланис. При явном недостатке в распоряжении историков строевых ведомостей, этот метод позволяет с определенной погрешностью дать примерную оценку численности и потерь войск. Он также позволяет проанализировать сложившиеся в историографии общие оценки потерь и рассчитать некоторые их виды. Эти соотношения суть следующие:

— соотношение убитых и раненых в сражениях войн середины XVII в. По мере прогресса военной медицины данное соотношение выросло от 1: 1,5 до 1: 3,5 на начало XIX века48. Летальность среди раненых составляла 10%.;

— соотношение между численностью и потерями офицеров и солдат довольно устойчиво и соответствует 1:30.

Поскольку лучше всего в архивах сохраняются списки офицеров, то, имея списки потерь погибших и раненых офицеров, при отсутствии других источников, допустимо делать экстраполяцию соотношений на нижних чинов. Подобная ситуация возникла с потерями армии Наполеона в России, когда погибли многие документы.

48 См. Урланис Б. Ц. История военных потерь. -СПб., 1994. С. 68,70,79,466.

Проверка данных соотношений на примере потерь русских войск в 1812 г. говорит о достаточно большом разбросе показателей, как между сражениями, так и между соединениями, сражавшихся вместе 49. Коэффицент между убитыми к общим потерям в рассмотренных нами сражениях самый стабильный из всех — от 1: 3,4 до 1:3,8. Поэтому, при наличии сомнений в истинности данных о пропавших без вести, надежней принять число убитых, исходя из коэффицента 3,5 к общим потерям. Колебания соотношений между убитыми и пропавшими без вести в очень большой степени зависят от того, отступила армия или осталась на поле боя. Как видим из приложения № 6, колебания коэффицента происходят в пределах от 1: 2 до 1: 6.

В каждом сражении заметно, что процент раненых среди офицеров вдвое выше, чем среди нижних чинов. Б. Ц Урланис,', изучавшие многие войны, ничего не говорит об этой странной закономерности. Соотношение по категориям убитых и раненых среди офицеров и рядовых от сражения к сражению в 1812 г. колеблется от 1:2,5 до 1:7. Столь сильно «плавающий» коэффицент приводит к погрешности вычислений в десятки процентов.

Анализ внутренних соотношений потерь на примере боев 1812 г. показал, при наличии в распоряжении исследователя, хотя и неполных и неточных, строевых рапортов о потерях армий, корпусов, дивизий и полков, прибегать к использованию внутренних соотношений следует в последнюю очередь, когда исчерпаны возможности документов.

Гораздо меньшую погрешность, не превышающую допустимую в статистических расчетах величину 3%, на наш взгляд, дает метод перепроверки и уточнения потерь с помощью строевых рапортов. Для этого необходимо установить разность численности армии до и после сражения с поправкой на неучтенные части и категории воинских чинов. Последние (обычно 10−15% от состава армии) могут быть реконструированы путем замены неизвестной.

49 См. Урланис Б. Ц. Указ. соч. С. 77- Приложение № 6. величины на произведение средней по соединению численности батальона или эскадрона на число неучтенных частей.

Говоря о численности Главной армии на момент перехода в контрнаступление, АИМихайловский-Данилевский и М. И. Богданович указали в регулярных войсках 97 тыс. чел. В данное число не вошли казаки и большая часть ополчения.

В историографии пока еще нет осмысления столь важного для истории Отечественной войны 1812 г. события, как прибытие с Дона в начале октября л дополнительно 15 тыс. донских казаков. Как правило, оценка общего количества казаков при Главной армии или не дается вовсе, или не превышает 10 тыс. чел.50 В дейсвительности оно достигло 24 тысяч всадников. Русская армия приобрела подавляющее превосходство на флангах и в тылу противника. В такой ситуации французы не могли сойти в сторону от большой дороги, не рискуя быть' рассеянными в разные стороны. Кроме того, на подходе к армии были два десятка полков с Украины, от населения Поволжья и Оренбургской губернии.

Единственный автор, который подсчитал общее количество пополнения и потерь за всю кампанию 1812 г. был М.И. Богданович51. Но его сведения не получили распространения в историографии. П. А. Жилин и Л. Г. Бескровный указывали на создание стратегических резервов как одну из главных причин победы русской армии в 1812 году. Однако, данный тезис не был детализирован и подкреплен аргументами. Многие факты по использованию рекрутских полков и ополчений ему противоречили.

Историографический анализ позволяет сделать вывод об отсутствии в науке комплексного исследования комплектования, численности и потерь сухопутных сил Российской империи накануне и в ходе Отечественной войны 1812 г.

50 См. Михневич Н. П. Отечественная война 1812 г.// История русской армии. 1812 — 1864 годы. -СПб.: ООО «Изд-во «Полигон», 2003. С. 28.

51 См. приложение № 5.

52 См. Бескровный Л. Г. Отечественная война 1812 года. -М., 1962. С. 1- Жилин П. А. Отечественная война 1812 года. -М., 1988. С. 213.

Объектом исследования являются деятельность органов власти и военного командования по совершенствованию комплектования сухопутных сил России, процессы прибыли и убыли личного состава, практика ведения строевой отчетности штабными офицерами.

Предметом исследования являются Сухопутные силы в целомсистема комплектования, система учета личного состава, численность, многочисленные комплексы строевых рапортов, ведомостей и табелей, ведомости о потерях, отложившиеся в фондах Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА).

Начальной точкой хронологических рамок исследования должны служить итоги мероприятий по реорганизации и усилению сухопутных войск в 1811 г. Исследуемый период мы ограничиваем декабрем 1812 г. — временем изгнания захватчиков из России. Последующий заграничный период по проблематике содержания и сложности изучения .не уступает Отечественной войне 1812 г. и сильно отличается от нее. Поэтому целесообразнее эту тему изучать отдельно.

Источниковая база исследования. Источниковая база отечественной историографии XIX века по теме исследования была весьма узкой. Причины трудностей поиска достоверной информации о состоянии воинских формирований следующие:

1. Ввиду постоянных маршей, частых командировок множества людей, штабы частей часто не имели возможности собрать в полном объеме сведения, обязательные для строевых рапортов. Достаточно полные комплекты строевых рапортов сохранились лишь от 2-го и 3-го пехотных корпусов, а также от 1-й Западной армии за период до 6 октября 1812 г. Среди армейских приказов, многие посвящены напоминаниям, необходимости своевременно подавать рапорты;

2. Регулярность подачи строевых рапортов командными инстанциями, полнота и достоверность данных во многом зависела от добросовестности исполнителей, требовательности начальников и квалификации штабных чиновников. В жизни рапорты подавались далеко не регулярно. Рапорты от полков, которые обычно ежемесячно посылались в Инспекторский департамент Военного министерства во время походов поступали с опозданием на несколько месяцев. Полковая отчетность страдала от нежелания командиров своевременно показывать вышестоящим начальникам свои истинные материальные и людские потери в целях получения наград, скрытия непорядков в финансах полков.

М.Б. Барклай де Толли еще в майских 1812 г.'.приказах по армии требовал неукоснительно подавать рапорты через 10 дней, дежурный генерал 1-армии П. А Кикин 29 июля вновь писал, что рапорты неполны: в них отсутствуют сведения о находящихся в командировках53. 23 августа начальник штаба М. И. Кутузова потребовал срочной подачи отсутствовавших в рапортах сведений об убыли и пополнении корпусов за период июль — август54. В сентябре делопроизводство штаба было расстроено.

Штаб армии также не вовремя собирал и посылал строевые рапорты для руководства о своей работе. Об этом в сентябре писал государю М. Б. Барклай де Толли. Генерал-провиантмейстер В. С. Ланской 18 сентября написал Кутузову: «Я очень редко получаю приказы главнокомандующего и затем иногда не знаю о предметах, принадлежащих моему наблюдению"55. М. И. Кутузов, в свою очередь, в сентябре и позже добивался от М. И. Платова «понудить командиров полков представлять рапорты себе, а также армейским начальникам"56.

А. А. Аракчеев в письме от 26 августа выразил А. И. Горчакову от имени царя неудовольствие: «Его императорское величество не имеет со времени выезда из Вильны 10-ти дневных рапортов». А. И. Горчаков ответствовал: «В Инспекторский департамент они не поступали"57. 18 октября тот же.

53 См. РГВИА, Ф. 103, Оп. 3, Д. 38, Л. 2- Там же Д. 78. Л.68−69.

54 См. РГВИА, Ф. 103, Оп. 3, Д. 78. Л. 81.

55 См. РГВИА, Ф. 14 414, Оп. 10, Св.68, Д. 8, Ч. 7, Л. 31.

56 М. И. Кутузов. Сб. док. В 5-ти томах.Т. 4, Ч. 1. М.1954. С. 392.

57 См. РГВИА, Ф. 29, Оп. 1/153а, Св. 21, Д. 2951, Л.1.

А.И. Горчаков вновь писал Кутузову: «Не имея сведений о составе армии Вашей Светлости, прошу доставить расписание о полках и разных командах со армии по определенной форме». Кутузов дал вполне логичное объяснение: рапорты не собирались преднамеренно, чтобы войска не узнали о своей малочисленности59. 12 декабря дежурный генерал П. П. Коновницын обратился к подчиненным штабам по поводу неполноты сведений, собранных впервые после перехода в контрнаступление. В них недоставало сведений «о частях, находящихся в авангарде и отрядах, чтобы можно было видеть как расписание, так и число людей в них"60.

3. Как видим, издержки режима секретности сыграли негативную роль в сборе достоверной информации во время войны. Еще в апреле 1812 г. исполняющий обязанности военного министра А. И. Горчаков приказал директору Инспекторского департамента Гагарину содержать в совершенной тайне все сведения, особенно о потерях. В Петербурге только 3−4 лица, включая царя, имели доступ к итоговым табелям. В делопроизводстве военного ведомства и императорской канцелярии они, к сожалению, не сохранились. Несмотря на долгую работу сотрудников военного архива, собиравших по заданию Александра 1-го документы о войне 1812−1814 гг., они не были обнаружены. По окончании войны военное руководство продолжало беречь в тайне сводные данные о численности и потерях войск.

Возникновению ошибок способствовали суровые ограничения на афиширование недостатков военной машины России, которые существовали на протяжении многих десятилетий. Спустя 100 лет, для доступа к документам, по-прежнему требовалось разрешение высших военных чиновников страны.

58 См. РГВИА, Ф. 103, Оп. 209а, Св. 18, Д. 1, Л. 22.

59 См. М. И. Кутузов. Сб. док. В 5-ти тт. 4,. Ч. 2. -М&bdquo- 1955. С. 552.

60 См. РГВИА, Ф. 103, Оп. 3, Д. 34. Л. 11.

5. Не способствовали введению в научный оборот слабая архивно-техническая документов, научно-справочный аппарат был также далек от совершенства, особенно в первые десятилетия после войны.

Исследователи Б. М. Колюбакин и А. А. Скугаревский накануне столетнего юбилея войны выражали сильное 'недовольство трудностями розысков в архивах документов, применительно к войне 1812 года в целом61. Историки XIX века приводили свои оценки, ссылаясь только на название документа или на недействующий архивный шифр. Поиски таких документов связаны с большими затратами времени или не представляются возможными.

Таковы причины, по которым историки не имели возможности найти нужные им показатели. Так, М. И. Богданович, рассматривая численность 1-й Западной армии на начало военных действий, избрал оценку К. Ф. Толя (110 тыс. чел.), не аргументируя свой выбор. Та позиция А.И. Михайловского-Данилевского (127 тыс. чел.) была подкреплена табелями и ведомостями, поступавшими в Военное министерство накануне войны. Так же, без объяснений, М. И. Богданович принял оценку численности регулярных сил, данную К. Ф. Толем (103 тыс. чел.), а не А.И. Михайловским-Данилевским (113 тыс. чел.), отталкивавшегося от армейских строевых рапортов за 17 августа. Спор историков идет и поныне.

На основе выявленных недостатков, автор ставит целью провести комплексное исследование системы комплектования сухопутных сил, системы резервов ополчений, системы учета и восполнения потерь.

Изучение цифровых данных, имеющихся в историографии, показывает, что устранение противоречий в оценках историков требует специального исследования. Только большой массив рапортов, связанных между собой по времени и месту образования, позволит выявить и устранить ошибки в ведомостях, восстановить недостающие данные.

61 См. Труды Императорского военно-историческогообщества Т. 5, Ч. 1, Кн. 1 / Составитель Б. М. Колюбакин. -СПБ., 1912. Предисловие C. III-VIСкугаревский А. А. Бородино. -СПб., б.г. Приложение 7. С. 111.

Для достижения целей исследования и мы ставим следующие задачи:

1. Изучить состояние сухопутных сил в целом, отдельных армий и корпусов накануне и на протяжении всей войны.

2. Проанализировать весь комплекс строевых рапортов не только армий, но и корпусов, дивизий и полков.

3. Показать наращивание сил действующей армии за счет ускоренного обучения рекрутов путем использования больших масс, возвращающихся в строй отставших и выздоровевших, с помощью системы большой резервной армии.

4. Показать убыль войск по боевым и небоевым причинам как непрерывный, прогнозируемый процесс.

5. Определить число раненых, возвратившихся в строй после излечения.

6. Обосновать применения метода реконструкции недостающих цифровых данных на основе анализа и сравнения данных и использования графических методов расчета.

7. Вывести исторические уроки и дать практические рекомендации. Теоретико-методологической основой исследования является диалекгакоматериалистическая теория познания, принципы историзма и объективности.

Диссертант опирался на следующие методы: общенаучные — логический и исторический, математический — системного анализа, графической проверки, специально-исторические — проблемно-хронологический, метод сопоставления 1 исторических документов. С их помощью автор выполнил следующую работу: установил внутренние закономерности комплектования (максимальное использование ресурсов рекрутской системы, сбережение личного состава, создание самостоятельной инфраструктуры тыла для организации сопротивления), установил закономерности изменения численности сухопутных войск в целом и отдельных соединениях, которые подтверждаются кривыми на графиках изменения численности войск 1 и 2 Западных армий, установил наличие твердого и последовательного курса или плана в распоряжениях высшего военного руководства России, сгруппировал данные источников в аналитических таблицах, сформулировал выводы и уроки, вытекающие из исследования.

Основная часть источниковой базы исследования (помимо опубликованных документов) за 1811- 1812 годы отложилась в Российском государственном военно-историческом архиве (далее РГВИА), объединившем собрания бывшего Лефортовского и Военно — ученого архива (ВУА) XIX века. Основная масса архивных документов о формировании, состоянии и передвижении войск концентрируется в более чем v.

1000 дел РГВИА, в коллекции Военно-ученого архива ВУА (Ф. 846, 474) коллекции формулярных списков частей за 1812 — 1815 гг. (Ф. 489), в фондах учреждений Военного министерства (Ф. 1, 29, 395, 396 и др.), штабов армий (РГВИА, Ф. 14 414, 14 671), личных фондах генералов М.Б. Барклая-де-Толли (Ф. 103), Ф. Ф. Эртеля (Ф. 49), Д. И. Лобанова-Ростовского (Ф. 125), Н. Ю. Урусова (Ф. 136), А. А. Клейнмихеля (Ф. 138), А. А. Аракчеева (Ф. 154), Л. Л. Беннигсена (Ф. 215), Д/ П. Бутурлина (Ф. 204), П. В. Чичагова (Ф. 263), военно-походной канцелярии е. и. в. (РГИА, Ф. 1409) и др. Лишь часть использованных документов была сгруппирована в дела по тематическому ч признаку, остальные рассеяны по сотням архивных единиц хранения.

Динамика развития сухопутных сил может быть рассмотрена на основе ежегодных табелей сухопутных сил империи за 1805 — 1811 годы, материалов о рекрутских наборах62. В фондах инспекторской экспедиции, преобразованной в марте 1812 г. в инспекторский департамент Военного министерства, и канцелярии Военного министерства отложилось большое количество документов по комплектованию, формированию и перегруппировке войск63. На.

62 См. Табели состояния сухопутных войск России за 1804-, 1811// РГВИА Ф. 11, Оп. 3, Д. 377,408,460,488,507,531,584,585- Рекрутские наборы//РГИА, Ф. 1164, Оп. Т. 16, Д. 1,29.

63 Донесения е.и. в. о движении армий, отрядов корпусов // РГВИА, Ф. 29, Оп. 1/ 153а, Св. 12, Ч. 16,19- Списки расформированных полков в 1812 — 1813 // РГВИА, Ф. 395, Оп. 306 /137, Св. 78, Д. 136. 4.1- Ведомости 2-й Западной армии и ее соединений, июнь-август // РГВИА, Ф. 846 (ВУА), Д. 3465, Ч. 4, Л. 109- Д. 3574- Об состоянии резервных бригад июнь-август 1812 г. // РГВИА, Ф.29,Оп. 1/ 153а, Св. 12, Д. 1363-Ф.29,Оп. 1/ 153а, Св. 170, Д.3−4-Ф. 29, Оп. 1/153а, Св. 174, Д. 593- Св. 175, Ч. 5-. Ф. 49, Оп. 211, Св. 21, Д 408,411- РГВИА, Ф. 46, Оп. 2/1866, Св. 34, Д 8, Оп. .2, Д. 56,57- О полках сформированных А. А. Клейнмихелем, 30.6 — 30.08.1812 // РГВИА, Ф. 395, Оп. 138, Д. 62- Об состоянии резервных бригад июнь-август 1812 г.//РГВИА, Ф. 29, Оп. 1/ их основе составлялись табели и сводные ведомости, характеризующие состояние всех русских вооруженных сил. В фонде 395 Инспекторского I департамента сохранился весьма репрезентативный комплекс строевых рапортов и ведомостей армий, корпусов и отдельных частей, ранее неизвестных исследователям, анализ которых позволяет существенно прояснить картину изменения численности войск в 1812 году. Он содержит массив сводных ведомостей на основе 10-дневных строевых рапортов армий и соединений, практически не сохранившихся в фондах соответствующих воинских формирований64. Данный массив документов представляет собой сводку информации о составе, штатной, списочной и наличной численности соединений в течение первой половины 1812 года. Информация за вторую половину года I относится только к частям, дислоцированных вне театра военных действий.

Основными источниками работы стали многочисленные строевые ч рапорты из действующей армии, отложившиеся в фондах Российского государственного военно — исторического архива (РГВИА): М. Б. Барклая де Толли, ряда государственных и военных деятелей (Фф. 103, 49, 125, 136, 138, 154,), в коллекции ВУА по Отечественной войне 1812 г. (Ф. 846 и 474), щтабов армий, соединений, частей (Ф. 489, 14 414, 14 671, 489) и других фондах65.

153а, Св. 12, Д. 1363 -Ф.29,Оп. 1/ 153а, Св. 170, Д 34-Ф. 29, Оп. 1/ 153а, Св. 174, Д. 593- Св. 175, Ч.5-.Ф.49,Оп. 211, Св.21,Д.408,411-РГВИА, Ф.46,Оп. 2/1866,Св.34, Д. 8, Оп. 2, Д. 56,57- О полках сформированных А. А. Клейнмихелем, 30.6−30.08.1812 // РГВИА, Ф. 395, Оп. 138, Д. 62- О казачьих войсках находившихся на службе в 1810—1813 гг. // РГВИА, Ф. 395, Оп. 307/ 137, Св. 80, Д. 138- Ф. 395, Оп. 304 / 135, Св. 4, Д. 528- О составе Резервной армии, 1813 г. // РГВИА, Ф. 395, Оп. 306 /137, Св. 78, Д. 149- Ведомости ополчений на конец 1813 г.// РГВИА, Ф. 395, Оп. 306/137, Св. 87,4.6- Д. 2, J1.35−40- Ф. 846 (ВУА), Д 491- Д. 3465, Ч. 8- Ф. 14 414, Оп. 10/291, Ca 68, Д 13, Ч. 8- Ч. 10- Ч. 11- Св. 68, Д. 13, Ч. 3−5- Ч. 14- О казачьих войсках находившихся на службе в 1810 — 1813 гг. // РГВИА, Ф. 395, Оп. 307/ 137, Св. 80, Д. 138- Ф. 395, Оп. 304 / 135, Св. 4, Д. 528- О составе Резервной армии, 1813 г. // РГВИА, Ф. 395, Оп. 306 /137, Св. 78, Д. 149- Ведомости ополчений на конец 1813 г. // РГВИА, Ф. 395, Оп. 306 /137, Св. 87, Ч. 6- Д 2, Л. 35—40;

64 См. Ведомости о состоянии соединений за мартиюль 1812 г. //РГВИА, Ф. 395, Оп. 306 /137, Св. 76, Д. 1,2- Сведения о войсках внугри России, 1812 -1813 г. //РГВИА, Ф. 395, Оп. 306/137, Св. 78, Дц. 87,94.

65 РГВИА, Ф. 103, Оп. 3, Д. 852, Л. 1−69. Ф. 154 (Аракчеев), Оп.1, Д. 84, Л.1−21-Ф.474, Д 96, ЛЛ. 1- 140, Д, 45, Л.1 — 16- Ф.29 (Канцелярия инспекторского департамента Воен. министерства), Оп. 153а, Св. 170, Ч. 1−3-. Ф. 29, Оп. 153а, Св. 174, Д. 593- Ф. 489 (Коллекция формулярных списков и месячных рапортов полков), Оп. 1, Дц.137 -3694. РГВИА, Ф. 49, Оп. 1/211, Д. 408.

В фондах инспекторской экспедиции (РГВИА, Ф. 11), преобразованной в марте 1812 г. в инспекторский департамент Военного министерства (РГВИА, Ф. 395), отложились месячные строевые рапорты полков. На их основе составлялись сводные ведомости, характеризующие состояние всех русских вооруженных сил. Эти ведомости, подавались на имя царя, некоторые из них сохранились в коллекции ВУА (РГВИА, Ф. 846). Нами были обнаружены беловые отпуски этих варианты, охватывающие период с'-1805 г. по январь 1812 г. 66 В них содержится достаточно полная и подробная информация на уровне родов войск, типов формирований, а в некоторых — на уровне отдельных соединений. Обработка сведений требовала времени и велась в отрыве от войсковых штабов. Поэтому при подсчётах иногда использовались устаревшие расписания войск, отчего возникали ошибки, которые, впрочем, вполне устранимы.

Полковые месячные рапорты за период 1812 -1815 гг. являются наиболее массовым источником67. Однако за 1812 год, особенно за июльдекабрь, сохранились далеко не все полковые рапорты. Журнал входящих бумаг инспекторского департамента свидетельствует, что во время Отечественной войны 1812 г. большинство полков действующей армии подавали рапорты крайне нерегулярно68. Многие сохранившиеся рапорты, относившиеся к разным месяцам, поступили в Военное министерство одновременно. Приводимые в них сведения, как правило, не были разделены по сражениям, а раненые часто показывались в сумме с больными. Будучи, фактически, отчетом о расходовании полковых сумм, месячные рапорты не всегда содержали верные сведения об утрате имущества, лошадей и людских потерях. Таким образом, полковые месячные рапорты, по сравнению с.

66 См. РГВИА, Ф. 11, Оп. 3, Д. 377,408,460,488, 507, 531, 584, 585.

67 См. РГВИА, ф. 489, Оп. 1. Дц. 31 — 1110 (пехотные полки) — Дц. 1121−1842 (гренадерские полки) — Дц. 1638,1663,1693,1740,1745,1832, (егерские полки), Дц. 2155 — 2486-(кавалерийские полки) Дц. 3114 — 3667 (казачьи полки).

68 См. РГВИА, Ф. 1, Оп. I, Д. 2453. * корпусными строевыми рапортами, являются недостаточно репрезентативным источником.

Данные вновь обнаруженных ведомостей о потерях частей и соединений, как правило, отличаются от них. Подтверждение цифр вторичного по своей природе источника весьма важно для подтверждения их соответствия историческим фактам. Однако, недостаток сведений, нанесенных на памятные доски Храма Христа Спасителя, заключается в том, что они получены путем многократного суммирования промежуточных итогов и не подкреплены ссылками на документы. г.

Большое количество донесений частей и соединений о потерях за всю кампанию было собрано в штабе Кутузова в конце войны, но, практически, не использовалась историками. Сведения этих документы или имеют большие отличия от данных рапортов, поданных в вышестоящие штабы непосредственно после боев, или оказываются единственными документами о потерях в относительно малых боевых делах. К ним примыкают ведомости, показывающие категории убылибольные, раненые, отставшие на марше, умершие и бежавшие.69 Не менее важной была публикация донесений военачальников на имя императора Александра 1-го, отложившихся в фонде архива канцелярии его императорского величества, ныне находящиеся в Российском государственном историческом архиве (Ф. 1409)70.

Материалы ряда других хранилищ: Российского государственного архива (РГАДА), Отдела письменных источников Государственного исторического музея (ОПИ ГИМ) — также содержат отдельные документы о состоянии русской армии, но они пока менее известны в научных кругах.

Строевые рапорты и ведомости войсковых срединений и армий, собранные в коллекции ВУА и фонде канцелярии императора Александра I, были опубликованы в сборниках документов, в которые вошли практически все.

69 См.РГВИА.Ф.103.0п. 3/209а.Св. 14. Д. 2. Там же, Д. 3- указанные архивные материалы по 1812 г. 71 Были осуществлены и тематические публикации документов, включавшие отдельные рапорты армий и соединений I из других фондов РГВИА и других архивов72.

В фондах штабов армий (РГВИА, Ф. 103, 14 414) имеются компактные массивы законченных и неоконченных ведомостей с данными о потерях войск в разных сражениях, пополнении, полученном в разные периоды войны, численности войск, в периоды, когда официальные документы в вышестоящие инстанции не отправлялись или подвергались значительной корректировке.

Трудности в использовании строевых ведомостей заключаются в том, что они часто были несопоставимы между собой. Регулярность подачи и подробности состояния нижестоящих частей и подразделений были разными.

Данные кратких (1- 3 дневных) ведомостей, содержат суммарные данные, которые невозможно, не имея ведомостей нижестоящих формирований, установить число учтенных частей. Выявление в них арифметических ошибок, по сравнению с подробными рапортами, весьма затруднено. 10-ти дневные и месячные строевые рапорты часто подавались с большими задержками в времени и были неполными, ввиду нахождения частей в «отрядах». В них не указывается число учтенных частей, численность артиллерии и казаков.

Ввод в научный оборот ранее неизвестного комплекса материалов о численности и потерях соединений позволяет. составить единую картину I изменения численности соединений и армий' обнаружить пробелы в статистических данных и разработать пути реконструкции недостающих звеньев. Решение проблемы сопоставимости статистических данных возможно при наличии достаточно подробных статистических данных о составных элементах численности войск. Расхождение цифр о численности войск России на западной границе и на моменты основных сражений в историографии.

7П.

См. Отечественная война 1§ 12 г. Материалы Военно-ученого архива. -СПБ., 1900—1914. Т.1—21, — Сборник исторических материалов, извлеченных из архива собственной Е.И.В. канцелярии. Вып. 1—3 и 14. -СПБ., 1876—1914;

71 См. РГВИА, Ф. 11, Оп. 3, Д. 377,480,530, 554,584.

72 См.: М. И. Кутузов. Сб. док.:в 5 т.Т. 4, Ч. 1. -М., 1954; Ч. 2″ -М., 1955. связано, на наш взгляд, в основном, именно с этим. Ошибки, происходящие в силу недостатка информации, могут быть преодолены путем опубликования полных текстов табелей и обобщающих ведомостей, что частично сделано в данной работе.

Важной проблемой для историков является выработка единой методики подсчета. Учет войск имел три разновидности: по штату, по списку и состоящих налицо, кроме того, существовало понятие «состояло на довольствии». Проще всего пользоваться данными о медленно менявшейся штатной численности войск. В то же время, эти цифры дальше всех отстоят от реального положения вещей. Списочная численность отличается от штатной численности на величину некомплекта, возникшего от безвозвратных потерь. Счет войск, состоявших налицо наиболее точно отражал действительность. Наличное число войск уступает списочному составу на число находящихся вне строя, прежде всего, больных и откомандированных. К сожалению, ведомости имели разную степень обобщения. Чаш£ всего учитывались только чины, находившиеся в строю (кроме музыкантов). Гораздо реже к ним добавлялись нестроевые чины и строевые лошади. После всего сказанного становится понятна причина больших расхождений цифр у разных авторов. Камень преткновения заключается в несопоставимости учета личного состава по отдельным категориям.

Суммируя вышесказанное, можно сделать вывод о том, что преодоление всех трудностей, связанных с несовершенством делопроизводства, не может быть достигнуто простыми способами, скажем, суммированием данных полковых рапортов. Требуется прибегать к сложным способам реконструкции численности войск. Отсюда неизбежны споры исследователей.

Научная новизна исследования состоит в следующем. Во-первых, на базе основополагающих принципов исторической науки всесторонне и комплексно исследована крупная самостоятельная проблема — комплектование, численность и.

Народное ополчение в Отечественной войне 1812 г. Сб. док. -М., 1962. потери сухопутных войск, армий и соединений, которая рассматривается как замкнутая система взаимосвязанных параметров, позволяющая реконструировать ее недостающие элементы.

Во-вторых, на основе вновь привлеченных документов рассматриваются различные аспекты комплектования войск накануне войны, показана подготовка к самому тяжелому варианту хода войны.

В-третьих, впервые показана подготовка и работа инфраструктуры по формированию регулярных резервов и ополчений, получивших название «вторая стена» Отечества. Данные мероприятия не могли быть осуществлены спонтанно и служат доказательством предвидения российским командованием ситуаций национальной войны в глубине своей территории. Мероприятия по мобилизации сил государства, вовлечение в войну широких масс народа — это показатель наличия у государства гораздо большего запаса прочности, чем предполагал Наполеон.

В-четвертых, на основе документов показывается масштаб регулярных сил, введенных на театр военных действий, которые выполняли необходимые для общего успеха функции второго эшелона — освоение второстепенных операционных направлений.

В-пятых, на основе документов показывается обстоятельства и масштабы боевых и небоевых потерь. Обосновывается оценка работы госпиталей по возврату раненых и больных в строй.

Научно-практическая значимость обусловлена, главным образом, реальной степенью приращения исторических знаний по вопросам комплектования, численности и потерям войск Российской армии. Обобщенные материалы исследования могут использоваться для написания учебных пособий по истории России XIX века.

Материалы диссертации, сделанные в нем обобщения и выводы, вносят определенный вклад в изучение деятельности государственных органов по поиску адекватного ответа на вызовы истории, по выбору правильного военнополитического направления движения, основанного на глубоком знании национального характера.

Апробация исследования и публикации по теме. Результаты проведенного исследования докладывались на всероссийских и международных конференциях, организованных в Бородинском-и Малоярославецком военноисторических музеях, получили отражение в следующих статьях и публикациях:

1 Комплектование, численность и потери русской армии в 1812 году // История СССР. 1987. № 4. С.120−139. 1,2 п. л.

2 Русская армия в 1805 — 1815 гг.// Военно-исторический журнал 1989. № 6. С. 64−65. 0,2 п. л.

3 Численность и потери русской армии в Бородинском сражении // Материалы научной конференции «Отечественная война 1812 года. Источники. Памятники. Проблемы. Бородино, 1993. С. 107−116. 0,7 п. л.

4 Калужская губерния — оплот «второй стены» Отечества в 1812 году // События Отечественной войны 1812 года на территории Калужской губернии. Малоярославец, 1993. С. 23−28. 0,4 п. л.

5 О численности и потерях русской армии в сражении при Малоярославце // М. И. Кутузов и русская армия на II этапе Отечественной войны 1812 года. Материалы научной конференции, посвяшенной 250-летию со дня рождения М. И. Кутузова. Малоярославец, 1995. С. 101−113. 0,5 п. л.

6 Организация спасения русских раненых в 1812 году и возврата их в строй // От Москвы до Парижа (1812−1814). Сб. трудов Малоярославецкого музея Отечественной войны 1812 года. Малоярославец, 1998. С. 104−120.0,7 п. л.

7 Москва в Отечественной войне 1812 года: «Чудный жребий» // Калужская губерния на II этапе Отечественной войны 1812 года. Проблемы изучения. Персоналии. Памятники. Малоярославец, 1998. С.31−45.0,6 п. л.

8 Об участии ополчений в Бородинском сражении // Бородинское поле. История. Культура. Экология. Вып. 2. С. 75−89. 0,7 п. л.

9 О противоречиях русского менталитета в войне 1812 года // Материалы научной конференции «Отечественной войны 1812 года в Калужской губернии и Российской провинции» 21 октября 2001 г. Малоярославец, 2001. С. 60−82. 1 п. л.

10 Шведов С. В. Ведомость о состоянии запасов Московского арсенала на 1 сентября 1812 года// Проблемы изучения истории Отечественной войны 1812 года. Материалы Всероссийской научной конференции. Саратов, Изд. Саратовского университета. 2002. С. 88 — 101.

Основные результаты анализа строевых рапортов корпусов приведены в приложениях № 23−33. Исходным материалом для них послужили таблицы с данными из строевых рапортов в приложениях № И, 16−19, 81, 83,85. Наиболее общее представление о наиболее вероятной численности войск дают графики (прил № 36- 45). Ниже приводится краткое описание перемен в численности в 1 и 2 Западных армиях и входивших в них соединениях.

1-я Западная армия в начале боевых действий имела без учета частей ушедших вместе с 1-м отдельным корпусом П. X. Витгенштейна, 52 полка пехоты (122 пех. бат-нов), 22 полка регулярной кавалерии (112 эскадронов) 16−17 казачьих полков43, 38,5 артиллерийских и инженерных рот, включая 1 роту донской казачьей артиллерии, — всего в строю находились 102,5 тыс. чел. (кроме того, в 1-й пех. корпусе — 24 тыс. чел.). Средняя численность 4-х ротных батальонов составила 564 чел. Несмотря на полученное 24−25 июля в Смоленске пополнение в 6−7 тыс. рекрутов44, в начале августа армия имела 90,5 тыс. чел. (в пех. батальонах — 527 чел.). При вступлении М. И. Кутузова в командование (18 августа) — около 66 тыс. чел. регулярных войск. Средняя численность батальонов — 380 чел. После получения 9855 рекрутов приве.

Показать весь текст
Заполнить форму текущей работой