Диплом, курсовая, контрольная работа
Помощь в написании студенческих работ

Действие исключительного режима управления в Российской империи

ДиссертацияПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

Работа Королевой Н. Г. «Первая российская революция и царизм. Совет министров России в 1905;1917 гг.» рассматривала деятельность высшего правительственного учреждения царской России — Совета министров. Направляя свое внимание на такие общие вопросы как — место исполнительной власти в системе реформированного государственного управления, основные направления г политики Совета министров в период… Читать ещё >

Содержание

  • Введение. Сс
  • Глава 1. Роль исключительного правового режима и чрезвычайного законодательства в укреплении основ самодержавного строя во второй половине XIX в. Сс
    • 1. 1. Социально-политическая обстановка в конце 70-х-80-е гг. в Российской империи. Сс

    1.2. Деятельность правительства по подготовке Положения «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия». Начало реализации Положения 14 августа 1881 г. исполнительной властью. Сс.51−75.

    1.3. Разработка Положения 12 марта 1882 г."0 полицейском надзоре" Министерством внутренних дел. Институт административной ссылки. Сс.75−95.

    1.4. Проблемы применения и продления Положения 14 августа 1881 г. в Российской империи в конце XIX в. Сс.95−116.

    Глава 2. Исключительный правовой режим на рубеже веков. Сс.117−214.

    2.1. Общественно-политический кризис начала XX в. Деятельность Особого совещания при МВД по пересмотру чрезвычайного законодательства. Сс.117−133.

    2.2. Применение исключительного правового режима в 1905—1907 гг. Сс.133−169.

    2.3. Конфликт демократических преобразований и политики чрезвычайных мероприятий в 1907—1917 гг. Сс.169−214.

Действие исключительного режима управления в Российской империи (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Актуальность исследования. Проблема обеспечения безопасности в обществе и государстве в настоящее время находит свое отражение в концепциях и исследованиях, подчеркивающих как научную, так и общественную значимость существующей проблемы. При этом, ключевая роль государства в ее решении определяется способностью данного института эффективно сдерживать и нейтрализовывать опасные факторы воздействия на социальную систему, количество которых динамично растет при переходе к глобальному обществу.

Исключительный правовой режим вводится и действует в случае дестабилизации политической обстановки и угрозы государственному строю. Однозначных определений исключительного режима управления в современной исторической и правовой науках не существует. Однако если на основе имеющихся дефиниций вывести общее понятие, то оно может приобрести следующий вид: комплекс чрезвычайных законов, методов управления, приемов и институтов, направленных на обеспечение государственной безопасности и общественного порядка. На определенных этапах развития любого государства данный режим способен выполнять значимые задачи. В связи с этим выявление специфики его функционирования позволит установить характер и степень воздействия на общество и регулирование политических процессов в стабильные и кризисные периоды.

Во второй половине XIX в. в связи с убийством императора Александра II царское правительство решало проблему укрепления самодержавной власти в России. С этой целью был введен исключительный правовой режим управления и чрезвычайные законы, основополагающим среди которых стало Положение 14 августа 1881 г. «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия». Применяемые на начальном этапе в качестве временных мер, они постепенно трансформировались в необходимый элемент политической системы самодержавия и процессов государственного управления Российской империей. Однако они не смогли предотвратить, буржуазно-демократических революций 1905;07 гг. и 1917 г. в стране, а также свержения монархического строя в России. Проследить как создавался и функционировал исключительный режим управления, с какой степенью эффективности действовали его институтыцель нашего диссертационного исследования. При этом, в отечественной историографии отсутствует комплексное историческое исследование исключительного режима управления в Российской империи на всем периоде его действия.

Объектом исследования является исключительный режим управления Российской империей в 1881—1917 гг.

Предметом исследования выступает история, создания. и функционирование исключительного режима.

Хронологические рамки, исследования' включают период с 1881 г. (времени смены политического курса и разработки основного правового* акта исключительного правового режима) по 1917 гг. (официальной отмены 16 июля 1917 г. Временным правительством положения 14 августа 1881 г.).

Территориальные рамки охватывают Российскую империю в.целом.

Степень изученности проблемы. Проблема исключительного правового режима как инструмента обеспечения государственной безопасности и способа защиты самодержавного строя являлась предметом внимания отечественных правоведов, историков, государственных деятелей, а также зарубежных исследователей.

Историографию проблемы условно можно разделить на три периода. Первый период 1881—1917 гг. — дореволюционные издания, в которых затрагивались правовые и политические аспекты действия исключительного режима. Второй период 1917 — 1990;е гг. — работы советских историков, где доминировала, критическая позиция по отношению к этому режиму, и характеризовали его как, меру по сохранению самодержавия в России. Третий период с 90-х гг. и по настоящее время — исследования современных авторов, Л оценивающие исключительный режим не только как правовое, но и как историческое явление, функционирующее в Российской империи с 1881—1917 гг.

В дореволюционных изданиях, прежде всего, следует отметить работу Лопухина A.A., который затронул проблему влияния чрезвычайных законов на деятельность политической полиции. Он считал, что одной из основных причин введения Положения 14 августа 1881 г. стало отсутствие регламентированных и организованных мер по противодействию революционному движению. После его введения юридические права политической полиции расширялись до такой степени, что на практике становились неограниченными. Увеличение влияния данного органа в системе государственного управления способствовало установлению политического контроля государства за любыми общественными инициативами: «Высочайше утвержденное 14 августа 1881 г. Положение Комитета министров о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия поставило все население России в зависимость от личного усмотрения чинов политической полиции"1. Вопрос, который поставил Лопухин, заключается в том, что после принятия Положения 14 августа 1881 г. политическая полиция и другие силовые структуры начинали занимать одну из наиболее значимых ролей в государственном управлении, так как от них зависело сохранение основ самодержавного строя и осуществление политического контроля в обществе. Однако дальше постановки вопроса автор не пошел, и оставил в стороне разработку специфики государственного управления в условиях расширения влияния силовых органов власти.

Работа правоведа Дерюжинского В. Ф. «Полицейское право в России» переиздавалась неоднократно в России до 1917 г. Автор проводил сравнительный анализ инструментов управления чрезвычайными ситуациями ' в различных странах, и делал вывод о том, что цель любых исключительных мер — сохранение существующего государственного порядка, который является главной обязанностью любого правительства. Дерюжинский отстаивал государственные интересы при использовании исключительных мер и полагал, что в кризисных.

1 Лопухин A.A. Настоящее и будущее русской полиции. М., 1907 г. С. 26. политических ситуациях нарушение индивидуальных прав и отступление от обычного порядка управления на основе гражданских законов допустимо и правомерно. Цель подобного отступления — обеспечение стабильности и безопасности института государства. Практика управления кризисными ситуациями в масштабах государства показывала, что, реализуя ее, администрация вынуждена ограничивать права граждан. Дерюжинский придерживался официальной версии введения Положения 14 августа 1881 г.: «Главным мотивом к составлению этого положения послужило то соображение, что «в изданных разновременно узаконениях для облегчения борьбы с крамолой, сущность и пределы полномочий административных начальств указаны не с достаточною, в сем отношении, определительностью"2. Таким образом, вопросы, поставленные автором работы, состояли в следующем: насколько необходимость защиты государственного строя допускает ограничение прав населения, в чем состоит специфика государственного управления в стабильных и кризисных ситуациях, какова правовая основа исключительного правового режима.

Особое место в историографии дореволюционного периода занимает позиция либеральной общественности, которая видела в Положении «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия» неспособность монархии управлять империей без исключительных мер. Либеральные силы, являясь наиболее активными проводниками инициатив по отмене чрезвычайных законов, занимались критикой исключительного правового режима. Идеолог русской либеральной мысли Милюков П. Н. в своих работах неоднократно затрагивал проблему имеющихся противоречий между гражданскими свободами, полученными обществом после Манифеста 17 октября 1905 г. и устоявшимися методами государственного управления, действовавшими по Положению 14 августа 1881 г. Отстаивая приоритет гражданских прав, он полагал, что реализация подобных прав затруднительна до тех пор, пока существуют чрезвычайные законы. В работе «Очерки по истории русской.

2 Дерюжинский В. Ф. Полицейское право. Пособие для студентов. Издание 2-е. СПб., 1908. С. 270. культуры" представлена следующая позиция: «После подавления революции, при Столыпине П. А., распоряжение было в той или иной форме распространено на все части империи, практически сводя на нет положения о гражданских правах, содержащихся в Октябрьском Манифесте, а затем — в законодательстве 1906 года"3. Таким образом, Милюков видел в Положении 14 августа 1881 г. источник нарушения правовых основ, сложившихся после 1905;1906 гг.

Следующий представитель либерального течения — Струве П. Б. В своей статье за 1903 г. он отметил, что «действительная самобытность России по сравнению с прочим культурным миром заключалась «во всемогуществе политической полиции», которое стало сущностью русского самодержавия и как только будет упразднена эта основа режима, то самодержавие падет само по себе, кому-бы ни принадлежала сама самодержавная^ власть"4. Струве касался проблемы, затронутой еще Лопухиным, — политическая полиция являлась основным инструментом защиты государственного строя, проводником исключительного режима и атрибутом самодержавной власти. Распространение ее компетенций на многие сферы деятельности общества имело длительную историю. Законность подобной практики официально устанавливаласьв соответствии с Положением «О мерах к охранению государственного-порядка и общественного спокойствия», которое регламентировало и направляло деятельность политического розыска.

Гессен В.М. — юрист, также стоявший на либеральной позиции, в работе «Исключительное положение» исследовал причины и условия введения чрезвычайного законодательства как правового института. Проводя сравнительный анализ западных и российских законов, он акцентировал внимание на том, что самодержавные монархии Европы не имели постоянно действующих чрезвычайных законов, так как их обычные законы уже были достаточно жесткими. Россия же ввела такие меры, будучи абсолютной монархией, и таким образом усилила вдвойне власть монарха и самодержавной.

3 Милюков П. Н. Очерки по истории русской культуры, 6-е изд., СПб., 1909,1 С.216−217.

4 Струве П. Б. «Россия под надзором полиции» // Т.1, № 20/21 18 апреля / 1 мая 1903, С. 357. администрации над обществом. Хотя в 1905;1906 гг. были проведены преобразования, вводившие в обществе демократические принципы, они по-прежнему не гарантировали защиты прав подданных от произвола властей. Так же, как и Дерюжинский, Гессен отмечал, что основа исключительного правового режима — наделение расширенными полномочиями административной власти в целях защиты существующего политического строя: «Исключительное положение вводится для защиты государственного и общественного строя от угрожающих его существованию посягательств изнутри"5. В отличие от Дерюжинского, Гессен критически относился к правовому закреплению за администрацией расширенного объема полномочий, полагая, что постоянное административное давление вызывало не только кризис правосознания, но и являлось причиной оппозиционности общества. Следует отметить, что анализ юридических аспектов исключительного правого режима не утратил актуальности и в настоящее время. Однако работа не касалась ряда вопросов: как на практике государственный аппарат проводил политику исключительных мер, и почему применение исключительного положения с момента введения приняло постоянный характер. Позиция социал-демократов в отношении чрезвычайной политики и исключительного правового режима также представлена в дореволюционный период. В 1906 г. под псевдонимом Д.Г. выходит работа «О чрезвычайных законах (об усиленной и чрезвычайное и военном положении». Автор изначально ставил ряд проблем: в чем содержание исключительных законов, каковы последствия постоянного применения таких законов. На первый вопрос автор отвечает следующим образом: «Сущность исключительных законов заключается в том, что в той местности, где они применяются, отменяется в значительной степени или почти целиком общий порядок, и власть сосредотачивается в руках администрации (чиновничества). Таким образом, объявление местности на исключительном положении означает ни что иное, как усиление власти.

5 Гессен В. Исключительное положение. СПб., 1908. С. 124. чиновничества и уменьшение надзора за ними, а с другой стороны оно влечет за собой усиление ответственности за неисполнение тех обязанностей, которые им предписываются"6. Отвечая на второй вопрос, автор считал, что длительное применение чрезвычайных законов вызвало настойчивую потребность в российском обществе к изменению политического строя. Данная работа, проводя краткий анализ причин, содержания, последствий применения чрезвычайных законов не являлась научным исследованием в области права или истории. Это скорее публицистика, основной задачей которой являлась критика существующей государственной политики.

В 1917 г. выходит второе издание работы социал-демократа Федорова Б. Д. «Как защищалось самодержавие», которая носила также публицистический характер. Автор полагал, что основные способы защиты самодержавия и борьбы с революционным движением состояли в исключительных положениях, военно-полевых судах, смертных казнях и карательных экспедициях. Чрезвычайное, военное или исключительное положение, предоставляя администрации репрессивные методы в качестве законных, предельно расширяли права должностных лиц по отношению к населению, что являлось основой многих правонарушений. «Не менее ужасные преступления совершались на основании закона и именем закона. Убийства и насилия в таких случаях совершались открыто, и этими преступлениями открыто руководила сама власть через их прислужников. Преступления эти совершались в тех местностях России, которые правительство объявляло на положении усиленной и чрезвычайной охраны"7. Приходя к выводу о том, что только с помощью репрессивных методов правительству удавалось восстановить государственный порядок, в период революции, Федоров обвинял монархию в деструктивности проводимой политики.

Оценка Ленина В. И. являлась более обобщенной. Она сводилась к тому, что Положение 14 августа 1881 г. «О мерах к охранению государственного.

6 Д.Г. О чрезвычайных законах.(Об усиленной и чрезвычайной охране и военном положении). М., 1906. С. 8.

7 Федоров Б. Д. Как защищалось самодержавние. М., 1917. С. 18. порядка и общественного спокойствия" он называл «фактической конституцией» Российской империи. Такая оценка позволяла говорить об этом законе как основополагающем правовом акте с 1881—1917 гг., направленном на сохранение самодержавной власти. В работе «Три запроса», которая была написана в связи с претензиями либеральной фракции во главе с Милюковым на неправомерное продление Положения 14 августа 1881 г отмечается.: «Последний из запросов, которым посвящены настоящие заметки, был вопрос о «временных» правилах 14 августа 1881 г., т. е. о знаменитом положении об охране, возобновляемом неуклонно в течении тридцати лет и представляющем из себя фактическую российскую конституцию. Именно Положение 14 августа 1881 г., именно его тридцатилетний юбилей, именно его «своеобразная» «юридическая природа» доказывает, что между «существующей формой государственного строя» и приемами управления есть полнейшее соответствие, а вовсе не «противоречие"8. Трактовка, намеченная Лениным — это рассмотрение данного установления, как условия функционирования самодержавной государственной власти при Александре III и Николае II.

Ленинская оценка Положения стала фундаментальной для исторических исследований советского периода по данной проблеме. Развивая ее, советские историки активно привлекали архивный материал для обоснования тезиса о кризисе российского самодержавия и неизбежности социалистической революции. При этом, мнения представителей либеральной оппозиции и консервативных лиц учитывались лишь частично. Такие историки советской школы как Зайончковский П. А., Аврех А. Я. и другие, комплексно изучавшие российское самодержавие в конце XIXначале XX вв., полагали, что процесс свертывания буржуазно-демократических преобразований Александра II был вызван усилением революционного движения в стране и был направлен на ликвидацию этого движения.

Зайончковский в монографии «Кризис самодержавия на рубеже 1870 — 1880 гг.» в главе «Министерство Н.П.Игнатьева» рассматривал Положение «О мерах к.

8 Ленин В. И. Полное собрание сочинений. Издание 5-е. Т.21. С. 114 охранению государственного порядка и спокойствия" как одно из главных мероприятий, направленных на сохранение существующего монархического режима. По мнению автора, Положение пересматривало и согласовывало все существующие временные узаконения с тем, чтобы составить правила, максимально расширяющие полномочия полиции и администрации в борьбе с революционным движением. Получив «всероссийское распространение», данные меры были вызваны не столько размахом революционного движения, сколько опасностью распространения социалистической пропаганды. «Издание этого положения характеризовало не только кризис самодержавия, находившийся, кстати сказать, на ущербе, но и непрочность всей политической системы в целом"9. Данные выводы исходили из марксистско-ленинской парадигмы научного исследования, полагавшей, что революционные события' в России были неизбежны и исходили из кризиса самодержавной власти. Тем не менееанализ исторический условий и мероприятий по разработке Положения 14 августа 1881 г., являвшегося частью исключительного правового режима, предпринят Зайончковским на основе многочисленных архивных данных и оперирует объективными фактами.

В следующей работе — «Российское самодержавие в конце Х1гХ столетия» Зайончоковский приходил к выводу: политическая" реакция 80−90-х гг. определялась изменением законодательства и расширением прав административной власти на местах. Практика государственного управления в этот период существенно зависела от Положения.14 августа 1881 г: «Управление Российской империей в административно-полицейском отношении в значительной мере определялось Положением 14 августа 1881 г. «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия"10. Далее, Зайончковский упоминал о фактах административного произвола, связанных с введением чрезвычайного законодательства и приходил к выводу о том, что положение способствовало увеличению масштабов этого процесса.

9 Зайончковский П. А. Кризис самодержавия на рубеже 1870−1880-х гг. М., МГУ. 1964. С. 407.

10 Зайончковский П. А. Российское самодержавие в конце XIX столетия. М., 1970. С. 153.

Работа Королевой Н. Г. «Первая российская революция и царизм. Совет министров России в 1905;1917 гг.» рассматривала деятельность высшего правительственного учреждения царской России — Совета министров. Направляя свое внимание на такие общие вопросы как — место исполнительной власти в системе реформированного государственного управления, основные направления г политики Совета министров в период революции, автор затрагивает и вопросы чрезвычайной политики, проводимой на основе Положения 14 августа 1881 г., Положения 19 августа 1906 г. Полагая, что целью правительства в 1905;1907 гг. являлась не реализация конституционных принципов, а «обеспечение карательных мер, способных покончить с революционным выступлением народных масс"11, исследовательница считала, что в эти годы карательная политика получила максимальную реализацию. Ее нормативными основами стали Положение об охране, военное положение и ряд других чрезвычайных законов, а инициатором и проводником — Совет министров, представляемый Витте, а затем Столыпиным. «В годы революции Совет министров использовал максимально Положение 14 августа 1881 г. Правительство Витте и после издания манифеста 17 октября, в котором были обещаны «гражданские свободы», автоматически продлевало действие Положения 1881 г. и 1892 гг"12. Используя широкий массив архивных источников, статистические данные автор доказывал, что Совет министров, являясь ключевым органом государственного управления, проводил одновременно не только карательную, но реформаторскую политику, а это являлось свидетельством противоречий политического курса. Раскрывая проблему действия чрезвычайных законов в достаточно широком контексте, Королева считала, что они выражали одну из фундаментальных основ самодержавно-бюрократического политического строя. Тем самым, она также косвенно воспроизводит оценку, данную Лениным.

Коллектив авторов монографии «Кризис самодержавия в России (18 951 917гг.)», среди которых историки Ананьич Б. В., Дякин B.C. и другие, проводил t.

11 Королева Н. Г. Первая российская революция и царизм. Совет министров в 1905;1907 гг. М., 1982. С. 59.

12 Там же. С.60−61. V исследование внутренней политики самодержавия в конце XIXначале XX вв. Утверждая, что в основе кризиса лежали экономические, политические, социальные противоречия, авторы считали, что их обострение связано с кризисом j управленческого аппарата самодержавной власти и самого самодержавия как формы правления. Анализируя политику самодержавия в указанный период, исследователи только частично затрагивали проблему чрезвычайного законодательства, считая его регулярное использования свидетельством кризиса государственного управления. «Оказавшись поставленным перед необходимостью сосуществовать с общенациональным представительством, царизм с самого начала стремился. сохранить в неприкосновенности как систему и методы управления в центре и наместах, так и «юридическое» основание всевластия бюрократии — Положения об усиленной охране 1881 г"13. Тем не менее, работа интересна как комплексное исследование внутренней политики Российской империи с 1895 по 1917 гг.

Монография Полянского H.H. «Царские суды в борьбе с революцией 19 051 907 гг.» давала характеристику деятельности одного из важнейших частей репрессивного аппарата — царских военных судов в период революции 1905;1907 гг., когда они широко использовались как орудие силового принуждения и подавления общественных выступлений. В данном исследовании внимание направлено на анализ законодательства и его соотношение с юридической практикой. Автор полагал, что Положение 14 августа 1881 г стало основанием для деятельности военной юстиции в период революции 1905;1907 гг. и. Также ! данный нормативный акт долгое время служил инструментом административного воздействия на оппозиционные настроения масс: «.главным источником ! подсудности военным судам лиц гражданского ведомства стало «Положение о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия». Это положение было порождением паники, вызванной террористической.

13 Ананьич Б. В, Ганелин Р. Ш., Дубенцов Б. Б, Дякин B.C., Потолов С. И. Кризис самодержавия в России 1895−1917 гг. Л., 1984. С. 652. деятельностью народовольцев, завершившейся после ряда неудач убийством Александра II"'4.

Отличие действий военной юстиции от действий по Положению 14 августа было то, что для приговора военного суда требовались доказательства, а сажать в тюрьму и осуществлять высылку, ссылаясь на Положение, можно было и без доказательств, по одному только подозрению. Особенностью его явилось то, что: «При этом подозреваемого «не наказывали» за преступление, которое могло и не быть совершено, а только подвергали «административному воздействию» для предупреждения и пресечения возможности совершения преступления. Но.

Административное воздействие" было поставлено, и не могло быть поставлено, без риска утраты законодательством даже видимости «цивилизованности» в известные рамки. Мы видим, насколько широки были меры «административного воздействия» по Положению 14 августа 1881 г., которые фактически сводили! на нет действие гражданского законодательства, когда! речь-вставала о пресечении политических преступлений"15. Далее, Полянский приходил к выводу: «Такие меры репрессии, явно бессильные остановить поток революционного движения, перестали удовлетворять правительство"16. Тот факт, что объемы репрессий, которые следовали по Положению 14 августа 1881 г. не могли предотвратить потока революционного движения иперестали удовлетворять правительство говорит о том, что исключительный правовой режим, созданный чрезвычайными законами, становился все менее эффективным, особенно в условиях активного революционного движения в 1905;1907 гг.

Значимыми исследованиями являлись монографии Авреха, А .Я!17, в которых исследовалась эволюция самодержавного политического строя в* начале XX в. В рамках этой проблемы он ставил вопрос о предпосылках революций в России и приходил к выводу о том, что реформистский путь не был реализован в.

14 Полянский H.H. Царские суды в борьбе с революцией 190−1907 гг. М., 1964. С. 12.

15 Там же. С.8−9.

16 Там же.

17 Аврех А. Я. Царизм и IV Дума, 1912;1914. М., 1981; Распад Третьеиюньской системы. М., 1985; Царизм накануне свержения. М., 1989.

России в период реформ Столыпин, поскольку преобразования в экономической сфере проводились без преобразований в политической. Революция же оказалась способом смены самодержавного политического строя и разрешения сложившихся противоречий.

В советской историографии был разработан ряд вопросов, связанных с функционированием исключительного режима и Положения 14 августа 1881 г. Они касались применения военного судопроизводства, административной ссылкитакже имелся вывод о том, что одной из причин кризиса государственного управления в период самодержавия стало регулярное применение чрезвычайных законов.

После смены политической системы в 90-е гг. XX в. происходил пересмотр оценок многих исторических фактов и процессов. Не только историки, но и политологи, социологи изучали специфику российской государственности. Попытка комплексно рассмотреть многие исторические процессы через призму системного подхода без идеологических предпосылок дала возможность объективно взглянуть на ряд исторических фактов.

В курсе «Истории государства и права России» Стешенко JI.A. и Шамба Т. М. рассматривают Положение 14 августа 1881 г. как отправную точку контрреформ в период правления Александра III. «В августе 1881 г. было принято Положение «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия», предусматривающее введение чрезвычайного положения и ограничения прав, применение карательно-репрессивных мер"'8. Данный тезис подтверждает оценку советской историографии о том, что положение 14 августа узаконило репрессивную политику самодержавной власти путем расширения в сфере управления функций административной власти.

Монографическая работа Курицына В. М. «Реформы государственного аппарата и развитие права России во второй половине XIX в.» исследует проблему эволюции органов государственного управления в контексте права.

18 Стешенко Л. А. Шамба Т.М.История государства и права. В 2 т. T.l. С. 603.

Автор уделяет внимание и положению 14 августа 1881 г. считая, что его «первым мероприятием по осуществлению нового курса"19.

На современном этапе идет планомерное исследование историками эпохи Российской империи. Среди современных работ можно отметить работу Перегудовой З. И. «Политический сыск России 1880- 1917гг.», в которой давалась оценка Положения 14 августа 1881 г. и сводится к следующей: «Положение 14 августа 1881 г. во многом определяло работу Департамента полиции и местных учреждений политического сыска"20. В данном тезисе отмечается его значение для организации и регламентации работы политической полиции. Именно оно вводило новую систему политического контроля государства в обществе, и роль Департамента полиции в осуществлении этого процесса оформлялась данным законом. Однако монография не затрагивает проблему сложившегося режима управления на основе Положения «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия» и органов политического сыска. Вопрос эффективности действий политической полиции на основе чрезвычайных законов представляет также научный интерес.

Современный правовед Александров О. Г., анализируя эволюцию института чрезвычайного законодательства в России в Х1Х-ХХ вв., рассматривал правовую основу действия ряда чрезвычайных законов, направленных на защиту государственного строя. Он приходил к выводу о том, что «чрезвычайные законы могли действовать (и действовали) достаточно продолжительное время и приобрели характер текущего законодательства со всеми вытекающими последствиями. Их отмена могла вызвать еще более сложную ситуацию, чем продолжение действия"21. Рассматривая в основном правовую сторону данной проблемы, Александров не исследовал вопроса о том, как постоянное действие.

19 Курицын В. М. Реформы государственного аппарата и развитие права России во второй половине XIX в.

М., 1996. С. 41.

20 Перегудова З. И. «Политический сыск России 1880- 1917гг.» М., 2000. С. 34.

21 Александров О. Г. Чрезвычайное законодательство в России во второй половине XIX — начале XX в.,.

Н.Новгород, 2000. С. 10. чрезвычайных законов отразилось на механизме государственного управления и процессах принятия решений по обеспечению государственной безопасности. Не затрагивался вопрос о влиянии чрезвычайного законодательства на самодержавный режим.

Янгол Н.Г. в монографии «Чрезвычайное законодательство и исключительные правовые режимы: история и современность» рассматривал вопросы возникновения, формирования и развития чрезвычайного законодательства, а также функционирующего на его основе исключительного правового режима. В работе автор провел комплексное теоретико-правовое исследование проблемы. В главе «Чрезвычайное законодательство и политика исключительных мероприятий в дореволюционной России» исследуются вопросы исключительного правового режима в Российской империи. Анализируя Положение «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия», Янгол приходил к выводу о том, что рассматривать его только как состоящее из положения' об усиленной и чрезвычайной охране проблематично, так как «в действительности количество исключительных положений, применяемых в России для борьбы с так называемой^ крамолой, было гораздо больше"22. По его мнению, введение дополнительных видов исключительных правовых режимов могло разрешитьсоздавшуюся проблему. В рамках Положения 14 августа 1881 г. действовали: 1) положение об усиленной и чрезвычайной охране, 2) исключительные меры по охране общественной безопасности, вводимые в местностях, не объявленных на исключительном положении, 3) военное и осадное положение, вводимое по усмотрению верховной власти не только в случаях внешней войны, но и в случаях внутренних волнений, 4) исключительные полномочия, предоставляемые местным административным властям особыми, как общими, так и сепаратными законами.

Авторская новация, разделяющая исключительный правовой режим на ряд чрезвычайных мероприятий, позволила более детально рассмотреть весь контекст.

22 Янгол Н. Г. Чрезвычайное законодательство и исключительные правовые режимы: история и современность. Спб 2000 С. 95 данного историко-правового явления. Положение об усиленной охране Янгол оценивал как «разновидность гражданской диктатуры"23, суть которой состоит в предельном ограничении прав подданных и расширении прав административной власти. Особенности управленческих функций административной власти состояли в том, что в период действия усиленной охраны они «приобретали полномочия двоякого рода — превентивного и репрессивного характера"24. Превентивные полномочия заключаются в отмене или приостановке гарантий личной свободы и неприкосновенности личности, устанавливаемых гражданскими законами. Репрессивные полномочия преследовали цель усиления и ускорения ответственности, как за совершение преступлений, так и за неисполнение обязанностей, возлагаемых исключительным положением на частных лиц. Однако следует отметить, что до объявления Манифеста 17 октября 1905 г. и введения поправок к основным законам Российской империи 1906 г. говорить о гражданских правах подданных не приходилось. Подданные полностью были подчинены решениям монарха и уполномоченных им должностных лиц, даже если они носили чрезвычайный и репрессивный характер. Положение чрезвычайной охраны Янгол также рассматривал как «особую форму гражданской, а не военной диктатуры"25, суть которой сводилась к повышению карательный санкций со стороны административной власти. По мнению автора, необходимость введения данного вида Положения была вызвана нарастанием революционного движения. При этом, не исследовались конкретные карательные действия царского правительства по отношению к данному движению. Анализируя результаты действия-Положения 14 августа 1881 г. Янгол ссылается на мнения Лопухина и Горбунова, которые сводятся к тому, что управление империей на основе постоянного применения чрезвычайных законов, особенно.

23 Там же.

24 Там же.

25 Там же. С. 97. после 1905 г., не давало возможности реформировать политический строй в России, что и становилось одной из причин его распада.

В 2001 г. под редакцией Черкесова В. В. вышла монография «Институт генерал-губернаторства и наместничества в российской империи». Это фундаментальное исследование посвящено анализу института генерал губернаторства в XVIII—XX вв. В контексте данной проблемы затрагивался вопрос о характере прав, предоставленных генерал-губернаторам в соответствии с Положением «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия». Ссылаясь на источники, авторы считали, что Положение 14 августа 1881 г. было издано с целью точного определения прав должностных лиц в чрезвычайных ситуациях, а также для того, «чтобы разработать единое положение о чрезвычайных мерах по борьбе с революционным движением"26. Следствием этого стало то, что предоставленные администрации права ограничили правовые институты 1864 г., и подчинили судебные органы административным. Однако законодательное оформление всевластия' администрации не остановило революционных процессов ни при Александре III, ни при Николае II. Значимой стороной монографического исследования является рассмотрение вопроса о характере правовых компетенций генерал-губернаторов в соответствии с Положением 14 августа 1881 г., но вопросы, связанные с практикой применения имеющихся компетенций не нашли отражения в данной монографии.

Западная историография также проявляла интерес к основам и специфике исключительного режима управления в России. В советский период на Западе изучение эпохи Александра III и Николая II было вызвано не только научными, но и идеологическими интересами. Предпринимались попытки обосновать идею тоталитарной государственности в России на основе исторических фактов. Американский исследователь Пайпс Р. написал в 1981 г. работу «Россия при старом режиме», где рассматривал Положение «О мерах к.

26 Институт генерал-губернаторства и наместничества в российской империи: В 2 т./ под общей редакцией Черкесова В. В. Т.1. Спб. 2001 С. 170. охранению государственного порядка и общественного спокойствия" как основу «полицейского государства», содержащего «ростки тоталитаризма», которое закладывало «организационный и юридический фундамент бюрократически-полицейского режима с тоталитарными обертонами, который пребывает в целостности и сохранности до сего времени"27. Пайпс, ориентируясь на установку тоталитарного развития российского государства, создал политизированную концепцию, используемую долгое время американскими историками в идеологическом противоборстве холодной войны. Некоторые тезисы этой концепции имеют интерес для рассмотрения такого явления как исключительный режим управления: «14 август 1881 г. Александр III узаконил своей подписью наиболее важный законодательный акт в истории императорской России между отменой крепостного права в 1861 г. и Октябрьским манифестом 1905 г. Этот документ, оказавшийся более долговечным, чем оба вышеупомянутых акта, кодифицировал и систематизировал проведенные в предыдущие годы репрессивные меры и сделался настоящей конституцией, по которой по сей день управляется Россия"28. Положение 14 августа 1881 г. позволило законодательно ввести систему политического контроля за обществом в виде исключительного правового режима, расширявшего права царской администрации с целью защиты самодержавного строя.

В 90-е гг. другой американский историк — Дейли Дж. предпринял попытку изучить необходимость введения ограничительных мер в условиях радикализации общества и террористической угрозы, подчеркивая «не столько репрессивный характер положения об охране, сколько неизбежный или даже необходимый его характер"29. Такая позиция диктовалась современными масштабами мирового терроризма, вставшей перед обществом на рубеже XX — нач. XXI в. Дейли находит зависимость между террористической деятельностью и введением Положения 14 августа 1881 г., которое позволило решить на.

27 Пайпс Р: Россия при старом режиме. М., 1993. С. 389.

28 Там же. С. 398.

29 Политический сыск в России история и современность. СПб, 1997//Дейли Да. Положение об охране.

14 августа 1881 г. и репрессивная политика императорской России С. 71. определенное время проблему борьбы с терроризмом. Как считает Дейли «Положение» 14 августа 1881 г. «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия» и созданный механизм исключительного режима управления: «.ограничил прерогативы, вверенные административным властям законодательными актами конца 80-хгг в разгаре террористической компании против императора Александра II"30. В этих условиях политический сыск брал на себя функцию координации исключительного режима.

Таким образом, историография проблемы функционирования исключительного правового режима, чрезвычайных законов и его институтов в государственном управлении представлена в работах досоветского, советского и постсоветского периода. Если суммировать различные оценки на протяжении трех периодов, то проблемное поле группируются по следующим направлениям. Первое, рассмотрение условий развития исключительного правового режима и действия его институтов. Второе, частичный анализ нормативно-правовой базы исключительного правового режима, основой которого стало Положение «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия», Положение «О полицейском надзоре», военное положение 1892 г. Третье, попытка изучения изменений структуры государственного управления, которые являлись следствием постоянного введения чрезвычайных законов и длительного использования исключительного правового режима. Четвертое, исследование функционирования отдельных институтов в рамках исключительного правового режима управления (военное судопроизводство, административная ссылка, полицейский надзор и т. д.). Пятое, рассмотрение данного режима управления как основы для защиты самодержавного политического строя.

Цель данного диссертационного исследования состоит в исследовании роли исключительного режима в управлении Российской империей в 1881—1917 гг.

Достижение поставленной цели предполагает решение следующих задач:

30 Там же. С. 71.

1) рассмотреть социально-политические условия и причины, способствующие введению и регулярному продлению исключительного правового режима;

2) проанализировать механизм принятия решений, процесс применения исключительного правового режима и его институтов в государственном управлении,.

3) исследовать функционирование исполнительных и законодательных органов власти, а также ряда персоналий, являвшихся сторонниками и противниками чрезвычайной политики;

4) определить последствия* применения исключительного" режима управления для государства и общества.

Источниковая^ база диссертационного исследования состоит из опубликованных и неопубликованных источников. К опубликованным источникам относятся материалы официального делопроизводства, архивные документы, периодические издания: К неопубликованным источникам* архивные материалы различных фондов.

Значимыми источниками являются опубликованные документы официального делопроизводства, изданные в дореволюционный, советский и современный периоды. Среди опубликованных документов дореволюционного периода следует выделить «Полное собрание законов Российской империи», содержащее расположенные в хронологическом порядке нормативно-правые акты. В данном случае использовалось третье собрание (незаконченное), состоящее из 33 томов и выходившее в Санкт Петербурге с 1885—1916 гг. В него вошли законы, с 1881 -1916 гг. по различным направлениям государственной политик. Исследователя интересовали правовые акты, на основе которых функционировал исключительный правовой режим и ег институтов. Этопрежде всего, высочайше утвержденное 14 августа 1881* г. общее Положение «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия», продлявшееся, до 1905 г. через три года, а затем каждый год. Являясь основополагающим правовым актом, на основе которого функционировала.

4 система государственной и общественной безопасности, оно дает возможность выявить механизм введения основных форм исключительного правового режима, установить распределение функций и полномочий между законодательными и исполнительными органами власти, определить права должностных лиц по обеспечению безопасности, рассмотреть процедуру использования отдельных институтов, например, административной ссылки, Также заслуживают внимания многочисленные императорские указы и постановления, изданные в порядке верховного управления, на основе которых объявлялась та или иная территория на положении исключительной, чрезвычайной или военной охраны. Они дают возможность установить динамику распространения исключительного правового режима с 1881 по 1917 гг., а также определить территории, являвшиеся зоной особого внимания со стороны администрации. Использованные как источники Положение «О полицейском надзоре» 12 февраля 1882 г., «О военно-полевых судах 19 августа 1906 г. И другие чрезвычайные законы дают возможность рассмотреть исключительный правовой режим как комплекс нормативно' правовых актов, институтов и методов управления. /.

Существенным источником являются «Материалы по пересмотру установленных для охраны государственного порядка исключительных законоположений», изданные в Санкт-Петербурге в 1905 г. Являвшиеся результатом деятельности правительственной комиссии, работавшей в 1904;1905 гг., над пересмотром чрезвычайного> законодательства, они содержат ряд разделов. Среди разделов выделяются «Исторический обзор мероприятий общего характера по охранению государственного порядка и общественного спокойствия, применявшихся в России в течение прошлого столетия», «Издание, разъяснение и дополнение положения о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия» и ряд других. Они позволяют исследовать > мероприятия правительства по введению и корректированию системы, а государственной и общественной безопасности с 1881—1905 гг., установить специфику действия чрезвычайных законов, и, самое главное, выявить проблемы, I связанные с постоянным применением, как исключительного правового режима, так и его институтов.

Ценным информативным источником дореволюционного периода являются «Стенографические отчеты Государственной Думы», опубликованные в Санкт-Петербурге в 1906;1917гг. Материалы, собранные в отчетах, детально отражают процесс работы парламента над выработкой законопроектов, выдвижением запросов, обсуждением правительственной политики. Анализ выступлений и докладов депутатов, а также представителей исполнительной власти позволил рассмотреть ряд значимых вопросов в контексте проблемы конфликта между конституционным строем и исключительным правовым режимом. Среди них: правомерность ежегодного продления Положения* 14 августа 1881 г. после 1906 г., характер противоречий между конституционными принципами и устоявшимися методами государственного управления, последствия использования институтов военного' судопроизводства и административной ссылки, позиции, представителей различных фракций, и правительства по поводу действия чрезвычайных законов. В* целом, отвечая на поставленные вопросы с помощью источника, возможно, проследить динамику конфликта между законодательной и исполнительной власти по поводу использования чрезвычайных законов как средства обеспечения государственной безопасности.

В качестве источника дореволюционного периода следует отметить материалы периодической печати, в частности газету «Право». Выданном издании регулярно публиковались списки областей, объявленный в положении усиленной или чрезвычайной охраны с 1904;1917 гг. Более ценными являются статьи, анализирующие государственную практику использования исключительного правового режима и его институтов. П. Калинин П. «По поводу усиленной охраны» (1904, № 48) критикует практику применения положения 14 августа 1881 г. на том основании, что она свидетельствует о крайних формах произвола со стороны администрации. «По современной практике это положение является страшным оружием в руках местной администрации, давая широкое поле для сведения личных счетов, мести, полного произвола и беззакония. Главный недостаток этого положения, существенное его зло заключается в том, что наиболее драгоценные блага человека свобода и неприкосновенность личности — всецело вверяются маленькому полицейскому чиновнику31. Маклаков В. «Смертная казнь и законность» (1905, № 34) полагает, что «Положение о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия» являлось основанием для применения смертной казни: «Принято считать, что если смертная казнь и назначается усмотрением власти, то это усмотрение все же законнооно основано на положении 14 августа 1881 г., на ненавистном всем временном «положении об охране», но в пределах его поступают законно. Практика оказалась хуже закона, и смертную казнь применяют у нас там, где никто не дает на это ни права, ни основания. Смертная казнь часто бывает у нас незаконна"32, Беренштам В. «Смертные казни» (1905, № 38) рассматривает противоречия практики военного судопроизводства, Зайденман Л. «Призыв военной силы для содействия гражданской власти» (1905, № 4) ставит вопрос о праве начальства на призыв и действие вооруженной силой, а также о пределах ответственности за допущенные нарушения, Тохчогло Н. «По поводу смертных приговоров военных судов (1905, № 52) высказывается о необходимости введения ограничений при применении военно-полевых судов. Набоков В. в статье «Скорострельные суды и «разъяснения» совета министров» (1906, № 41) анализируя циркуляр Совета министров от 6 сентября 1906 г., корректирующий применение положения 19 августа 1906 г., приходит к выводу о том, что «полномочия, предоставленные высочайшим повелением, не могут быть ни ограничены, ни изменены циркулярами Совета министров: гг. генерал-губернаторы это прекрасно понимают. Попытка циркуляра прикрыть истинный смысл актов 19 и 20 августа — на самом деле оказалась неудачной"33. Ставрогин В. «Закон 27 июня 1907 г. (1907, № 28) исследует поправки, принятые к военно.

31 Право. 1904. № 48. Стб.3304 — 3305.

32 Право. 1905. № 34. С. 2775.

33 Право. 1906. № 41. Стб. 3135. судебному уставу 27 июня 1907 г., считая их политической мерой. Горбунов В. в статье «Политика исключительных мероприятий» (1907, № № 43,45 46,) анализирует причины неэффективности чрезвычайной политики. Утверждая, что правовой основой применения исключительных мероприятий является положение 14 августа 1881 г., он признает неэффективность его, так как оно не выполнило своего назначения — нейтрализовать революционное движение. «Не оспаривается никем и тот факт, что все усилия правительства, направленные к искоренении «крамолы» не достигли своей цели"34. Следствием бесконтрольного использования исключительных мер стало то, что «законы все более и более заменялись ничем не стесняемым личным усмотрением генерал-губернаторов и губернаторов, а законность все более и более уступала место ничем не стесняемому произволу, в конечном же итоге увеличилось оппозиционное настроение к существующему строю"35.

Помимо газеты «Право», в диссертационном исследовании использовались материалы «Правительственного вестника», который отражает позицию официальных органов власти в отношении действующих чрезвычайных законов.

Среди опубликованных источников советского периода следует отметить многотомный сборник документов «Революционное движение в России», издаваемый в 50−60-е гг. XX в. Академией наук СССР. Каждая из частей указанного сборника содержит сведения о революционном движении в 1905;1907 гг. по России в целом или по регионам. Положительной стороной источника является цитирование документов в точной хронологической I последовательности, подбор как правительственной, так и оппозиционной периодической печати, обширное использование официального делопроизводственного материала: докладов, отчетов, телеграмм. Это дает возможность комплексно исследовать особенности применения исключительного правового режима в период 1905;1907 гг., учитывая различные позиции. На основе введенного источника раскрывается ряд проблем: использование.

34 Право. 1906. № 43. Стб. 2747.

35 Там же. Стб. 2750. чрезвычайных законов как основного инструмента подавления революции, расширение объема репрессивных мероприятий и количества репрессивных законов, деятельность центральной и региональной исполнительной власти по обеспечению безопасности в отдельных губерниях и в стране, эффективность применения различных форм охраны.

Интересны архивные материалы, опубликованные в современный период. Особое внимание заслуживает сборник документов «Особые журналы Совета министров Российской империи. 1909;1917 гг.», изданные с 2000 по 2009 гг. Ценность данного источника состоит в том, что он дает возможность ознакомиться с делопроизводственным материалом Совета министров по различным направлениям государственной политики, в частности это касается и защиты государственного строя. Разработка вопросов по данному направлению сосредоточена в Особых журналах, где фиксировались подробности обсуждаемого дела и выносились окончательные решения, которые затем принимали силу закона и выходили в Полном собрании законов Российской империи. Содержание Особых журналов с 1909 по 1917 гг. позволяет проследить динамику распространение усиленной, чрезвычайной или военной охраны после революции 1905;1907 гг., а также увидеть, как и на основании каких данных разрабатывались проекты указов о продлении определенной формы охраны или общего Положения «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия». Значимым вопросом, на который позволяет ответить данный источник — роль ключевого органа государственного управления — Совета министров в обеспечении нормативной основы исключительного правового режима.

Значимым источником для диссертационного исследования являются неопубликованные архивные материалы, часть из которых впервые вводится в научных оборот. Прежде всего, это материалы Государственного архива Российской Федерации Москвы и Российского государственного исторического архива Санкт-Петербурга.

Большой комплекс документов находится в фонде 1467 — Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства, действовавшей в 1917 г. и занимавшейся расследованием противоправных действий царского правительства. В нем сосредоточено делопроизводство Комитета министров, Совета министров, Министерства внутренних дел, связанное с разработкой и поддержанием исключительного правового режима. Значимость используемого делопроизводства состоит в том, что оно позволяет найти причины введения Положения 14 августа 1881 г. и других нормативных актов, направленных на защиту государственного строя, рассмотреть деятельность различных органов управления по выработке проектов положений чрезвычайных законов, а также корректировке действующего режима охраны, проследить функционирование институтов исключительного правового режима.

Информативные документы включены в фонд 102 — Департамента полиции Министерства внутренних дел, находящегося в ГАРФе. В том числе, материалы Особого совещания при МВД, занимавшегося контролем над институтом административной высылки, дают статистические данные, а также раскрывают особенности применения данного института в Российской империи.

Особое внимание заслуживают материалы РГИА. Ф.1276 — Совета министров. Следует отметить, что часть материалов указанного фонда была опубликована издательством «РОССПЭН». Задачей автора являлось введение в научный оборот того круга документов, которые не были опубликованы, но представляют значимость в исследовании проблемы исключительного правового режима. В частности, это документы, раскрывающие процесс разработки решений, содержание проектов указов по введению и продлению исключительной, военной или чрезвычайной форм охраны на отдельных территориях Российской империи.

Методологической основой диссертации являются принципы историзма, системности, объективности.

В дополнении к этим принципам в исследовании использован комплекс общеисторических методов. Среди них выделяются историко-генетический, проблемно-хронологический, сравнительно-исторический, синхронистический, историко-типологический, структурно-функциональный и системный. Историко-генетический метод использовался для установления причин и условий формирования исключительного правового режима, а также выявления единичного и особенного в данном процессе. Проблемно-хронологический позволил в рамках определенных временных периодов выделять проблемы и рассматривать их в последовательном развитии. Сравнительно-исторический имел целью исследовать общие характеристики, а также различия, присущие сходным процессам. Синхронистический метод позволил установить связи и взаимодействия между событиями и процессами, протекающими в одно и то же время в различных губерниях Российской империи. Историко-типологический позволил группировать по определенным характеристикам основные события и процессы, имеющие отношения к защите основ политического строя и функционированию механизма государственного управления. Структурно-функциональный и системный применялись для объединения и формализации событий и процессов, таких как политическая система самодержавия, система государственной и общественной безопасности, на основе чего выявлялись их качественные особенности.

Научная новизна диссертационного исследования состоит в том, что в контексте исторической науки поставлена и исследована проблема исключительного режима, функционирующего на основе Положения 14 августа 1881 г. «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия». Ее исследование позволило ответить на главные вопросы: какими методами поддерживался самодержавный политический строй, и в чем состояли результаты постоянного использования чрезвычайных мер в государственном управлении. Впервые на основе исторических источников и материалов историографии предпринята попытка комплексного изучения данного режима с момента введения в 1881 г. и до его ликвидации в 1917 г. Также проведен анализ особенностей действия исключительного правового режима в Российской империи.

Изучение проблемы велось на базе архивных источников, которые ранее лишь частично использовались историками. В научный оборот вводятся источники фонда 1467 ГАРФ — Чрезвычайной следственной комиссии, которые позволили проследить эволюцию исключительного режима управления, оценить характер его влияния на внутриполитические отношения и выявить способы применения во время царствования Александра III и Николая II. Именно они позволили исследователю рассматривать постоянное применение чрезвычайных законов как признак функционирования особого режима управления. Также источники способствовали детальному исследованию механизма принятия решений по введению исключительных мероприятий в Российской империи.

Практическая значимость заключается в возможностях использования проведенного исследования в дальнейшей научной работе при разработке отдельных исторических проблем, связанных с исключительным правовым режимом. Результаты исследования можно учитывать при создании спецкурсов по истории государственного управления. Кроме этого, проведенное исследование может заинтересовать государственные органы, занимающиеся обеспечением безопасности для выработки решений с учетом имеющегося исторического опыта.

Заключение

.

В результате проведенного исследования диссертант пришел к следующим выводам. Во второй половине XIX в. существовали предпосылки для введения исключительного правового режима управления. Появление в России в 60−70-х гг. XIX в. активного революционного движения способствовало возникновению ряда угроз: наличие антиправительственных организаций, агитационно-пропагандистской деятельности, политического терроризма, роста оппозиционных настроений в обществе. Правительство было поставлено перед необходимостью выработки тех законов и методов управления, которые могли бы не только противодействовать имеющимся угрозам, но и использоваться для защиты самодержавного политического строя. Гражданские и уголовные законы не предоставляли исполнительной власти эффективных средств обеспечения государственного порядка и общественной безопасности. Вследствие чего правительство начинает вводить отдельные чрезвычайные законы. Существенным недостатком издаваемых правовых актов являлось то, что непосредственное их введение происходило вслед за обострением кризисных ситуаций и носило единичный характер. Практика применения установлений на местах не могла предотвратить рост антиправительственных выступлений. К создавшейся проблеме добавлялось и то, что один из основных — органов противодействия государственным преступлениям — политическая полиция во время действия установлений ограничивалась в полномочиях при розыске.

Наличие неравномерного распределения полномочий между центральной, региональной властью и политической полицией являлось следствием отсутствия общей правовой регламентации исключительных мер на территории Российской империи. Центральные органы власти, с одной стороны, расширяли состав и область действия чрезвычайных законов, а также, предоставляли должностным лицам особые полномочия, с другой стороны, не имели возможности проводить единую политику по обеспечению мер безопасности в империи. Сложности с организацией, координацией и контролем данного процесса не позволяли нейтрализовать причины антиправительственных выступлений в Российской империи. В свою очередь, это способствовало повторению многих антиправительственных угроз.

Покушение на Александра II, неспособность реализовать превентивные меры, несогласованность действий между различными ведомствами ускорила потребность центральной власти в выработке комплексных мер по защите самодержавного строя. В достаточно короткие сроки был подготовлен новый проект чрезвычайного законодательства, который вошел в историю под названием Положение «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия». Его введение 14 августа 1881 г. в Российской империи согласовало функции и полномочия между центральной и региональной властью в вопросах безопасности, отменило действие предыдущих чрезвычайных законов, разработало методы обеспечения безопасности в виде форм усиленной, чрезвычайной и военной охраны, регламентировало применение таких институтов как административная ссылка, военное судопроизводство.

Правительство и Министерство внутренних дел полагало, что новое Положение способно в кратчайшие сроки предоставить исполнительной власти эффективные инструменты противодействия революционному движению. Однако существенным местом положения, которое затем в начале XX в., являлось основанием критики со стороны различных фракций Государственной думы и общественности, — это сроки действия чрезвычайного закона. Комитет министров утвердил положение в качестве временно действующего, сроком на три года. Данное ограничение со стороны Комитета министров предпринималось для того, чтобы министр внутренних дел в течение первых трех лет имел возможность на основании результатов применения закона корректировать функционирование исключительного правового режима.

Министерство внутренних дел, став одним из ключевых ведомств в организации и координации мероприятий по обеспечению государственной и общественной безопасности, начало поступательно вводить новое чрезвычайное законодательство. Действие Положения «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия» с 1881 г. было распространено на всю территорию Российской империи. В рамках него, на усиленную форму охраны переводилось ряд губерний.

Введение

определенной формы охраны зависело от стратегической значимости района, роста количества угроз, степени кризиса ситуации. Таким образом, правительство могло корректировать применение мероприятий по обеспечению безопасности, постоянно учитывая характер политической обстановки.

В течение первых трех лет функционирования новой системы безопасности происходило нормативное дополнения основного чрезвычайного закона, а также регулирование отдельных институтов. Так, в интересах органов политического розыска было разработано и введено 12 марта 1882 г. положение «О полицейском надзоре», которое регламентировало порядок применения данного мероприятия, а также определяло права поднадзорных и политической полиции. Затем, отработан механизм применения института административной высылки между центральными ведомствами и региональными должностными лицами в соответствии с новыми правилами об охране. Начал работать отдельный орган при Министерстве внутренних дел — Особое совещание, занимавшееся решением вопросовсвязанных с использованием института. Полицейский надзор и административная ссылка были взаимосвязаны между собой и относились к превентивным мерам, направленным на защиту государственного строя и противодействие революционному движению.

Однако, как в течение первого срока продления Положения «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия», так и в последующие сроки наметился ряд проблем с его применением. Одна из них касалась военного судопроизводства, который являлся наиболее репрессивным институтом чрезвычайного законодательства. Применение военного суда в некоторых случаях происходило вне зон действия исключительной или чрезвычайной^ формохраны, что создавало сложность в определении правомерности ее использования. Затем имелась проблема с предоставленным по Положению 14 августа 1881 г. правом генерал-губернаторов, губернаторов и градоначальников разрабатывать, и вводить чрезвычайные постановления. Некоторые должностные лица использовали это право не в интересах обеспечения государственной безопасности, а для разрешения вопросов административного управления, чем создавали сложности во взаимодействии общественных и государственных структур, а также ограничивали действие гражданских законов и права населения. Результатом разрешения возникшей проблемы стали издаваемые со стороны Комитета министров и Министерства внутренних дел инструкции и рекомендации по использованию института чрезвычайных постановлений.

Наиболее значимая проблема касалась определения сроков действия Положения 14 августа 1881 г. и исключительного правового режима. И здесь центральные органы власти, периодически, через каждые три года продляли сроки действия охранного положения и устанавливали территории, на которых вводилась определенная форма охраны. Подобные продления имелиряд причин. Полученный кратковременный эффект от использования положения, заинтересованность исполнительной власти регионального уровня в расширенном объеме полномочий, сохранение некоторых угроз, в частности продолжающейся агитационно-пропагандистской деятельности, которая подрывала основы самодержавного политического строя.

Следует отметить, что в период правления Александра III (1881−1894) самодержавная власть добилась некоторых успехов как в противодействии антиправительственным явлениям, так и организации мероприятий по поддержанию государственного порядка. Снижено количество политических преступлений, среди которых наибольшую опасность представляли террористические акты в отношении должностных лиц. Нейтрализована деятельность ряда революционных организаций и дезориентирована народовольческая деятельность. Введен единый механизм принятия решений по обеспечению безопасности, в котором определяющую роль играли центральные ведомства — Комитет министров и Министерство внутренних дел, а также высшие должностные лица — император и министр внутренних дел. Поставлена под контроль деятельность должностных лиц регионального уровня — генерал-губернаторов, губернаторов, градоначальников в вопросах поддержания государственного порядка. Установлены единые методы обеспечения безопасности на всей территории империи, причем особенностью их применения при Александре III являлось то, что преимущественное действие получила усиленная форма охраны, которая уступала силе административного воздействия чрезвычайной и военной форм охраны.

Общероссийское распространение чрезвычайного закона, который вводил особые методы обеспечения безопасности, изменяющие порядок административного управления на отдельных территориях, ограничивающий действие гражданских законов. А также, функционирование временного Положения в качестве постоянного нормативного акта, который направлялся как на обеспечениебезопасноститак и на защиту основ самодержавного строя, позволяет говорить о действии в Российской империи исключительного правового-режима. Функционирование режима решительным образом повлияло напроцессы. государственного3 управления и на изменение отношений между обществом и государством.

Государственное управление, регулярно используя данный режим, усиливало' административное: давление на общество в целях поддержания государственного порядка, и общественной безопасности. Исполнительная власть и аппарат управления’центрального и регионального уровней, применяя режим, расширила сферу политического контроля в обществе настолько, что большинствослучаев социальной активности населения могло квалифицироваться как покушение на самодержавный строй. Однако постоянное ограничение общественных инициатив способствовало дальнейшему развитию оппозиционных форм активности населения. В этом отношении, оценка, данная сначала Лопухиным — руководителем политической полиции*, считавшим, что органы политического розыска и администрация в соответствии с Положением 14 августа 1881 г. получили неограниченные полномочия в отношении преследования любой социальной активности. Выводы, сделанные Лениным и Пайпсом, о том, что сложилось полицейское государство, в котором чрезвычайные законы стали основой самодержавного строя и носили «конституционный» характер, а политический контроль начал носить признаки тоталитарного имеют определенную объективность.

Следующим этапом в применении исключительного режима, действующего на основе чрезвычайного законодательства, стал период правления Николая II (1894−1917), при котором идет снижение эффективности использования чрезвычайных мер в государственном, а затем, после демократических преобразований и революции 1905;1907 гг., демонстрируется их полная несостоятельность в связи с тем, что они уже не отвечают новым реалиям общественно-политического устройства.

Общественно-политический кризис начала XX в. явился причиной буржуазно-демократической революции 1905;1907 гг. в России. Содержание общественно-политического кризиса сводилось к тому, что происходило обострение противоречий между старыми и новыми политическими и управленческими институтами. Одним из управленческих институтов, который к тому времени носил политический характер, являлся институт чрезвычайного законодательства, на основе которого функционировал в Российской империи исключительный режим.

Режим управления, на который перешла Российская империя после введения положения 14 августа 1881 г. «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия», с одной стороны, способствовал сохранению основ самодержавия, противодействуя явным признакам революционного движения, с другой стороны, вызвал стагнацию управленческого механизма на центральном и местном уровнях. Стагнация проявлялась в том, что методы исключительной, чрезвычайной и военной охраны вводили такой порядок управления, при. котором предельно расширялся политический контроль, который не давал развиваться общественным институтам самоуправления.

Чрезвычайное законодательство приостанавливало действие гражданских законов, и не давало возможности полноценно функционировать судебным, земским, городским институтам, которые вводились реформами 60−70-х гг. Расширение полномочий исполнительной власти во время действия чрезвычайных законов ограничивало в правах гражданское население и увеличивало административное давление. Институты исключительного правового режима, такие как военное судопроизводство, административная высылка, полицейский надзор использовались как репрессивные и направлялись на подавление многих прогрессивных инициатив общества, которые часто считались угрозой самодержавному политическому строю. Проводником административного давления на общество было Министерство внутренних дел, которое являлось одним из ключевых ведомств в проведении государственной политики в сфере обеспечения государственной и общественной безопасности. Именно от него зависело не только продление чрезвычайных мероприятий в стране, но также и поддержание политического контроля в государстве.

Следует отметить, что в регулярном продлении исключительного правового режима были заинтересованы как центральные ведомства, так и местная исполнительная власть, так как подобный режим предельно расширял права администрации. Применяя расширенный объем полномочий на протяжении двадцати лет, исполнительная власть утрачивала способность управлять на основе гражданских законов и уже не могла адекватно реагировать на качественно новые кризисные явления. Использование исключительных мер в государственном и административном управлении уже не отвечало потребностям быстро изменяющейся социально-экономической системы. Подобная организация механизма властного взаимодействия между правительством и обществом становилась источником противоречий в практике управления и создавала потенциал для конфликта и дальнейшего развития революционных процессов.

В 1904;05 гг. под давлением общественного движения и инициатив прогрессивных должностных лиц перед царским правительством встает задача пересмотра Положения 14 августа 1881 г. «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия». Основная проблема, поставленная перед Особым совещанием, состояла в том, что исключительный режим стал «нормальным способом» государственного и административного управления. Объем же применения правил об охране стал выходить за пределы мероприятий, обеспечивающих государственную и общественную безопасность. Если данный режим стал частью системы государственного управления и стал основой самодержавного строя, то не стоило ли придать ему окончательное законодательное закрепление или отменить как неэффективный способ управления? Для правильного разрешения этого вопроса Особое совещание в 1904 г. приступило к детальному анализу каждого из отдельных полномочий, данных административной власти по Положению 14 августа 1881 г., с точки зрения их целесообразности, необходимости и эффективности в отношении поддержания государственного и общественного порядка. Внимание было обращено и на практику применения Положения.

В условиях начавшейся революции в стране следовало учитывать, что власти необходимы были инструменты управления чрезвычайными ситуациями, которые существовали бы на постоянной основе, и способны были в кратчайшие сроки восстановить нарушенный государственный порядок. Однако Особое совещание, имея опыт применения чрезвычайного законодательства и исключительного режима, пришло к выводу о том, что их применение на постоянной основе является не только основой административного произвола, но и способствует росту оппозиционных настроений, которые могут реализоваться в открытых выступлениях против власти. Административная практика уже давно вышла из пределов компетенции, предусмотренной Положением об охране.

Какие причины привели администрацию к постепенному установлению такой неправильной практики? Одна из причин состояла в том, что был устранен контроль за применением Положения 14 августа 1881 г. со стороны Правительствующего Сената. Следующая причина — это недостатки общих законов, в которых отсутствовала четкая формулировка прав исполнительных и законодательных органов власти, что давало возможность исполнительной власти вмешиваться в область законодательной власти. В результате Особое совещание настояло на отмене законодательных инициатив региональной администрации в виде издания обязательных постановлений.

Результаты деятельности Особого совещания по пересмотру положения «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия» не были кардинальными. Было предложено включить данный нормативный акт в свод общих законов, изменив положения об усиленной охране и военном положении. Однако усиливающееся революционное движение и растущая оппозиционность общества в 1905 г. позволили правительству применять исключительный правовой режим и положение 14 августа 1881 г. в неизменном виде.

Особенностью применения данного режима в условиях революционных выступлений являлось то, что из превентивной меры, обеспечивающей систему государственной безопасности в Российской империи, под воздействием внутриполитических событий, оно постепенно трансформировалось в репрессивную. Репрессивный характер режима и чрезвычайного законодательства проявился тогда, когда общество начало активно бороться за демократические права, которые самодержавная власть до событий 1905 г. предоставлять не намеревалась. Передача должностным лицам особых полномочий усиливает административное давление на общество. Усиление давления связано с регулярным использованием репрессивных мер воздействия. Репрессивные меры, к числу которых, возможно, отнести применение регулярной армии, карательных экспедиций, военного судопроизводства, смертной казни явились наиболее эффективными орудиями подавления революции в руках верховной власти, но чем чаще они использовались, тем более подрывали легитимность самодержавного строя. Длительное сдерживание процессов демократизации традиционной политической системы, в том числе и Положением 14 августа 1881 г., вызвало открытое противостояние между властью и обществом. Крайние формы его проявления существенно пошатнули престиж самодержавной власти, и видоизменили политические отношения. Усиленная охрана, введенная к 1905 г. на многих территориях российской империи, не сумела предотвратить распространения революционного и антиправительственного движения. Динамика протекания и результаты конфликтных процессов доказали, что функционирование системы государственного управления на основе постоянного применения исключительного правового режима становится признаком стагнации политической системы.

В условиях открытой конфронтации между правящим режимом и оппозиционно настроенной частью общества с 1905 г. усиленная форма охраны, по инициативе правительства, заменяется чрезвычайной формой охраны и военным положением. Тенденция к введению указанных форм охраны идет под воздействием определенных политических событий, когда власть вставала перед необходимостью любымиспособами обеспечить государственный порядок. Процесс перехода системы государственного управления на чрезвычайное и военное положение находился в зависимости от степени распространения антиправительственных выступлений в губернии. И так как динамика антиправительственных выступлений повышалась на протяжении 1905;1906 гг., то увеличивалось и количество губерний, в которых функционировала чрезвычайная охрана и военное положение. К началу 1907 г. 82 губернии из 87 находились на положении чрезвычайной охраны и военного положения. Режим, устанавливаемый положением об усиленной охране, уже не отвечает условиям сложившейся политической обстановки в отдельных губерниях. Дальнейший ход событий поставил перед неизбежностью применения в рамках исключительного режима чрезвычайной формы охраны и военного положения. Перевод территорий на режим военного положения означал, что они будут управляться в соответствии с ситуацией военного времени.

Центральная власть, удовлетворяя ходатайства региональной администрации и: переводя управление отдельными территориями империи на режим чрезвычайного или военного положения, идет на крайнюю меру для сохранения государственного порядка и стабилизации общества. Разрабатывая мероприятия по ликвидации антиправительственных выступлений и анализируя причины рабочих и крестьянских выступлений, Министерство внутренних дел отмечало, что возникновение и развитие рабочего и аграрного движения зависит как от степени распространения революционной пропаганды, так и от общего социально-экономического иполитического положения в государстве. Дальнейшее развитие революционных событий в империи демонстрировало критическое состояние самодержавной политической системы. Антиправительственнаяпропаганда создавала необходимые условия для открытых инцидентов. Их разрешение правительство связывало с применением силовых методов.' Однако чем чаще повторялось применение подобных методов, тем интенсивней становилось сопротивление административной власти. Применение армии в урегулировании инцидентов в большинстве случаев приводило к кратковременному эффекту. Стабильность и общественный порядок в районах, охваченных восстанием, достигались только при сохранении чрезвычайного и военного положения и армейских частей. Непродолжительные срокиэффективности предпринятых мероприятий по нейтрализации волнений, привели к тому, что конфликтные ситуации повторялись в тех губерниях, где они первоначально возникли и начались в новых губерниях.

Наивысший этап революции относится к осени 1905 г. Несмотря на принятие Манифеста 17 октября 1905 г. и объявление о созыве законодательной Государственной думы оппозиционное движение в стране продолжалось. Открытые антиправительственные выступления стали частым явлением не только в центральных губерниях, но и на национальных окраинах России. В условиях крайней дестабилизации общества, особенно в ноябре-декабре 1905 г. центральная власть становитсяне в состоянии контролировать политическую обстановку и ситуацию с обеспечением безопасности на всех территориях империи. Ходатайства должностных лиц на введение чрезвычайной или военной охраны не могли проводиться с соблюдением нормативных процедур, предусмотренных Положением 14 августа 1881 г., по которому запрос генерал-губернатора, губернатора или градоначальника должен был получить санкцию со стороны центрального ведомства — Министерства внутренних дел, отвечающего за систему безопасности в стране. Николай II в целях стабилизации порядка на управляемых территориях 29 ноября 1905 г. принимает указ «О предоставлении местным властям права прибегать к применению чрезвычайных мероприятий».

В годы революции Совет министров использовал максимально Положение 14 августа 1881 г. На заседаниях без обсуждения утверждались представления Министерства внутренних дел, ходатайства главноначальствующих в губерниях и областях о введении исключительного правового режима управления в тех или иных местностях империи. Председатель Совета Министров Витте занимал двойственную позицию. С одной стороны, он лично инициировал принятие Манифеста 17 октября 1905 г., который предоставлял гражданские свободы населению империи, а с другой, выступал за автоматическое продление действия Положений 1881 г. и 1892 г, которые ограничивали предоставленные свободы. Действовавшие чрезвычайные законы входили в противоречие с основами Манифеста 17 октября 1905 г. Однако в создавшихся условиях гарантия гражданских свобод воспринималась правительством как второстепенная цель по сравнению с целью восстановления государственного порядка в Российской империи.

В условиях открытого противостояния между властью и оппозиционно настроенной частью общества, самодержавный режим демонстрировал, что готов прибегать к открытым силовым и репрессивным методам в случае явных угроз существующему государственному порядку. Масштабы революционных процессов были таковы, что правительство не имело более эффективных средств устранить угрозу, кроме чрезвычайной формы охраны и военного положения. В результате применения чрезвычайного и военного положения политическая ситуация к началу 1906 г. постепенно стабилизируется. Председатель Совета министров Витте и министр внутренних дел Дурново, проводившие чрезвычайную политику в наиболее конфликтное для государства время, добились ликвидации прямых угроз для власти. В результате применения чрезвычайной политики к началу марта 1906 г. военное положение функционировало на 60% территории страны. Тем не менее, сохранялся ряд угроз, которые требовали немедленных мероприятий правительства.

Реакцией правительства на развивающуюся пропаганду в войсках стало принятие Советом министров во главе с новым председателем — Столыпиным на основании 87 статьи Основных государственных законов Положения 18 августа 1906 г. «Об усилении ответственности за, распространение среди войск противоправительственных учений и суждений и о передаче в ведомство военных и военно-морских судов дел по означенным преступным деяниям». А по отношению к политическим преступлениям и терроризму Положения 20 августа 1906 г. «Об учреждении военно-полевых судов», которое ускоряло судопроизводство и предоставляло администрации наиболее репрессивную меру воздействияИспользование военно-полевых судов приводило к многочисленным злоупотреблениям властью.

Согласованное применение исключительного режима и значительного количества чрезвычайных законов при существующей политической системе становилось все более проблематичным. Выход верховной власти из создавшейся ситуации состоял в том, что онопредложило к новому созыву II Государственной’думы подготовить комплекс законопроектов, среди которых был предусмотрен проект: «О мерах исключительной охраны государственного порядка^ И: общественного спокойствия, с объединением нынешних различных ¦ видов исключительной охраны в одном законе». Инициатива по объединению чрезвычайных законов, имеющихся К: 1906 г., напоминала инициативы 1881 г., когда власть пошла1 на кодификацию чрезвычайного законодательства с целью защиты самодержавного строя и предотвращения развития революционных процессов. Однако условия, в которых мог быть принят новый чрезвычайный закон, существенно отличались от обстановки 70−80-хх гг. XIX в. Преобразования 1905;06 гг. и предоставленные обществу гражданские свободы внесли изменения в самодержавный политический строй и общественное сознание.

В результате комплексного применения имевшихся средств, правительство во главе со Столыпиным постепенно восстанавливало общественный порядок и контроль над страной. Однако их применение имело ряд негативных последствий: повторяющееся злоупотребления администрации, нарушение предоставленных Манифестом 17 октября 1905 г. прав и свобод граждан, несоответствие провозглашенным принципам демократизма. Наиболее явно негативные последствия проявились после Манифеста 3 июня 1907 г. о роспуске II Государственной думы и изменения избирательного закона без ее санкции, когда установленные демократические нормы вступали в противоречие с Основными государственными законами 1906 г .

Совет министров под руководством Столыпина не спешил с отменой чрезвычайной формы охраны, полагая, что обстановка в стране остается напряженной и окончательно не устранены угрозы самодержавному строю. Центральная власть в перерыве между I и II Думами встала перед необходимостью продлить на территории Российской империи действие положения 14 августа 1881 г. Еще в 1906 г., а точнее 4 сентября оканчивался срок действия общего Положения об охране. К тому времени представительные органы власти уже являлись частью политической системы.

Учитывая нормативные процедуры проведения законов в условиях новых политических отношений, продлить действие охранного Положения можно было в соответствии с 86 или 87 статьями Основных государственных законов, а это означало внести его на утверждение во вторую Государственную думу. Политическая ситуация, которая способствовала бы положительному решению по данному вопросу, развивалась вопреки интересам исполнительной власти. Тогда исполнительная власть продлевает действие Положения «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия» в порядке верховного управления в соответствии со статьей 87, допускавшей принятие законов императором в перерывах работы Государственной думы. 5 августа 1906 г. последовал именной высочайший указ о продлении срока действия Положения об охране. Принятие такого решения вступало в противоречие со статьей 86 Основных государственных законов, по которой ни один новый закон не мог приниматься без санкции Государственного Совета и Государственной думы. Тем не менее, исполнительная власть в годы революции и после начинает регулярно проводить решения о продлении Положения 14 августа 1881 г. каждый год. Тем самым центральная администрация окончательно отступала от устоявшейся практики продления Положения об охране на три года и переходила к новой на год, которая создавала дополнительные проблемы во взаимодействии представительных и исполнительных структур власти. «Законность» повторяющейся практики продления станет предметом обсуждения депутатами Государственной думы вплоть до Февральской 1917 г., и будет постоянным источником конфликта между законодательной и исполнительной ветвями власти.

После окончательного спада революционного движения в течение 1907;08 гг. идут процессы стабилизации государственного порядка и объединения правительственных сил. В 1908;09 гг. наметилась тенденция к смягчению исключительного режима и связана она была с тем, что постепенно часть губерний переводилась с военного положения на чрезвычайное или с чрезвычайного на исключительное. Однако в ряде местностей, где угроза антиправительственных выступлений сохранялась или эта местность имела государственное значение, чрезвычайная или исключительная охрана продолжали действовать в прежнем режиме.

Сохранение за исполнительной властью полномочий в объеме, предусмотренном Положением 14 августа 1881 г., становилось ограничением декларируемых прав и свобод граждан. Фракции Государственной думы, несмотря на попытки провести законопроект о неприкосновенности личности, сталкиваются с проблемой гарантий гражданских свобод. Когда в течение десятилетий чрезвычайные законы являлись значимой основой государственного и административного управления, реализовать принципы, заложенные Манифестом 17 октября 1905 г. было затруднительно. Регулярность в их использовании отрицательно влияла на правосознание общества и населения в целом, парализуя гражданскую активность в рамках закона. Следствием деструкции правосознания становились различные формы антиправительственного протеста, которые аккумулировало революционное движение.

Оппозиционно настроенная часть Думы столкнулась с существенной проблемой, которая стала препятствием для многих инициатив по отмене исключительного режима. Государственная дума не ' могла заниматься организацией, координацией и контролем системы государственной и общественной безопасности в стране. У нее отсутствовали правовые полномочия для подобной деятельности. Основные государственные законы не предусматривали для законодательных органов власти вмешательство в вопросы безопасности страны.

Представители различных общественных сил, имеющие возможность легально представлять свои интересы в Государственной думе, начинают атаку на устоявшиеся методы государственного управления. Особенно активны в этом отношении были кадеты, октябристы и социал-демократы. От них часто поступали предложения по отмене чрезвычайных законов. Правительство же, отстаивая свое приоритетное право в решении государственных вопросов, признавало нецелесообразность подобных предложений.

Вынесение решений без санкции правительства по значимым для государства вопросам препятствовало проведению согласованной политики между законодательной и исполнительной властью. Законодательная власть, представленная думскими фракциями пыталась убедить администрацию в том, что эффективность функционирования государственного механизма зависит от реализации демократических принципов, заложенных в правовых актах 1905;06 гг. В свою очередь, исполнительная власть реализовать эти принципы не могла, так как продолжала использовать малоэффективные политические институты самодержавного государства. Некоторые из них, особенно касающиеся защиты государственного строя, являлись базисными для монархии и политической системы в целом. Исключительный режим, основы которого были заложены в период правления Александра III, по-прежнему применялся властью как единственное средство для обеспечения государственной и общественной безопасности.

Правительство ежегодно шло на продление Положения 14 августа 1881 г. К 1911 г. представители либеральных партий, некоторые государственные чиновники, население империи были убеждены в том, что постоянное применение исключительных положений в государственном и административном управлении не только неэффективно, но и ведет к допущению чрезмерных злоупотреблений со стороны должностных лиц. Несмотря на имеющиеся недостатки, исключительные положения продолжали действовать, и Государственная дума могла лишь критиковать исполнительную власть за неправомерность их продления.

С 1914;1917 гг., когда активизируются различные формы антиправительственного движения в период I Мировой войны, верховная власть делает последние попытки поддержать государственный порядок на основе исключительного режима. Они состояли в том, что в условиях военного времени исполнительная власть вновь переводит управление на чрезвычайную или военную охрану практически по всей территории Российской империи. t.

Однако настойчивая попытка использовать неэффективные методы государственного управления не только дискредитирует политику исполнительной власти, но и ускоряют разрешение конфликта революционным путем.

В* конечном итоге, исключительный режим управления, который был введен в России после Положения- 14 августа 1881 г. «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия», с одной стороны, способствовал сохранению основ самодержавия на определенный период, противодействуя революционному движению, а с другой стороны, вызвал стагнацию механизма государственного управления. Стагнация заключалась в том, что методы исключительной, чрезвычайной и военной охраны задерживали демократические и социально-экономические преобразования в России и вводили такой порядок управления страной, при котором предельно расширялась сфера компетенций администрации и политической полиции. Действие исключительного режима управления не смогло предотвратить свержения самодержавия и распада Российской империи.

Диссертационное исследование проводилось на основе фактического и документального материала и имело цель — изучить действие исключительного режима управления как средства сохранения самодержавного строя с момента его введения 14 августа 1881 г. и до его отмены после Февральской революции 1917 г. Проведенная работа способствовало разрешению ряда исторических вопросов, связанных с ролью исключительного режима и чрезвычайных законов в управлении Российской империей.

Источники.

1) ГАРФ. Ф.102. Департамента полиции Министерства внутренних дел. 1880−1917.

2) ГАРФ. Ф. 1467. Чрезвычайная следственная комиссия для расследования противозаконных по должности действия бывших министров и прочих высших должностных лиц. 1917.

3) ЦГИА. Ф.1276. Совет министров. 1905;1917.

4) Государственная дума. Второй созыв. Стенографические отчеты. 1907 г. Сессия 2. Т.1. Спб. 1907.

5) Государственная дума. Стенографические отчеты. 1910. Сессия третья. Ч. П. Заседания 33−64 (с 20 января по 6 марта). Спб. 1910.

6) Государственная дума. Стенографические отчеты. 1911. Сессия пятая. 4.1. Заседания 1−41 (с 15 октября по 10 декабря 1911 г.). Спб. 1911.

7) Государственная дума. Стенографические отчеты. 1912;13. Сессия первая. 4.1. Заседания 1−30 (с 15 ноября по 20 марта 1913 г.). Спб. 1913.

8) Материалы по пересмотру установленных для охраны государственного порядка исключительных законоположений. СПб., 1905.

9) Особые журналы Совета министров Российской империи.

1909;1917 гг. //1910. М, 2001.

10) Особые журналы Совета министров Российской империи. 1909;1917 гг.// 1911 г. М., 2001.

11) Особые журналы Совета министров Российской империи. 1909;1917 гг.// 1912 г. М., 2004.

12) Особые журналы Совета министров Российской империи. 1909;1917 гг.//1913 г. М., 2005.

13) Особые журналы Совета министров Российской империи. 1909;1917 гг.// 1914 г. М., 2006.

14) Особые журналы Совета министров Российской империи. 1909;1917 гг./1915 г. М., 2008.

15) Особые журналы Совета министров Российской империи. 1909;1917 гг./ 1917 г. М., 2009.

16) Полное собрание законов Российской империи. 3-е издание. СПб., 1885−1916.

17) Революция 1905;1907 гг. в России. Документы и материалы. Начало первой русской революции (январь-март 1905 г.). М., 1955.

18) Революционное движение в России весной и летом 1905 г. (апрель-сентябрь). Документы и материалы. Ч.2.Кн.1. М., 1961.

19) Революция 1905;1907 гг. в России. Документы и материалы. Высший подъем революции 1905;1907 гг. Вооруженные восстания (ноябрь-декабрь 1905 г.). 4.2 М., 1955.

20) Революция 1905;1907 гг. Документы и материалы. Второй период революции 1906;1907 гг.(январь-июнь 1907 г.) Кн.1. М., 1963.

21) Революционное народничество 70-х гг. XIX в. Сборник документов и материалов. В 2-х тт. Т. 2 (1876−1882). Под редакцией С. С. Валка. М., 1965.

Периодика.

1) Правительственный вестник. 20 августа 1878 г.

2) Правительственный вестник. 1906. № 190.

3) Право. 1904. № 48.

4) Право. 1905. № 4.

5) Право. 1905. № 34.

6) Право. 1905. № 38.

7) Право. 1905. № 52.

8) Право. 1906. № 41.

9) Право. 1907. № 8.

10)Право. 1907. № 43.

11)Право 1907. № 44.

12) Право. 1907. № 45.

Показать весь текст

Список литературы

  1. Я. Царизм и третьеиюньская система. М., 1966.
  2. А.Я. Распад третьеиюньской системы. М., 1985.
  3. А.Я. Столыпин и III Дума. М., 1968.
  4. А.Я. Царизм и IV Дума. 1912−1914 гг. М., 1981.
  5. А.Я. Царизм накануне свержения. М., 1989.
  6. С.А. Министерство внутренних дел. 1802−1902: Исторический очерк. М., 2002.
  7. О.Г. Чрезвычайное законодательство в России во второй половине XIX-начале XX в. Н. Новгород, 2000.
  8. C.B. Институт чрезвычайного положения — исключительный правовой режим обеспечения безопасности государства // Право и безопасность. № 4(13) Декабрь 2004.
  9. .В., Ганелин Р. Ш., Дубенцов Б. Б., Дякин B.C., Потолов С. И. Кризис самодержавия в России 1895−1917 гг. Л., 1984.
  10. .В., Ганелин Р. Ш. Сергей Юльевич Витте и его время. СПб., 1999.
  11. С.А. Административно-правовой режим чрезвычайного положения, вводимого в связи с социальными конфликтами (по материалам межнациональных конфликтов). М., 1994.
  12. М. А. Политическая полиция Российской империи в борьбе с революционным подпольем в 1881—1905 гг..: дис. канд. истор. наук. Саратов, 2008
  13. А.Н. Император Александр III. M., 1998.
  14. M. Конфликты в I Думе. СПб., 1907.
  15. О.В. Административно-предупредительные меры, применяемые в условиях чрезвычайного положения. Спб., 1999.
  16. В.М. Исключительное положение. СПб., 1908.
  17. М.Я. История Российской империи. В 3-х тт. Т.З. М., 1997.
  18. Л.И. Политические процессы в России 1901−1907 г. М., 1932.
  19. A.B. Особенности обеспечения конституционных прав и свобод граждан в условиях режима чрезвычайного положения: вопросы теории и практики. М., 1994.
  20. Гросул В. Я, Итенберг Г. С., Твардовская В. А., Шацилло К. Ф. Русский консерватизм XIX столетия. Идеология и практика. М., 2000.
  21. Дж. Положение об охране 14 августа 1881 г. и репрессивная политика императорской России // Политический сыск: история и современность. СПб., 1997.
  22. В.Ф. Полицейское право. Пособие для студентов. СПб., 1908.
  23. Д.Г. О чрезвычайных законах (Об усиленной и чрезвычайной охране и военном положении). М., 1906.
  24. И.Е. Сильный, державный: жизнь и царствование Александра III. М., 2006.
  25. В. А. Сыск и политическая полиция самодержавной России (историко-правовой аспект).: Дис. канд. юрид. наук. СПб., 1996
  26. Н.П. Российское самодержавие. М., 2006.
  27. ЕрошкинН.П. История государственных учреждений дореволюционной России. М., 1983.
  28. С. Н. Нормативное регулирование деятельности политической полиции Российской империи. :дис. канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2000
  29. А.Э. Правовой статус населения в условиях чрезвычайного положения. М., 1994.
  30. П.А. Кризис самодержавия на рубеже 1870−1880 гг. М., 1964.
  31. П.А. Российское самодержавие в конце XIX столетия. М., 1970.
  32. В.В., Панарин A.C., Ахиезер A.C. Реформы и контрреформы в России. М., 1996.
  33. И.И. Карательные экспедиции 1905−1906 гг. М., 1923.
  34. A.A. Курс истории России XIX в. М., 1993.
  35. Н.Г. Первая российская революция и царизм. Совет министров в 1905—1907 гг. М., 1982.
  36. А.П., Соковых Ю. Ю. Правовые средства управления кризисными ситуациями: сравнительный анализ международно-правового и внутригосударственного регулирования // Государство и право. № 10. 1997.
  37. . В.Г. Основные законы 1906 г. и государственный строй Российской империи // Представительная власть: мониторинг, анализ, информация. № 8−9 (25−26). М., 1997.
  38. В.М. Реформы государственного аппарата и развитие права в России во второй половине XIX в. М., 1996.
  39. В.М. История полиции России. М., 1998.
  40. Ф. Политический сыск в истории России, 1649−1917 гг. М., 2006
  41. В.И. Три запроса // Полное собрание сочинений. Издание 5-е. Т.21. Декабрь 1911 июль 1912. М., 1980.
  42. A.B. Борьба самодержавия за общественное мнение в 19 051 907 гг. СПб., 1997.
  43. В.В. Институт чрезвычайного положения в Российской Федерации и механизм его реализации: теоретические и организационно-правовые аспекты: дис. канд. юрид. наук. М., 2000.
  44. A.A. Настоящее и будущее русской полиции. М., 1907.
  45. М. В. Политический и уголовный сыск России в конце XIX начале XX века (по материалам Нижегородской губернии).: дис. канд.истор. наук. Саранск, 2003
  46. И.А. Кровавая месть и смертные казни. Томск, 1908.
  47. В.Л. Национальная безопасность: ценности, интересы и цели// Военная мысль. № 6. 1996.
  48. П.Н. Очерки истории русской культуры. 6-е издание.1. СПб., 1909.
  49. П.Н. Три попытки: к истории русского лжеконституционализма. Париж, 1921.
  50. Д.А. Дневник. 1881−1882. T.IV. М., 1950.
  51. Н.С. Государственное устройство и Государственная дума. СПб., 1906.
  52. И.В. Самодержавие против революционной России (1826−1880 гг.). М., 1982.
  53. Р. Россия при старом режиме. М., 1993.
  54. К.Н. О мерах к прекращению беспорядков и улучшению государственного строя. М., 1905.
  55. К.Н. Погрешности обновленного 17 октября 1905 г. государственного строя и попытки их устранения. М., 1910.
  56. З.И. Политический сыск России 1880−1917 гг. М., 2000.
  57. H.H. Эпопея военно-полевых судов. 1905−1907 гг. М., 1934.
  58. С.Г. Россия 1801−1917: власть и общество. М., 2001.
  59. С.В. Правовое регулирование военного положения в Российской Федерации. М., 1998.
  60. Ч.А., Степанов С. А. Фонтанка, 16: Политический сыск при царях. М., 1993
  61. A.M. Вопрос об отмене смертной казни в Государственной думе. М., 1906.
  62. Г. Г. Новый государственный строй России. Справочная книга. СПб., 1907.
  63. П. Самодержавие как государственный строй. СПб., 1906.
  64. А.И. Конституционно-правовое регулирование режима чрезвычайного положения в Российской Федерации. М., 2001.
  65. Л.А., Шамба Т. М. История государства и права. В 2 тт. Т. 1. М., 2001. М., 2003.
  66. П.Б. Россия под надзором полиции // Освобождение. Т. 1. № 2021. 18 апреля/1 мая 1903.
  67. М.Н. Основы государственного устройства и государственные права русского народа в прошлом и настоящем. СПб., 1905.
  68. Е.П. Александр III и его время. М., 2007.
  69. H.A. Царские суды против революционной России. Саратов,
  70. H.A. Царизм под судом прогрессивной общественности. М.,
  71. В.И. Борьба большевиков за руководство крестьянским движением в 1905 г. М., 1970.
  72. Л.И. Департамент полиции в борьбе с революцией 19 051 907 гг. // Самодержавие и крупный капитал в России в koh. XIX- нач. ХХ вв. М., 1982.
  73. .Д. Как защищалась самодержавие. М., 1917.
  74. Л. В. Политическая полиция и либеральное движение, 1880-октябрь 1905 гг.: дис. канд. истор. наук. М., 2009.
  75. С. Смертные казни в царской России. Харьков, 1933.
  76. Н.П. Уголовно-процессуальные .формы борьбы царизма с революционно-демократическим движением в России во второй половине XIX в. М., 1990.
  77. A.B. Карательный аппарат царизма в борьбе с революцией 1905−1907 гг. М., 1975.
  78. Е.Д. Буржуазия и царизм в первой русской революции. М., 1970.
  79. В.В. Институт генерал-губернаторства и наместничества в Российской империи. В 2 тт. Т. 1. СПб., 2001.
  80. Н.Г. Чрезвычайное законодательство и исключительные правовые режимы: история и современность. СПб., 2000.1976.1979.
Заполнить форму текущей работой